Сотрудник агентства «Континенталь» - Хэммет Дэшил - Страница 129

– Почему? – еле слышно спросила она. – Почему вы не можете?

– А с какой стати? – рубанул я напрямик.

– Никто больше не знает того, что знаете вы. Принцесса пригнулась и положила руку на мое колено.

– Под гаражом зарыты несметные сокровища. Можете попросить все, что хотите.

Я потряс головой.

– Но вы же не глупец! – возмутилась она. – Вы же...

– Позвольте, я вам все объясню, – прервал я. – Отбросим прочь всякую честность, преданность работодателю и так далее. Я частный сыщик только потому, что я люблю свою профессию. Платят мне не плохо, хотя я мог бы найти множество занятий, которые приносили мне больше. Даже лишняя сотня в месяц это двенадцать сотен в год. Двадцать пять – тридцать тысяч долларов от настоящего дня до моего шестидесятилетия.

Так вот, я отказываюсь от этих тысяч только потому, что мне нравится быть сыщиком. Ничего другого я не знаю и ни от чего другого не получаю удовольствия. И главное: я и не хочу знать ничего другого, и не хочу ни от чего другого получать удовольствие. Это не измеришь в деньгах. Деньги это тоже приятно. Я ничего против не имею. Но за последние восемнадцать лет я наслаждался только погоней за преступниками, разгадыванием преступлений, и наивысшим счастьем, смыслом существования для, меня был миг поимки преступника, или разоблачения аферы. Это единственное будущее, которое я для себя мыслю. И я никому не позволю нарушить мои планы!

Принцесса медленно встряхнула головой, потом опустила ее. Ее темные глаза взглянули на меня исподлобья.

– Вы говорите только о деньгах, – сказала она. – Я же сказала, что вы можете попросить все, что захотите.

Чушь какая! Откуда вообще женщины вбивают в головы такие мысли?

– Вы еще что-то не понимаете, – резко сказал я, вставая и опираясь на костыль. – Вы думаете, что я мужчина, а вы женщина. Это неправильно. Я – охотник, а вы нечто, что стоит передо мной на дороге. Ничего человеческого в этом нет. Вы же не станете ожидать от гончей, что она начнет вдруг лизаться с только что загнанной лисой. Хватит болтать зря. Мы только теряем время. Я сидел и думал, что полиция или морские пехотинцы заявятся сюда и арестуют вас. Вы сидели и ждали, что кто-то из ваших подоспеет на выручку и пришьет меня. Так вот, мне надо было вам сказать: их как раз арестовали, когда я направился сюда.

Это ее потрясло. Она вскочила было, но при этих словах отступила на шаг и пошатнулась. С ее губ слетело непонятное мне восклицание. Русское, должно быть, подумал я, но в следующую секунду понял, что ошибся. Слова были итальянскими.

– Руки вверх! – скомандовал хрипловатый голос Флиппо.

Флиппо с пистолетом в руке стоял в проеме двери.

Я задрал руки так высоко, как только мог, чтобы не выронить костыль, на который опирался. Я мысленно клял себя за неосторожность.

Вот, значит, зачем она вернулась в дом. Видно, рассудила, что если она освободит итальянца, то мы окончательно поверим в то, что он замешан в ограблении и станем искать налетчиков среди его знакомых. В противном случае он мог бы доказать свою непричастность к преступлению. Пистолет ему она дала либо для того, чтобы он пробился на волю, либо, чтобы он погиб в перестрелке – это ее тоже вполне устроило бы.

Пока я ворочал мозгами, Флиппо подошел ко мне сзади, ощупал и забрал мой пистолет, свой, а также пистолет, который я достал из кармана принцессы.

– Предлагаю тебе сделку, Флиппо, – сказал я, пока он отступал в угол, откуда мог одновременно следить за мной и за принцессой. – Ты выпущен на поруки, не отсидев еще несколько лет. Когда я тебя поймал, ты был вооружен. Одного этого хватит, чтобы снова упечь тебя в каталажку. Но я знаю, что в этом дельце ты не замешан. У тебя, конечно, были тут какие-то темные делишки, но на это мне наплевать. Если сейчас уйдешь отсюда, ни во что не встревая, то я тебя не видел.

Смуглый лоб итальянца прорезали морщинки. Флиппо напряженно размышлял.

Принцесса шагнула к нему.

