История московских кладбищ. Под кровом вечной тишины - Рябинин Юрий Валерьевич - Страница 111

Почему в Москве уже много лет не открывается новых кладбищ?

Последнее открывшееся для захоронений кладбище — Перепечинское — ведет свою историю с 1 июня 1999 года. Если не считать, что в связи с небывалым недавнем расширением столицы в московской городской черте оказалось много разной величины кладбищ, то, действительно, после Перепечинского новых общегородских кладбищ в Москве не открывалось. Почему так? — ответ простой: имеющихся на сегодняшний день площадей для захоронений умерших столице хватает. Но если потребуется нужда в таких площадях, то с 2005 года в подмосковном Дмитровском районе у села Озерецкое правительством Москвы зарезервирован земельный участок площадью в семьдесят гектаров (это чуть больше Ваганьковского кладбища) для организации там нового столичного места захоронений.

Сейчас в России стали нередко перезахоранивать покойных, погребенных прежде где-то за рубежом. Для чего это делается?

Это происходит по разным причинам. Прежде всего, это явление отнюдь не является приметой нашего времени. Перезахоранивали умерших за рубежом соотечественников у нас и прежде. Так в 1966 году на Новодевичьем кладбище были перезахоронены останки Н. П. Огарева. А в 1984-м там же на Новодевичьем был перезахоронен Ф. И. Шаляпин.

Но, действительно, в наше время таких примеров стало несоизмеримо больше. Основная причина, несомненно — в смене социально-политического строя в России. То есть то, что почти невозможно было сделать в советское время, стало вполне возможным теперь. Скажем, только за идею перезахоронить в Москве какого-нибудь предводителя белого движения носителя такой идеи ждала, в лучшем для него случае, психиатрическая больница.

Теперь же стало возможным перезахоронить в Москве знаменитых деятелей белой эмиграции — писателя Шмелева, философа Ильина, генералов Деникина, Каппеля и т. д.

Действительно ли Сталин встречался с блаженной Матроной?

Вообще, история — и древняя, и недавняя — знает случаи встречи верховных правителей с разного рода прорицателями, в том числе и с подвижниками христианской веры. Так Иван Грозный встречался с Василием Блаженным и интересовался у юродивого: что сбудется в жизни со мною?.. Николай Второй вообще трепетно относился ко всему мистическому и пророческому, — достаточно вспомнить о роли и влиянии на монарха ближайшего друга августейшей семьи Григория Распутина. Кроме того, царь ездил в Дивеевский монастырь, встречался там со знаменитой юродивой Пашей Саровской и интересовался ее пророчествами. В более поздние времена внимание верховной власти привлекала к себе известная болгарская прорицательница Ванга. По некоторым сведениям к ней через посредников обращался с какими-то своими нуждами Гитлер. И уже доподлинно известно, что с Вангой общался болгарский царь Борис и даже коммунистический лидер Тодор Живков.

В связи со всем этим встреча Сталина с Матроной не представляется чем-то из ряда вон выходящим. Она вполне правдоподобна.

Способная проникнуть в душу любого практически человека, м. Матрона, возможно, распознала в Сталине личность, сформировавшуюся в значительной степени под влиянием православного вероучения, а значит вовсе и не потерянную для Бога и для церкви. Политика, проводимая Сталиным с середины войны и до самой своей смерти, кажется, вполне подтверждает такое представление: покровительство, которое Сталин оказывал в этот период Русской Церкви, сравнимо разве с деятельностью величайших державных повелителей — апологетов христианства — Константина Великого, Юстиниана и др. Достаточно только вспомнить об учреждении Сталиным новой Московской патриархии в конце 1943 года. Кто-то непременно возразит: да разве может такой жестокий и кровавый диктатор быть верующим человеком? Прежде всего заметим, степень жестокости ни в коем случае не исчисляется количественными показателями. Сын, имеющий только намерение выгнать из дома престарелую мать, даже еще не сделавший этого, человек несоизмеримо более жестокий, чем диктатор, сгноивший миллионы своих подданных в голой тундре. А сколько таких сыновей стоят нынче по храмам со свечками! И никто не скажет, что они не верующие. Поди-ка их разбери, — верующие они или нет? Раз декларируют свою веру, стало быть, так и есть. Впрочем, одно только одобрительное мнение м. Матроны о Сталине делает совершенно излишним всякое заступничество за него, исключает необходимость искать примеры, подтверждающие его праведность, его истинную христианскую духовность. Поручительство крупнейшей русской святой говорит само за себя.

