Академия магических искусств. Полукровка - Рэйн Элла - Страница 30

- Вот эта дверь в ванную комнату, к ней примыкает гардеробная, там одежда для Вас, а эта дверь, - он подошел и распахнул, - ведет в рабочий кабинет. При Вашей матушке это была комната, в которой она занималась рукоделием, изготавливала разные крема, мази и настойки. А для Вас магистр велел обустроить здесь кабинет, леди Видана, Вы сможете брать книги из библиотеки замка и заниматься здесь. Если желаете поужинать, то спускайтесь на два пролета, ниже, там, в гостиной накрыт стол, я сейчас пришлю Вашу девушку.

- Не надо, пожалуйста, я ложусь спать, - мне стало так не себе, что желание поужинать пропало разом, - и вообще, я сама себя в состоянии одеть, раздеть и все остальное.

- Хорошо, леди Видана, ночных грез, - Низам наклонил голову и закрыл за собой дверь.

Я бросилась в ванную комнату, умылась, а затем, разобрав кровать, юркнула под одеяло, и мгновенно уснула.

Она вошла в комнату и улыбнулась, милая, родная и такая юная - моя мамочка. Я подскочила с кровати и бросилась к ней, мама обняла меня, прижала на мгновение к себе и предложила:

- Давай присядем, у меня совсем немного времени.

Мы сели в кресла, в камине горел огонь, мама взяла меня за руку и, поглаживая, с нежностью и грустью смотрела на меня.

- Солнышко мое, Вида, как я рада, что ты вернулась домой, девочка. Какая ты стала взрослая, красивая, но знаешь, я ничуть не жалею о том, что случилось. В моей короткой жизни были два удивительный события - любовь к твоему отцу и твое рождение, а моя смерть - это такая мизерная плата за счастье, что я испытала. Любовь, малышка, самое главное в жизни - любовь. Помни об этом и не позволяй никому использовать тебя в чьих-либо интересах, ценой отказа от себя.

- Мама, а ты можешь рассказать о твоей семье?

- Нет, Вида, - она покачала головой, - все ответы на возникающие вопросы, тебе придется искать самой. Я дала слово.

- Мама, ты говоришь, что рада, я вернулась домой, а что здесь радостного? Разве ты была здесь счастлива?

- Меня берегли, Вида, за меня переживали и по-своему желали счастья. А для тебя малышка, опасно находиться без защиты семьи, твои способности, силы - будут привлекать к тебе корыстных магов, желающих поставить эти дары на службу себе. Только твое благоразумие, да покровительство рода, позволит избежать разных ловушек на жизненном пути, а их будут немало, поверь.

- Мама, а Ольгерд Тримеер и Артур Эрмитас, - я вдруг сама не понимая, зачем, задала этот вопрос, - они какую роль играют во всем происходящем?

- Виданочка, жизнь - это долгий путь, на котором много опасностей, потерь, но немало и радости, но ценить её, мы начинаем, только пережив боль утраты. Пройти этот путь в одиночку не удается никому, а значит нужно учиться доверять, и разговаривать. Поэтому ответы на свои вопросы ты найдешь сама, - она коснулась ладонью моего лица, - прости малышка, мне пора идти.

Она поднялась, я еще не отпускала ее руки, но чувствовала, что еще мгновение и мама исчезнет.

- Мама, мы увидимся еще?

- Когда придет твой день, у дверей в Вечность я встречу тебя, а до этого момента, может быть, мы и увидимся, но это зависит не от меня, а если и случится, то очень нескоро.

Я еще держу её руку, но мамы уже нет. Одна в комнате, огонь в камине погас, обессилено опускаюсь на кровать, не прошеные слезы сбегают на подушку, и я погружаюсь в темноту.

Утром, едва открыла глаза, вспомнила ночной сон, болит голова, а лицо опухло от слез.

Дверь потихоньку открылась и на пороге появилась девушка.

- Леди Видана, меня зовут Камея, магистр Ольгерд отправил за Вами. Вас ждут в гостиной, я подготовила одежду.

- Спасибо, но у меня есть одежда.

- Нет, форменную одежду Вы будете носить в академии, а здесь для Вас подготовлены другие вещи, - и, подождав пока я встану и умоюсь, открыла дверь в гардеробную.

