Я люблю… тебя! - Келк Линдси - Страница 50

Но Мэтью не дал Эм возможности ответить. Он открыл дверь, с силой захлопнул ее за собой и потопал по коридору.

— Эмили, хватит, черт побери, ныть, сунь уже туфлю в сумку и спускайся, — приказал он. — Рейчел, это Саймон приходил.

— В восемь утра? — изумилась Эмили. — В воскресенье? Он что, больной?

— По выходным он всегда встает рано, — спокойно пояснила я. — У него футбол.

— Он приходил за почтой, — пояснил Мэтью. — А поскольку он получил свою почту, то больше тебя не побеспокоит. И не будет больше говорить с риелторами о продаже твоей квартиры, пока ты ему сама не разрешишь. Такси у крыльца. Ну что, выходим?

Я смотрела на него, онемев. Мэтью Чейз. Настоящий мужчина. И человек дела.

— Ладно, не будем мешкать. — Эм сунула туфлю в сумку и вытянула длинную ручку из чемодана. — В Канаду так в Канаду.

Меня поддерживало одно: я оставляла прежнюю Рейчел с ее бывшим бойфрендом, светлыми волосами и сериалами сидеть на диване и смотреть кулинарное шоу и не позволила Рыжей Рейчел вывезти чемодан за порог и спуститься к черному мини-вэну, стоявшему на улице.

В Канаду так в Канаду.

Глава 16

Через четырнадцать часов после полета первым классом и нескольких бокалов шампанского Рыжая Рейчел оказалась в Торонто и смогла вычеркнуть еще один пункт из списка. Перегнувшись через стол, который тянулся вдоль всей стены, я выглянула в окно, не в силах поверить в реальность происходящего. Пусть вид на соседнее здание и пару гаражей не особенно впечатлял, но все-таки это не Айлингтон. Мы не в Англии, мы в Канаде, вот так! Гостиница, рекомендованная Джереми, работавшим на международных рейсах, как Мэтью и обещал, оказалась роскошной, правда, до невозможности модной. Мы словно попали в декорации «Безумцев», оказавшись в окружении актерского состава «Сплетниц». Поднявшись в номер, Эмили рухнула поперек пухлого матраца.

— Ну, пока! — Она закрыла глаза. — Вы, безумцы, можете идти веселиться, а я выпита до дна.

— Подвинь задницу. — Мэтью схватил ее за ногу и оттащил ближе к концу кровати. — Пошли в бар, сейчас всего-то… — Он посмотрел на часы, сообразил, что не перевел их, и пожал плечами: — В общем, рано.

Эмили взглянула на меня в поисках поддержки, но я была слишком занята: сидя по-турецки в большом квадратном кресле, изучала детали рум-сервиса.

— Тут есть вибратор за четыреста долларов. — Я почувствовала, как кровь отхлынула от лица. — Ты куда нас привез?

— Ох, да они просто так пишут. Наверняка его никто никогда не заказывает, — отмахнулся Мэтью. — Это просто одна из модных гостиничных фишек. Готов поспорить: если ты попросишь вибратор, у них его не окажется.

— Ага, — хмыкнула я. — А в центре комнаты что? Мне кажется, или это душ?

Мои друзья одновременно повернули головы.

— А почему тогда занавески нет?

Джереми забыл упомянуть, что в здешних номерах нет ванн, только душевая кабинка в спальне. Прямо у изножья кровати. Прозрачные пластиковые кабинки в трех футах от кровати. И ни малейшего намека на матовость, чтобы пощадить вашу скромность.

— Даже не думайте передо мной раздеваться, — испуганно предупредил Мэтью. — Я буду ждать снаружи.

— Ты действительно будешь выбегать из номера всякий раз, как кому-то из нас захочется принять душ?

— Ну не буду же я сидеть и смотреть!

Бедный гей Мэтью!

— Тогда можешь начинать отворачиваться. — Эмили встала и начала раздеваться. — Я всегда чувствую себя грязнющей после перелета.

Я тут же плюхнулась на ее место и схватила пульт от телевизора.

— Чур, я после тебя!

— О Господи! — Мэтью закрыл глаза руками и пошел к двери. — Я спущусь в бар. Буду пить, пока мне не станет все равно. Возможно, в номер вам придется меня принести.

