Каждый умирает в своем отсеке - Рябинин Виктор - Страница 50

– Кстати, насчет этого особиста. Чем он дышит, никак не пойму?

– С Костей все просто, – засмеялась мадам. – Ему деваться некуда. Он Павлу предан, как пес…

29

Засада

Андрей предпочитал о любви не говорить. Что толку от пустопорожних слов, если все просто: по свету ходят-бродят половинки одного целого и суть вопроса в том, сумеют ли они в конце концов отыскать друг друга. Когда он сказал об этом Наташе, та сильно удивилась подобным рассуждениям, а затем заулыбалась и, прижавшись ароматной щекой к его груди, шепотом спросила:

– А я твоя половинка?

Этого Андрей с уверенностью сказать не мог, а лгать женщине считал для мужчины унизительным и недостойным. Поэтому он лишь заулыбался и нежно поцеловал Наташу…

…Еще несколько месяцев назад он считал, что медсестра Леночка, которая осталась во Флотоморске, именно та женщина, с которой ему на роду написано быть вместе. Вначале они почти каждый день перезванивались, строили планы окончательного переезда Леночки к нему. Но потом звонки с Севера становились все реже и реже. А перед самой поездкой Андрея в Германию она вдруг позвонила и в слезах сообщила, что уезжает в Архангельск на постоянное место жительства. После длительных расспросов и невнятных ответов Андрей с трудом узнал, что в госпиталь привезли группу морских пехотинцев, получивших ранения в Чечне. Среди них был Петр – тридцатилетний майор, который в результате осколочного ранения под Ведено потерял зрение. Сердобольная Леночка ухаживала за ним и решила посвятить себя заботе об инвалиде.

– Андрюша, не обижайся, я не могу поступить иначе. Он ко мне привык, никого другого не признает. Если не приду, то он не ест, не пьет, а только молча сидит и тихонько стонет. Если о нем не заботиться, то погибнет парень! Жена, стерва, от него сразу же сбежала, как узнала, что муж стал слепым… Я тебя люблю, а его не могу бросить… Пойми, милый…

Андрей понял, а про себя решил, что у него, очевидно, сложности с женским полом предопределены свыше. Или изменяют, или еще что случается. Короче, может быть, ему так и суждено остаться холостяком? Но появилась Наташа, и мрачные мысли ушли…

…Они уже несколько часов не вылезали из постели, где оказались вскоре после того, как приехали к Андрею домой. Молодость и страсть победили прежние тлеющие в душе сомнения и подозрения, а пережитый стресс от недавнего преследования требовал разрядки. Все получилось как-то само собой: без жеманства, робости и ложного кокетства, как будто вместе с одеждой они расстались с ненужной шелухой во многом чопорной общепринятой морали, частенько бытующей во взаимоотношениях между мужчиной и женщиной. В эти минуты были только он и она. Впервые женщина, которую он так страстно желал с момента первой встречи и которую знал совсем мало, заняла в его жизни важное место, моментально вытеснив из воспоминаний все, что было до нее. Когда целовал ее губы, шею, грудь, Андрею казалось, что Наташа была в его жизни всегда, только по какой-то нелепой причине они давно не виделись. Ему нравилось в ней все: как она жгуче целуется, шепчет какие-то нежные женские глупости, как доверчиво прижимается к нему всем телом, а иногда коротко вскрикивает в момент пика сладострастия. С ней было уютно и комфортно и, судя по глазам девушки, она испытывала такие же чувства.

– Ну, скажи, Андрюша, я твоя половинка или нет? – по-детски шутливо стала канючить Наташа.

– Очень даже может быть, хотя время покажет, – улыбнулся Андрей.

В это время в сумочке у девушки глухо зазвонил мобильный телефон. Вся обнаженная, Наташа вскочила и принялась доставать звенящую и дребезжащую «мыльницу», как назло по неписаному закону подлости оказавшуюся в самом низу сумки. Андрей залюбовался стройной и пропорциональной фигурой девушки. Именно такой он представлял свою избранницу, именно близости с этой женщиной он страстно желал все эти дни, даже несмотря на теплящееся легкое подозрение в причастности Наташи к странным событиям, происходящим с ним.

