Я люблю… тебя! - Келк Линдси - Страница 59

— До паралича, — подтвердила я. — Но дело сделано. У меня получилось. Теперь мне кажется, я могу справиться с чем угодно.

— И чего же конкретно ты хочешь? — поинтересовался Мэтью.

Я замолчала, обдумывая достойный ответ. Только что я совершила поступок, способный перевернуть жизнь, — встретилась со своим страхом лицом к лицу. Я покорила Эверест! Переплыла Атлантический океан! Нашла «лабутены» на распродаже в «Селфриджес»!!!

— Я бы отдала твою руку за хороший бургер, — ответила я.

Набрав достаточно доказательств того, что полет с катапульты действительно состоялся: фотографии, футболки, брелоки и прочие тридцать три удовольствия, — Эмили помогла мне дойти до скамейки, а Мэтью, назначенный охотником-добытчиком, ушел на поиски еды.

— Ты сейчас как на седьмом небе? — спросила Эм, перебирая мои сувениры. Они не были особенно красивыми, но я слишком гордилась собой, чтобы об этом думать. Пока. В конце концов, всегда есть «Фотошоп».

— Ага. — Сильно дрожавшей рукой я отыскала в сумке список дел и с особой тщательностью вычеркнула прыжок с тарзанки. Остался последний пункт. — Мутит немного, а так — да, на седьмом.

— Спорим, любое потрясение таких масштабов оставляет легкую дурноту, — отозвалась Эм, обнимая меня сбоку и одновременно отодвигаясь на несколько дюймов — на всякий случай. — Вроде прогулки по Луне, или покорения гор, или прикосновения к живому Джонни Деппу.

Не зная, издевается подруга или нет, я нервно рассмеялась и опустила голову на колени, ожидая, пока сердце перестанет так сильно бухать. Ладно, пусть уж я и дальше не буду какое-то время ощущать собственные ноги, но хотелось бы знать, что хотя бы инсульт мне не грозит. Мои сосуды, ей-богу, достаточно натерпелись за этот день.

— Держи, суперзвезда! — Мэтью вернулся через несколько минут с тремя большущими пакетами из «Вендис». — Три номера седьмых, размер экстра, с жареной картошкой, луковыми кольцами и диетической колой.

Он поставил картонный поднос на соседнюю лавочку и открыл пакет. Боже, какой запах! Я вынула сандвич в серебристой обертке и откусила, даже не спросив, что это за седьмой номер. Как оказалось, это был код самого вкусного бургера с курятиной, который я когда-либо ела. Я проглотила его за несколько секунд и набила рот картошкой, а Эм и Мэтью все еще убирали ломтики помидора из булочек. Видимо, поэтому спустя две минуты все съеденное мной и оказалось в ближайшей урне.

— Теперь как, ничего? — спросил Мэтью, когда мы пересели на другую скамейку, а я провела пятнадцать пренеприятных минут в туалете «Старбакса», приводя себя в порядок.

— Не знаю, — ответила я, глядя на воду. — У меня странное ощущение.

— Какое?

— Словно мне по силам все, что угодно. — Я уясняла свои ощущения, описывая их вслух. Не часто в двадцать восемь лет сталкиваешься с совершенно новым и неизведанным. — И это немного пугает. Словно я открыла дверь, не проверив, есть ли за ней кто-нибудь. Словно у меня больше нет оправданий и отговорок.

— Вау! — восхитилась Эмили, дожевывая соломку. — Глубокая мысль. Для тебя.

— Да, — подтвердила я. — И мне это не нравится.

— Сегодня большой день, — отозвался Мэтью. Резкий ветер налетал с водопадов и бросал мне волосы на лицо. Я откинула их назад и заправила за уши, ожидая, что Мэтью сразу же их выправит. Но он не шелохнулся и никак не прокомментировал тот факт, что я сижу в не по размеру огромном трикотажном балахоне с изображением гордого лося, играющего в хоккей. После рвоты меня всегда знобит, а эта жуть с капюшоном была лучшим, что нашлось в магазине сувениров.

— Я тебе кое-что принес. — Из внутреннего кармана куртки он вынул небольшой квадратный сверток в голубой шелковистой бумаге. — Это от меня и Эм. Подготовили, пока ты покупала двадцать пять «Тоблеронов» в дьюти-фри.

— Всего два, — вяло возразила я, взяв сверток. — А что там?

— Открой, и увидишь, толстушка. — Он отвернулся обозреть окрестности.