Встреча Сталина и м. Матроны якобы произошла в 1941 году. Вскоре после начала войны. Как-то, уже в относительно недавнее время, на могилку к м. Матроне на Даниловском кладбище пришла старушка, с давних пор знавшая блаженную, и рассказала такую историю. Во время войны ее сын состоял в кремлевском обслуживающем персонале. Случалось ему изредка и попадаться на глаза советским небожителям, в том числе самому Сталину. И вот однажды он набрался смелости и обратился к любимому вождю. Он сказал ему, что в Москве, неподалеку от Кремля, на Арбате, живет редкостная провидица, настоящая святая, предсказавшая многим самые невероятные события, впоследствии действительно случившиеся. И если товарищ Сталин хочет узнать что-либо о судьбах отечества, то старица непременно его примет и верно скажет, что ждет Россию. Сталин заинтересовался. Расспросил подробнее работника о Матроне, велел помощникам записать адрес. А вскоре и явился к ней в Староконюшенный собственной персоной. Долго ли, коротко ли они разговаривали — неизвестно. Молва сохранила лишь пророчество м. Матроны о неминуемой победе русских. После чего Сталин укрепился духом и, подчинив своей железной воле весь народ — от маршалов до рядовых бойцов, — отстоял столицу, а затем и вовсе изгнал ордынцев из священной русской земли. Скорее всего, в подлинности этого свидетельства усомнятся не только атеисты с тираноборцами-иноверцами, но и многие люди церкви и почитатели Сталина: всегда жизнеописания и крупных государственных деятелей, и знаменитых подвижников веры, всегда они обрастают всякими легендами, красивыми преданиями, занятными небылицами. Также и визит Сталина к м. Матроне, может быть, всего лишь легенда, чей-то вымысел. Но если все-таки признать, что Сталин, вынужденно переболев большевистским язычеством, исцелился и возвратился к своей исконной православной вере, то его визит к м. Матроне выглядит поступком не менее естественным, чем посещение князем Димитрием Иоанновичем Сергия Радонежского накануне Куликовской битвы.

Какие знаменитые иностранцы похоронены в Москве?

Захоронение иностранцев в России и в Москве в частности имеет давнюю историю. Больше того, в Москве имеются целые отдельные кладбища для инородцев, как раньше говорили, и для иноверцев. Так в Марьиной роще когда-то существовало кладбище для иноверцев латинского и лютеранского исповеданий — выходцев из Европы, поступивших в русскую службу или промышлявших в России производственным или торговым делом. Там хоронили московских «немцев» в XVII–XVIII вв. Последние беспризорные надгробия лежали в Марьиной роще еще в начале ХХ столетия. Еще более раннее (XVI века) «немецкое» кладбище находилось в Замоскворечье, за Серпуховскими воротами. Теперь на его месте расположена Морозовская детская больница.

Самое известное в Москве «немецкое» кладбище — Введенское в Лефортове. Там, например, похоронен знаменитый сподвижник Петра Первого — Патрик Гордон, летчики из французской эскадрильи «Нормандия», умершие в московских госпиталях пленные немцы — участники Первой мировой и др.

Также есть несколько интересных иностранных захоронений на Новом Донском кладбище. Это, например, крупнейший, как о нем иногда говорят, разведчик ХХ века Фишер Вильям Генрихович (Рудольф Абель), сын основателя германской компартии Карла Либкнехта — Вильгельм Либкнехт, и совсем уже экзотический революционер — участник Парижской коммуны Гюстав Инар.