– Ты слышал, что я ему предлагала? – сказала она. – Так вот, то же самое я предлагаю тебе, если ты убьешь его. Морщинки на лбу Флиппо стали глубже.

– Что ж, решай сам, Флиппо, – бросил я. – Я могу предложить тебе лишь одно – гарантию, что ты не вернешься в Сан-Квентин. От принцессы ты получишь здоровый куш, и еще более здоровый шанс угодить на виселицу.

Девушка, вспомнив о своем преимуществе, обрушила на Флиппо поток итальянских слов. Я знаю по-итальянски только четыре слова: два грубых и два нецензурных. Я произнес все четыре.

Флиппо явно поддавался. Будь он лет на десять старше, он бы принял мое предложение и был счастлив. Но он был юн, а принцесса – я, наконец, это увидел – была и впрямь чертовски завлекательна. Решение итальянца было несложно предугадать.

– Но только не убивать, – заключил он по-английски, явно для моих ушей. – Я запру его в том чулане, где сам сидел.

Принцессе его решение не пришлось по вкусу. Она вновь разразилась несколькими итальянскими фразами. К сожалению для нее, в ее предложении была одна слабинка: принцесса не могла убедить Флиппо, что ему и впрямь была обеспечена доля в добыче. Ей оставалось только одно – пустить в ход все свое обаяние.

Она стояла в нескольких шагах от меня.

Она приблизилась к Флиппо. Она напевала, мурлыкала, как сладкоголосая сирена, очаровывала круглолицего итальянца.

И она добилась своего.

Флиппо пожал плечами. Все его лицо говорило «да». Он повернулся...

Я нанес ему страшный удар костылем по голове.

Костыль раскололся пополам. Ноги Флиппо подкосились и он осел на пол, как куль с мукой. И распростерся неподвижный; лишь тонкая струйка крови обагрила ковер.

Я подполз на четвереньках к выпавшему из руки Флиппо пистолету.

Принцесса была уже на полпути к двери, когда я выкрикнул:

– Стойте!

– Нет, – сказала она, но тем не менее остановилась. – Я ухожу.

– Вы идете со мной.

Она рассмеялась, довольно мило и уверенно.

– А как вы рассчитываете задержать меня?

– Надеюсь, что до этого не дойдет, – сказал я. – У вас хватит здравого смысла, чтобы не пытаться сбежать, когда я держу вас на мушке.

Принцесса вновь рассмеялась, немного изумленно.

– У меня хватит здравого смысла, чтобы не задерживаться здесь, – поправила она. – Ваш костыль сломан, а без него передвигаться вам трудно. Догнать вы меня не сможете. В то, что вы способны в меня выстрелить, я не поверю. То есть вы бы выстрелили, если бы я напала на вас, но я этого не сделаю. Я просто повернусь и спокойно выйду.

Глядя на меня вполоборота, она шагнула к двери.

– Остановитесь! – прорычал я.

Она заливисто рассмеялась и сделала еще шаг.

– Остановитесь же, черт возьми!

Принцесса неторопливо приближалась к двери; короткая серая фланелевая юбка плотно облегала ее стройные ноги, затянутые в грубые шерстяные чулки.

Моя ладонь, сжимавшая рукоятку пистолета, внезапно вспотела.

Ступив правой ногой на порог, принцесса насмешливо фыркнула.

– Адье! – бросила она на прощанье.

Я всадил пулю в ее правую ногу.

– Ух! – принцесса села на пол. Лицо ее перекосилось от изумления. Боль она ощутит чуть позже.

Мне никогда прежде не приходилось стрелять в женщину. Чертовски странное ощущение.

– Я же говорил, что я сделаю это! – Мой голос показался мне самому хриплым, диким и незнакомым. – Разве я не отнял костыль у калеки?

Крадущийся сиамец

"The Creeping Siamese". Рассказ напечатан в журнале «Black Mask» в марте 1926 года. Переводчик В. Ватик.

Когда он вошел, я коротал время возле кассы в приемной детективного агентства «Континентал», точнее, его сан-францисского филиала, с опаской наблюдая за Портером, проверявшим мой расходный счет. На широких плечах посетителя – мужчины высокого роста, очень худого, с жесткими чертами – мешком висела серая одежда. В лучах заходящего солнца, пробивавшегося сквозь полуприкрытые жалюзи, его лицо цветом походило на новые рыже-коричневые ботинки.