— Я сама выбирала, — не удержалась Эм.

В свертке оказалась маленькая записная книжка в розовом кожаном переплете. На обложке золотом были вытиснены слова «Счастливый список». Я посмотрела на моих дорогих друзей. Они улыбались.

— Раз уж ты почти покончила со списком одинокой девушки, — Мэтью кивнул на подарок, — я подкинул тебе возможность начать новый.

На первой странице книжки уже была запись — выведенная серебряным карандашом строчка: «Купить обед Мэтью». Я перевернула тонкую бледно-голубую страницу. На второй значился тот же пункт. И на третьей. И на четвертой.

— Мне быстро надоело. — Мэтью подался вперед, опустив подбородок на сложенные руки. — Я хотел еще что-нибудь прикольное понаписать, но Эм не разрешила. Сказала, мне нельзя.

— Это твоя новая записная книжка — книжка одинокой девушки, — объяснила Эм. — Составная часть преображения. Новые дела, новый старт.

— Благодарю. — Я завернула записную книжку в шелковистую бумагу и сунула в сумку. — Спасибо вам. Правда спасибо. Какая чудесная вещь… Какие вы оба чудесные!

— Я боялся, что начнется рефлексия, если ты сразу не приступишь к новому списку. — Мэтью пожал плечами. — Себя не переделаешь, красотка.

— А тебе не кажется, что списки делают меня ну… вроде как ненормальной? — спросила я. За нашими спинами солнце клонилось к закату. Небо над водопадами потемнело.

— А разве я дружил бы с тобой, будь ты нормальной?

— Да, — ответила я. — Ты со мной целую вечность дружишь. У меня заснято на видео, как ты плачешь над «Американской историей-2: Фивел едет на Запад», и я знаю, что каждую неделю ты наносишь фальшивый загар. Ты правда считаешь меня сумасшедшей? Или, может, скучной?

Эмили врезала мне кулаком по руке куда сильнее, чем требовалось.

— Ну кто теперь об этом думает? — спросила она. — Ты хоть помнишь, что совершила десять минут назад?

Я отплатила ей полновесным шлепком.

— Десять минут назад я чистила зубы в «старбаксовском» сортире, потому что меня вырвало!

— До этого, — сказала она, потирая локоть. — Прыжок с катапульты. Список. И наш прилет в Канаду. Что случилось с новой Рейчел? Ты ее, часом, не выблевала?

— Нет. — Я вынула список из кармана. — Она никуда не делась. Я только боюсь, что она исчезнет, когда я вычеркну последний пункт. Что я тогда буду делать?

— «Кавалер для свадьбы», — прочитал Мэтью у меня из-за плеча. — Есть кто-нибудь на примете?

— Да вот тебя собиралась попросить, — отозвалась я. — Нет ничего плохого в том, чтобы привести на свадьбу лучшего друга. Эм там будет, я там буду, значит, и ты пойдешь.

— В таком случае сочту за честь. — Он манерно поклонился. — Ну давай вычеркивай.

Набрав полную грудь воздуха, я достала черную ручку со дна сумки и вычеркнула последний пункт.

Вот и все.

— Вот и все. — Эмили взъерошила мне волосы и издала громкий клич, на который обернулись все оказавшиеся в радиусе пятнадцати метров от скамейки. Довольно много народу, кстати. — Ты справилась. Теперь ты официально стала одиночкой.

— Да, наверное. — Я посмотрела вверх. Нет, небо на землю не упало. И свиньи не полетели. Все было таким же, как две секунды назад. Почти. — Без вас двоих у меня ничего бы не получилось. Лежала бы, уткнувшись лицом в подушку, на диване у матери в квартире, если бы вы меня не встряхнули. — Я с торжественным видом посмотрела на список. — Странно, но на этой неделе я веселилась больше, чем за все предыдущие пять лет.

— Но и неделя у тебя была не как у обычной брошенной девушки, — напомнил Мэтью. — Ты много времени провела со мной. А я крутой.

— И со мной. — Эм отобрала список для быстрой проверки. — Неужели я врезала той девице по носу?

— Лучше ответь: неужели ты гуляешь с моим братом? — Я сморщилась, борясь с поднимающейся тошнотой. — Похоже, только мы с Мэтью будем распевать «Все одинокие леди» на свадебном приеме. Так и вижу эту картину.

— Да-а? — Она наклонила голову набок. — Мэтью, ты ничего не хочешь нам рассказать?