Истории давно почившего мира (СИ) - Грин Андрей - Страница 24

   Тёмный Жрец, который, как сильный лекарь, излечивал себя почти в совершенстве и быстро, был в лучшем состоянии, чем остальные. И со злостной усмешкой выстрелил ледяными иглами, масляно блестящими ядом. Раненый Хэйлли монстр рухнул на землю, испустив дух. Все окончательно прозрели. Как их мог надуть этот гнусный оборотень?! Но не этот вопрос волновал их больше всего, ведь прекрасная Эльфийка заговорила. Пришло время ей всё рассказать. И Шет с известиями об Оракуле вернулась... Сегодня, им предстоит долгий разговор...

   До Дня Цветущих Деревьев они одолеют все препятствия на их пути...

*******

   "Снег... Лёгкая метель, плотные сугробы, бьющий в глаза отражённый свет. Ломкие снежинки, говорят - они идеальные кристаллы..."

   Всё было тихо и спокойно, даже слишком тихо и спокойно. Жрец пытался абстрагироваться от навязчивого певца, с которым было невозможно существовать в одном измерении, что тут говорить об отряде? И поэтому почти не заметил лёгкой, ненавязчивой песни, убаюкивающей... И заснул.

   Крик эльфийки, пронизанный отчаянием и тревогой, пронзил всё его существо. Транс спал, и магия моментально начала лечение, "стряхивая" с сознания Жреца остатки мысленной пелены и вытравливая транс без остатка. Злой и яростный, Жрец от души создал побольше игл-отравительниц, и утыкал мерзкое существо ими буквально с ног до головы.

   Он был счастлив - с одной стороны потому, что наконец прибил этого певца, с другой - потому что теперь все видели его силу. Он был всё время на чеку, оценивая как врагов всю компанию, исключая Рыцаря. С торжеством, вскинув руки к небу, Жрец удалился к ручью, довольный, как никогда.

   - Теперь никто не будет капать на нервы и мою тонкую душевную организацию своим пением, больше похожим на карканье воронья... Жрецу совсем не нравились эти песенки ни о чём, о глупых предрассудках и не выстраданных из самой души... - сказал он своему отражению. То согласно кивнуло, и Жрец присоединился к лагерю. Как раз вернулась Шет с какими-то новостями...

   До Дня Цветущих Деревьев оставалось немного...

*******

   Расставание... Горечь разлуки можно переживать не только по поводу близкого человека, но и места, и, как в нашем случае, корабля, служившего и транспортным средством, и домом. Капитан корабля обходил свой корабль, стараясь запомнить его таким, какой он, есть в это мгновение. Время измениться, но память останется. Он много раз спрашивал себя зачем он в это ввязался, и не нашел ответа, впрочем оглядываясь назад, Пират мог сказать что все его деяния рано или поздно оказывались правильными.

   Пират оглядывал своё судно, ощущая близость расставания, как в последний раз. Нет, он обязательно вернётся, ещё много приключений ожидает это судно, ему ещё предстоит стать легендой всех морей - тем чье название вызывает уважение и трепет у других, но сейчас Пират расстаётся с ним, отправляясь туда, где его судьба изменится, окончательно и бесповоротно. Неожиданно доброжелательный, самурай, чуть поуспокоил Пирата. По крайней мере, внешне, морской разбойник стал выглядеть менее озабоченным.

   Искуситель, чьи способности уже стали известны, и вызывали лишь уважение, появился, как ни в чём не бывало, от него пахло алкоголем и ароматами эльфийских девушек. Со слов Оракула, Пират понял две вещи, во-первых, что Искуситель большую часть времени провел, занимаясь не тем, чем его просили, а во-вторых, что даже прорицатели могут говорить на доступном для каждого языке, а некоторые из словечек Пират не слышал даже от своих моряков.

   До Дня Цветущих Деревьев они все пополнят свой словарный запас...

*******

   Тишина... Драгон проснулся на палубе корабля. Ночь отдавала свои права новому дню, Солнце поднималось над горизонтом, освещая своими лучами море. Поднявшись, он увидел берег. Они прибыли. К нему подошел Рюума.