– Хорошо, мамуся, я уже еду. Не волнуйся, у меня все хорошо… Очень хорошо! – Девушка, вдруг вспомнив, что совершенно обнажена и, словно на подиуме, стоит в двух метрах от Андрея, одной рукой прижала к точеной груди растопыренную ладошку. «Как Афродита», – подумал Андрей…

…Наташа наотрез отказалась, чтобы он ее провожал, потому, посадив девушку в такси и заранее расплатившись с водителем, Андрей вернулся домой. Сел в кресло у торшера, задумался. Голова работала четко и ясно, и настало время проанализировать события последних дней. Судя по всему, его занесло в обыкновенную бандитскую группировку, в которой верховодит его старый приятель Пашка. Очевидно, Андрей очень нужен бандитам, иначе зачем бы они стали с ним так долго возиться, запутывать в своих делах и делишках и ликвидировать излишне болтливого Муссу. Андрей вспомнил, как еще в одно из первых сентиментальных застолий с другом Пашка по пьяному делу проговорился, что планирует вскоре открыть филиал своей фирмы в Мурманске и организовать дочернюю компанию во главе с Андреем. «Будем заниматься доставкой и продажей нефтепродуктов, – уверенно заявил он, – а это, сам понимаешь, бешеные бабки».

Еще служа в Заполярье, Андрей слышал, что вскоре Север станет чуть ли не главными воротами, через которые в СНГ хлынет качественная и сравнительно недорогая нефть. Разработкой месторождений давно уже занимаются на океанском шельфе. Доставлять ее будут морем, для чего через Кольский залив даже строится мост, упирающийся одним концом в железнодорожную ветку. Этот процесс, очевидно, заинтересовал криминальные структуры, пытающиеся наложить лапу на очевидно выгодный проект. Пашке нужен свой человек на Севере, которого там знают и кому он может доверять. С первым условием все просто. Андрей служил в Заполярье, у него много хороших и надежных знакомых. А вот степень доверия Павел Николаевич попытался организовать сам, опутывая, как тот паук, своей криминальной паутиной их давнюю дружбу. Кроме Пашки, в доме у Андрея никто не бывал, значит, и кортик он втихаря взял, а потом поручил убить Муссу и подставил друга под неопровержимые улики. Любое следствие долго церемониться не будет и сразу же посчитает Андрея главным подозреваемым. Затем Пашка, очевидно по старой дружбе, его как-то отмажет и на всю оставшуюся жизнь поставит в свою бандитскую зависимость. Лихо придумано!

– Кишка тонка, – вслух проговорил Андрей, а потом резко встал и принялся собираться. Часы показывали половину третьего ночи. Нужно было спешить, потому что по его расчетам под утро к нему заявятся или бандиты, или милиция. Первые, вызвав к трупу Муссы убойный отдел МВД и уяснив, что «подстава» с кортиком не удалась, бросятся выяснять, в чем дело. Вторые, по наводке тех же бандюков, будут проводить обыск. Но Андрей об этом уже позаботился. Когда после нескольких вспышек страсти Наташа пошла в душ, он на кухне тщательно отмыл от крови кортик, вставил его в ножны, как и предполагалось, хранившиеся в ящике. Чтобы окончательно убедиться в непричастности девушки к замысловато сплетенной паутине интриги, он попросил Наташу взять кортик на хранение. Объяснил, что завтра придут маляры делать косметический ремонт и он не хотел бы, чтобы единственно ценная вещь оставалась в это время в квартире. Девушка без возражений согласилась, а Андрей облегченно вздохнул. Это свидетельствовало о непричастности Наташи к провокации.

В полпятого утра Андрей осторожно вышел из дома. Чтобы было удобно, надел спортивный костюм, шерстяную камуфляжную шапочку, что подарили ему на Севере приятели из морских пехотинцев, и короткую кожаную куртку. Недалеко от подъезда заметил знакомый джип, в котором вырисовывались три неподвижные фигуры. Подумал: «Спят, салаги. Как старые трофейные лошади. Разве можно так опрометчиво нести вахту?» Не зря он специально выбрал это время, рассчитав, что стоять «собаку» по силам не каждому.

Для такого выбора были веские основания. На флоте время с трех до пяти утра традиционно считалось «собачьей вахтой», или кратко «собакой». В эти утренние часы более всего хотелось спать, и ушлые проверяющие обычно именно в это время контролировали на бдительность караульных и матросов, несущих вахту у трапов кораблей. Как правило, «улов» задремавших и рассупонившихся людей с автоматами был отменный. Незамеченным выйдя со двора, Андрей осторожно прошел квартал и поймал такси. Назвал адрес. Водитель с опаской поглядел на необычного пассажира, прикидывая, уж не отпетый ли ворюга садится к нему в машину и не звезданет ли он ему сзади чем-нибудь тяжелым. Андрей это почувствовал и, чтобы успокоить парня, обнадежил: