Сказки ночного города (СИ) - Полефф Александр Эл. - Страница 15

- Ты уже уходишь? Ну вот...

Вика, открыв дверь, разочарованно посмотрела вслед коту. А через десять минут пришел Леша. Он был слегка подшофе, что выдавал блеск глаз.

- Дорогая, ты не переживай, мы просто с коллегой отметили окончание периода!

«И так через день», - с тоской подумала Вика.

Муж был настроен весьма игриво и даже соизволил немного приласкать Вику, прежде чем исполнить ежевечерний «супружеский долг» (по-другому она это назвать не могла) и уснуть. Как обычно, представляя себе что-нибудь приятное, Вика вдруг вспомнила прикосновение шерсти кота к обнаженным бедрам и... сухих, но чувственных губ Фагота к шее. Тепло в животе переросло в жар. Ее сотряс сумасшедший оргазм... Но она готова была поклясться - над левым плечом мужа, который судорожно дышал ей в грудь перегаром, в окне, она увидела черную молнию, прыгнувшую с подоконника на карниз. А также - зеленые, злые глаза сегодняшнего кота.

4.

Наутро муж ушел на работу, как обычно ругаясь. Он никак не мог найти свое портмоне. В принципе, это было вовсе не удивительно - Леша каждое утро что-нибудь терял.

Обычно они уходили на работу вместе, но сегодня Вика решила поработать дома, сказавшись приболевшей. Частично это было даже правдой - странные ощущения внизу живота, непонятную легкость в теле Вика объяснила себе приступом гипотонии.

Повалявшись еще немного в постели, она включила чайник и приготовила себе кофе. В дверь аккуратно поскребли. Почему-то, совсем не удивившись, Вика впустила своего вчерашнего знакомца - черного, как грех кота.

- Что, подглядывал вчера в окно, бродяга? - рассмеялась она. Четкая уверенность в том, что отныне это ее кот, не покидала. Гость спокойно прошествовал на кухню, где и был накормлен порцией судака и миской простокваши. Как и подобает воспитанным котам, Призрак, (как окрестила его Виктория) съел все предложенное, вылизал обе плошки и принялся сосредоточенно мыться. Вика усмехнулась, и, потрепав кота по шерсти, отправилась работать. Через пятнадцать минут, сытый и довольный Призрак запрыгнул к ней на колени и принялся мурлыкать. Неожиданно, он стал на задние лапы, уперев передние в грудь Виктории, и принялся лизать ее нос, щеки и глаза.

- Вот глупый! - смеялась девушка, пытаясь оттолкнуть мешавшего ей Призрака. Но не тут то было. Кот сместился немного вниз и начал лизать шею и левое ушко Вики. Его хвост скользнул в разрез халатика и прошелся снизу вверх по бедрам. Раз, другой, третий... Виктория застыла, откинувшись на спинку кресла. Так продолжалось до тех пор, пока пушистая кисточка не скользнула в самую глубь призывно раздвинутых бедер девушки, и Вику не накрыло волной наслаждения. Призрак же мягко прыгнул на монитор, а оттуда - на трюмо. Резко крутанувшись, как собака за своим хвостом, кот сбросил на колени приходящей в себя Виктории бумажник Алексея, зашипел и выпрыгнул в открытую форточку.

От падения бумажник раскрылся и из него выпала сложенная вдвое записка. Ступая нетвердыми, словно ватными ногами, Вика вознамерилась положить ее на место, когда внезапно усилившееся обоняние не дало сигнал о знакомом запахе. Женские духи. Их запах, изредка сопровождавший королевским шлейфом Алексея, объяснялся обычно многочасовым сидением рядом с коллегой на совещании у шефа. Развернув записку, Вика прочитала следующее:

"Пупсик, не забудь - завтра в семь, в "Якитории"". И вчерашняя дата. Виктория фыркнула. Как же, пупсик... Девяносто килограмм живого веса! Она смеялась долго. И только через несколько минут до нее начал доходить смысл написанного.

Плакала девушка гораздо дольше, чем смеялась. Истерика сменялась рыданием, рыдание - тяжелым сном, а сон - паникой. Так продолжалось до пяти вечера, когда рингтон мобильного известил о звонке руководителя.