   -Мы на месте

   Драгон одним движением руки поправил волосы и нагнулся, что бы надеть свой рогатый шлем. Палуба корабля мягко светилась голубоватым сиянием. Левиафан стал еще более прекрасным кораблем.

   - Я оставлю своих воинов тут. У меня предчувствие, что мне потребуется вся моя сила, поэтому я заберу себе их мощь. Все равно на этом корабле они не пропадут. Да и за моими волками надо ухаживать. Так как со слов Оракула нам никто не понадобиться, что бы добраться до точки назначения.

   - Ты уверен в своем решении? - Сзади подошел Пират, в его глазах была грусть, для него расставание с кораблем было самым болезненным.

   Драгон не мог понять его чувств, его дом никогда не был для него по - настоящему важен. Самураев воспитывали в других традициях. Боцман тоже был подавлен, но все, же мертвец не мог прочувствовать положение полностью.

   - Я думаю, что смогу обеспечить тебе контакт с кораблем через моих людей, сказал Драгон, ты ничего не потеряешь. Он старался утешить своего нового друга, тот и так был не в настроении, и честно говоря, ему эта затея нужна была меньше всего.

   Призрачные матросы вышли проводить их. Пока Пират раздавал им инструкции, Драгон осматривался, Рюума о чем-то увлеченно спорил с Оракулом, самурай решил, что потом спросит мастера предвидения о теме спора. Воин никогда не бывал на другом континенте, и это было для него в новинку. Появление пьяного Искусителя не вызвало у него проблем, он уже знал этого забавного человека, и разделял его взгляды на жизнь.

   До Дня Цветущих Деревьев произойдет много интересного...

*******

   Дым... Когда находишься в месте, обдуваемом всеми ветрами, дым костра стелется низко, практически по самой земле. Эта вершина уже и забыла, когда в последний раз тут кто-нибудь разводил костёр. Ассасину хотелось угостить своего нового приятеля, чем-то приготовленным своими руками, а Берсерк воспринял это предложение с превеликой радостью. Сколько лет ему приходилось питаться в Храме, да и походная пища, приготовленная на костре, добавляла запахов и антуража обстановке, что только способствовало их сладостным воспоминаниям.

   Ассасин готовил что-то бурлящее в котелке, рядом запекались два свёртка, прикопанные в углях, и, на заострённых тонких веточках, обжаривались кусочки жирного мяса. Жир топился от жара костра и стекал по кусочкам, по самим веткам, капал на угли, и от всего этого, в воздухе стоял невообразимый запах, от которого Берсерк с каждой минутой обожал своего нового друга всё больше и больше. Сейчас он уже был похож на одну из собак Ассасина, готовый на всё ради своей порции.

   Вот Ассасин добавил каких-то душистых трав в котелок, помешал это варево, наверх выплыли мелко порубленные овощи, попробовав на вкус, он отставил котелок от костра, предупредив, что тому нужно дать несколько минут настояться. В очередной раз он перевернул обжаривающееся мясо, и стал откапывать запекающиеся свёртки из углей, свёртки были обёрнуты крупными листами какой-то местной травы, но поскольку Ассасин знал травы, используемые в готовке у эльфов, то и эту траву он с лёгкостью распознал. Чуть приоткрыв свёрток, он по запаху определил готовность. Внутри оказались какие-то странные овощи, растущие клубнями под землей, на поверхности же, это растение выглядело как цветы с толстым стеблем. Ассасин рассказал, что эти плоды очень распространены у друидов, и их не только запекают, но и жарят и варят, и различными способами добавляют в мучные изделия. Берсерк никогда не ел ничего подобного, и был приятно удивлён вкусом.

   По желанию Берсерка, они расположились у костра и приступили к трапезе. Их разговор наполнился воспоминаниями былых трапез и обедов, но вскоре они вернулись в благодатное русло мечтаний и предположений на будущее, которые в этот день приняли некоторый гастрономический оттенок.

   До Дня Цветущих Деревьев они доберутся сытые и довольные.

*******

   Любовь... Нежная и долгая, страстная и взрывная, способна многое менять в судьбах двух незнакомцев.

   Эльфийка испуганно оглядела все произошедшее. Она медленно и гордо подошла к трупу и ткнула ему в бок кончиком ботинка. Немного подумав, сказала