Возвышение Криспа - - Страница 73

Автократор с Севастократором обменялись любезностями, а затем перешли к делу. Когда Петроний спросил о Даре, Крисп чуть не выронил тряпку.

— С ней все нормально, спасибо, — сказал Анфим. — Она выглядит нынче вполне счастливой.

— Вот и ладно, — ответил ему дядя. — Возможно, скоро она подарит тебе сына.

Протирая старинный шлем Царя царей Макурана, Крисп невольно улыбнулся при мысли о том, что шансы на зачатие у Дары в последнее время сильно возросли. Императрица частенько вызывала его к себе по ночам. Им приходилось соблюдать осторожность, но они старались не упустить ни единой возможности.

— Дядя! — сказал наконец после необязательной болтовни Анфим. — Возможно, благой бог подарит тебе победу в войне с Макураном — но можешь ли ты поручиться, что у нас хватит сил отбить нападение кубратов?

Крисп замер, бросив даже притворяться, будто вытирает пыль, и чуть не вывернул шею, стараясь не пропустить ответа Петрония.

Последовала долгая пауза. Наконец Севастократор сказал:

— Я не думаю, что в этом году нам грозят серьезные неприятности со стороны кубратов.

— Но они уже начали набеги, насколько мне известно. — Анфим зашуршал пергаментом. — Вот, тут у меня два последних донесения, одно из Имброса, другое с восточной границы. В них говорится о набегах дикарей, угнавших коров и овец. Мне такие известия не по нутру. Они меня беспокоят. — Как правило, плохие вести попросту не доходили до императора. Однако Крисп постарался, чтобы на сей раз дошли.

— Покажи их мне. — Последовала еще одна пауза, пока Севастократор проглядывал документы. Потом Петроний фыркнул. — Это же блошиные укусы, Анфим! Пограничные отряды запросто прогнали обе шайки.

— А вдруг они пойдут всей ордой? — не сдавался Анфим. — Тогда отряды не сумеют их сдержать.

Крисп кивнул. Ему удалось-таки вселить тревогу в душу императора.

— По-моему, это крайне маловероятно, ваше величество, — ответил Петроний.

— А по-моему, вероятно, и даже очень! — отозвался Анфим. — Раз уж кубраты начали набеги, они теперь не успокоятся. Я настаиваю, чтобы ты укрепил северную границу, отозвав назад часть солдат, переброшенных на запад.

На сей раз Петроний молчал еще дольше.

— Настаиваешь? — проговорил он в конце концов, явно не веря собственным ушам. — Ты настаиваешь, племянник? — переспросил он с такой интонацией, точно поймал Анфима на очевидной ошибке и ожидал, что император ее исправит.

Но Анфим, хотя и дрогнувшим голосом — да и немудрено, подумал Крисп, на собственной шкуре испытавший, что значит противостоять авторитету Петрония, — ответил:

— Да, я настаиваю.

— Даже если придется свернуть кампанию против Макурана? — мягко спросил Севастократор.

— Даже тогда, — уже более твердо проговорил Анфим. — В конце концов, Автократор я или нет?

— Конечно, Автократор, — согласился Петроний. — Меня просто удивляет столь внезапный интерес к военным делам. Я полагал, что в подобных вопросах пользуюсь твоим доверием.

— Пользуешься, дядя! Ты же сам это прекрасно знаешь! — заверил его Анфим. Крисп подумал, что император начинает сдавать позиции. Но тот продолжал:

— И тем не менее в данном случае мне кажется, что твой воинственный пыл лишает тебя обычной осторожности.

— Это ваше последнее слово, ваше величество?

— Да.

«Анфим, когда хочет, может говорить как настоящий император, — подумал Крисп. — Вот только хватит ли этого, чтобы заставить Севастократора подчиниться?»

С одной стороны, вроде хватило. Но не совсем. После очередной задумчивой паузы Петроний сказал:

— Ваше слово для меня закон, ваше величество. — Крисп прекрасно знал, что Петроний лжет; но понимает ли это Анфим? Размышления Криспа вновь прервал голос Севастократора:

— И все-таки, если позволите, я хотел бы предложить решение, которое даст мне возможность оставить армию на западе и в то же время связать кубратам руки.