- Алло, Виктория?

- Да, Святослав Сергеевич? - ее голос дрожал и был полным боли и отчаяния.

- Виктория, вы помните, что сдача документации по проекту завтра?

- Конечно.

- В таком случае, я хотел бы видеть вашу работу. Сегодня. Через час.

- Я...

Но трубка уже молчала. Спорить с начальником было бессмысленно.

С трудом собравшись, Виктория поехала на работу. Уже с первых минут пребывания на территории проектной фирмы, где она работала, ее начали посещать странные подозрения. Коллеги смотрели косо, секретарь даже не скрыла презрения во взгляде. Даже мужчины как-то осуждающе, (хотя некоторые - сочувственно), качали головой. А в кабинете ее ждал полный крах. Крах всего. На столе лежал ее проект, созданный вручную за восемь месяцев. Изодранный в клочья. Его уничтожали методично, с каким-то садистским цинизмом. И пара клочьев черной шерсти, что лежали на столе на все сто изобличали убийцу ее работы. Так горько Вика еще не плакала никогда. Даже, когда шеф своим громогласным тоном вещал о ней, как об истеричной дуре, которая мало того, что мешает счастью бедной, беременной женщины, так еще и саботировала работу всего предприятия, подведя жирную черту под ее историей.

- Женщины? - сквозь алмазы слезинок, потоком ливня смывающих макияж, спросила она.

- Да. Она сегодня приходила ко мне. Как ты можешь, черствая сука, мешать счастью человека, с которым ты даже не расписана? Как ты можешь угрожать ей расправой над ее ребенком? А я-то думал, что ты такая себе тихоня. Вон отсюда, чтобы я тебя не видел! Да я ей еще адвоката найму, чтобы оградить ее от твоих посягательств!

5.

...проходя, а точнее - бредя, мимо ресторана "Якитория", униженная, растоптанная, всеми преданная Вика, не смогла удержаться от того, чтобы зайти внутрь. На часах было семь...

...придя, а скорее - приползя, домой, Вика вдруг улыбнулась своему отражению в зеркале. Шок выбил из нее все силы сопротивляться или хотя бы просто вести себя адекватно. Что она потеряла? Мужа, который и не муж ей толком? Самодура-начальника и, пусть даже и любимую - но грошовую работу? Ха! Была ли печаль?

Послевиденье

Приготовив кофе, Вика с ногами залезла на подоконник... Уж что-что, а в одном она была уверена – ждать она сможет долго.

...Черные тучи прорвало острым серпом молнии. Загрохотал гром, и первые капли летнего ливня упали в раскрытое настежь окно. Ветер рвал листья с клена, тянущего свои раскидистые лапы к шестому этажу. Ливень хлестал землю так, словно она в чем-то страшно провинилась. Молнии разрывали вату небес, проливая все новые и новые потоки воды. Вика сидела и молчала. На нежных губах ее играла улыбка.

Внезапно, из-за поворота показалась фигура высокого человека, одетого в длинный черный плащ. Гриву его волос скрывала черная же шляпа. Над головой был раскрыт большой зонт-трость.

На подоконник ловко спрыгнул с карниза большой черный кот. Его шерстка была мокрой и местами - свалявшейся. Вика взяла его на руки и помахала фигуре в плаще. Человек приглашающим жестом помахал ей в ответ.

Виктория набросила дождевик поверх небесно-голубой блузки и джинсов и выскочила под грозу. Небеса пели свою боевую песнь, бичами ливня избивая все живое...

- Пойдем? - спросил Фагот

- Куда? - Вика вложила в его широкую ладонь свою маленькую ручку

- Здесь дождь. А мы пойдем навстречу солнцу.

- Ты жесток.

- А ты хотела, чтобы я тогда сразу сказал тебе, чего я желал в тот момент?

- Вряд ли... Я проиграла. Теперь моя душа принадлежит тебе?

- Конечно нет, глупенькая. Разве я могу взять у тебя то, что не принадлежит никому? К тому же, зачем ты мне без души?

- И что теперь будет?

- Теперь? Не знаю. Но завтра будет все по-прежнему.