После душа Эмили сразу легла в постель. Не послушав совета перетерпеть разницу во времени, она забралась в большую уютную постель, прежде чем я начала мыться. Когда я вышла из душа, она уже спала. Или притворялась, чтобы не спускаться в бар и не смотреть, как Мэтью вносит свой вклад в международные отношения. Ну почему роль мамаши вечно достается мне? Я прикинула ограниченные возможности моего гардероба. Сегодня воскресный вечер. Из кожи вон лезть незачем, но, учитывая, что я видела у стойки портье, подкраситься не помешает. Хотя бы помадой. Может, подводкой для глаз. Что касается одежды, я решилась на укороченные брючки капри и самую длинную полосатую футболку, которая у меня нашлась, надеясь, что это сойдет за континентальный шик, а не будет воспринято как пренебрежение усталой женщины к своему внешнему виду. Взяв ключ от номера и большую старую сумку, я заперла громко храпевшую Эмили, стараясь ей не завидовать.

Несмотря на воскресенье, «Небесный двор» был переполнен, и даже после второго обхода я так и не увидела Мэтью. Смутившись, я присела за пустой столик у дальней стены и в ожидании официантки принялась рассматривать окружающих. Все вокруг были раздражающе красивы и выглядели до мозга костей горожанами — ни канадских конных полицейских, ни лесорубов в клетчатых фланелевых рубашках. Мама была бы страшно разочарована. Мэтью, напротив, пришел бы в восторг — мой «голубой» радар зашкалило. Надеюсь, приятель не исчез куда-то, не дождавшись меня. Через две минуты я сдалась и взяла сотовый отправить ему сообщение. До сих пор я избегала смотреть на дисплей из опасения увидеть эсэмэс от Саймона или Дэна, но от них ничего не было. Мне бы обрадоваться, но в глубине души я ощутила укол разочарования. Зато было новое сообщение от Итана. Я написала ему из аэропорта, желая объяснить, что взяла срочный заказ в Ванкувере и задержусь на два дня в Торонто для встречи со стилистом. Предлог казался благовидным. По крайней мере он не должен вызвать вопросов у учителя старших классов.

Сообщение загружалось медленно, но в итоге открылась прелестная фотография Итана и его пса.

«Как, ты приезжаешь в Торонто? Вообще-то мне кажется, что читать эти строчки ты будешь уже в моем городе. Потрясающе! У тебя будет свободное время? Давай сходим куда-нибудь! С ума сойти — ты приезжаешь, как раз когда мы снова начали общаться! Позвони, я сейчас совершенно свободен».

Он хочет куда-нибудь меня пригласить. Он ничего не заподозрил. Он фактически дал мне свой мобильный телефон. Это хорошо. Но если бы у него совсем не возникло подозрений, я сочла бы его умственно отсталым или истово верующим. Но пока я не была готова звонить Итану и лишь набрала эсэмэс, сообщая, что в моем распоряжении весь завтрашний день и я с удовольствием куда-нибудь схожу. Приятная дрожь пробежала по спине до затылка, когда я нажала «отправить». Все это казалось очень интересным.

— Одна девушка выглядит очень довольной собой. — Раздражающе красивое создание появилось рядом с пустым стулом напротив. — Не занято?

— Ну… пока нет, — ответила я, глядя, как девица садится с самым непринужденным видом.

В Канаде так принято, что ли? Запросто подсаживаться к людям в барах? Приравнять эту особу к общей массе было бы большой ошибкой — передо мной сидела настоящая «гламазонка», посланная богами списков дел, дабы усовестить меня и спросить, достаточно ли рвения я проявляю. Блестящие кофейного цвета кудри, загорелая кожа, безупречный маникюр и свежий сияющий макияж. Я сразу подумала — профессионалка. В смысле, визажист, а не профессионалка другого рода, которых можно встретить в гостиничных барах.

— Красивая футболка, — сказала она, оглядев меня с ног до головы. — «Американ аппарел»?

— «Топшоп». — Я была слишком англичанкой и слишком сбита с толку, чтобы сделать ответный комплимент, но наряд незнакомки показался мне стильным без нарочитости: черные брючки-сигареты, серая с розоватым отливом футболка, со вкусом подобранная бижутерия. Может, она редактор модного журнала?

— Что будем пить, леди? — Подошедшая официантка устремила на нас скучающий взгляд густо подведенных глаз.

— Э-э… вино? — Я посмотрела в карту вин. — Белое.