— Что ж, говори, — осторожно промолвил Анфим, заинтригованный тем, как Петроний собирается решить разом две столь противоречивые задачи.

— Спасибо, Анфим. Я скажу. Ты помнишь банду халогайских наемников во главе с северянином по прозванию Арваш Черный Плащ?

— Да, помню. Это который навел шороху в Хатрише, да?

— В Татагуше, ваше величество. Так вот, я позволил себе спросить у Арваша, не согласится ли он за определенную мзду напасть на Кубрат. Если он согласится, Маломир будет слишком занят, чтобы чинить нам неприятности, а мы при этом не потеряем ни единого видесского солдата. Ну, что скажете?

Анфим явно заколебался. Крисп топнул ногой по мраморному полу. У Петрония и впрямь оказался в запасе план, причем план превосходный. Крисп почувствовал, что его обошли с тыла.

— Я должен об этом подумать, дядя, — ответил наконец Анфим.

— Конечно, только думай побыстрее, потому что как только распогодится, каждый потерянный для кампании день дорого мне обойдется.

— Я сообщу тебе о своем решении завтра, — пообещал Анфим.

— И на том спасибо, — весело согласился Петроний.

Севастократор поставил на стол свою чашу, потом отодвинул кресло и начал вставать. Услыхав эти звуки, Крисп рванул в соседнюю комнату: ему совершенно не хотелось сейчас встречаться с Петронием. Но то ли он не успел, то ли чересчур нашумел — словом, сразу вслед за ним в комнату вошел Севастократор. Крисп, как и полагалось по этикету, преклонил колено перед вторым человеком империи.

— Ваше императорское высочество! — сказал он, опустив очи долу.

— Смотри мне в глаза, почитаемый и почтенный господин! — потребовал Петроний. Крисп нехотя повиновался. Лицо Севастократора было сурово и холодно, голос — бесстрастен. — Я вышвырнул из спальни вестиария лису вовсе не для того, чтобы сменить ее львом. Я предупреждал тебя, причем неоднократно, что ты поплатишься за непослушание. Теперь мне остается лишь избрать тебе достойную кару.

— Я считал, что вы совершаете ошибку, оголяя границу с Кубратом, — упрямо заметил Крисп. — Я говорил вам об этом — и повторяю еще раз. Ваш новый план мне нравится немногим больше. Разве может нападение какой-то банды причинить серьезные неприятности такой большой стране, как Кубрат? Вряд ли. И вряд ли это удержит кубратов от набегов на Видесс.

— Татагуш вдвое больше Кубрата, однако налетчики Арваша годами ввергали его в хаос. — Петроний задумчиво глянул на Криспа. — То, что ты не пресмыкаешься передо мной, говорит в твою пользу. Со временем, набравшись опыта, ты действительно можешь стать опасным. Но я не дам тебе его набраться.

Крисп хотел было сказать, что Анфим защитит его от Севастократора, но передумал. Он сам знал, что это не правда. Силы воли у Петрония было гораздо больше, чем у его племянника. Рано или поздно, даже если Анфим ему запретит, Петроний нанесет удар. Анфим, возможно, потоскует немного по Криспу — до тех пор, пока не привыкнет к новому и безобидному вестиарию, который его сменит. Дара, наверное, будет тосковать сильнее. Но и она не сумеет помешать Петронию, обладающему практически неограниченной властью в городе Видессе.

Бежать? Если кто в империи и способен его выследить, так это Петроний. К тому же какой смысл бежать, лишаясь таким образом всех своих друзей и сторонников? Убить его здесь будет труднее, чем на какой-нибудь пустынной дороге. Нет, лучше он останется и попытается сделать что сможет. По-прежнему стоя на одном колене, Крисп бестрепетно посмотрел Петронию в глаза:

— Могу я подняться, ваше высочество?

— Валяй, — ответил Петроний. — Скоро все равно упадешь.

* * *

Крисп изо всех сил убеждал Анфима в несостоятельности намерения Петрония использовать против Кубрата банду Арваша вместо видесских солдат. Анфим слушал-слушал, а потом покачал головой.

— Но почему, ваше величество? — настаивал Крисп. — Даже если эти наемники перевернут весь Кубрат с ног на голову, кочевники все равно не оставят в покое ваши северные провинции.