В небольшой комнате висели платья, на полках лежали белье и теплые вещи, а внизу - обувь.

Камея подала мне платье из тонкой шерсти, горчичного цвета, одеваясь, подумала, что платье легло так, будто мерки снимались с меня. Воротник-стойка, косая планка с застежкой на левом плече и длинные рукава, собранные в манжеты, расшитые, как и воротник, черными геометрическими узорами, длинная юбка, не доходящая до пола пару десятков сантиметров. К платью были широкий пояс и черные мягкие туфельки. Заплела косу, не позволив сделать это Камее, несмотря на её настойчивую просьбу.

- Леди Видана, меня будут ругать, если Вы не будете позволять мне, помогать, - расстроено сообщила девушка.

- Камея, за мою недолгую жизнь, помощников у меня не было, я в состоянии сделать все сама.

- Здесь Вам придется от этого отвыкнуть, - сказала она и направилась к дверям, - пойдемте, Вас ждут.

Мы спустились на два пролета лестницы вниз, Камея показала мне на дверь и очень тихо произнесла:

- Вас ждут здесь, это гостиная, где собирается только семья.

Я вошла в небольшую, но очень уютную комнату, в которой за круглым столом сидела семейная пара средних лет, магистр Тримеер и ректор Эрмитас.

- Мама, отец, - магистр Ольгерд встал при моем появлении, - разрешите вам представить дочь Артиваль - Видану, - отодвинув стул от стола рядом с собой, - ну смелее, здесь все свои, никто не покусает.

Он осторожно провел рукой по моей голове, боль прошла.

Я села, родители Ольгерда молча, смотрели на меня, а магистр продолжил:

- Видана, это леди Амилен и лорд Генрих Тримееры, мои родители, а также, дядя и тетя твой матери, и твои двоюродные дед и бабушка.

- Видана, ты очень похожа на Артиваль, цвет глаз и волос не её, а так, полная копия, - мать магистра напряженно рассматривала меня, - ешь, у нас будет время пообщаться.

Магистр и ректор тихо разговаривали, решая какие-то вопросы, лорд Генрих, задумчивым взглядом скользил по моему лицу.

- Амилен, ты конечно права, девочка внешне похожа на Артиваль, но внутренне, она другая. Совсем другая, - он снова замолчал, занявшись кофе.

- Генрих, дорогой, ты о чем? Что ты подразумеваешь под этим? - леди Амилен, обратилась к мужу, при этом сверля меня взглядом.

- Амилен, у Виданы, есть силы, которых никогда не было у Артиваль. Я ощущаю у девочки сильный внутренний стержень, она такой несгибаемый солдатик, кисейной барышни из этой малышки не получится, так что даже не пытайся втягивать её в ваш дамский клуб любительниц платьишек, духов, помады и астрологических прогнозов. И, да, гадать с вами, любит - не любит, она однозначно не будет.

- Генрих, - леди Амелин посерьезнела, - о чем ты говоришь, Видана красивая девушка и...

- И кроме этого, достаточно умная, и для своих лет неплохо образованная, и отец прав, мама. Видана, пусть хрупкий, но солдатик, и огромная просьба, не мешать ей, заниматься тем, чем она захочет, - магистр Ольгерд вклинился в разговор родителей.

- Но Ольгерд, а чем можно заниматься в нашем замке, вдали от столицы и балов? Девочка почти четыре года безвылазно сидела в академии, её нужно готовить для выхода в свет, а вы что удумали, магистры? - леди Амилен казалась расстроенной, - ей нужно партию подбирать, думать о будущем, а вы спрятали малышку от всех.

- Мама, - ледяной голос Ольгерда Тримеера прервал её речь, - прекрати, пожалуйста, я не позволю ставить на Видане эксперименты, которыми так славится наш род. Довольно, опыты по разведению породистых экземпляров хороши в конюшне или псарне, но никак не на людях.

- Леди Амилен, - ректор решил вставить свои пять копеек в семейную дискуссию, - у адептки разносторонние способности, пусть развивает их, пока есть время. Она должна найти себя, а все остальное приложится.

- Я и смотрю, магистры, себя-то вы нашли, умницы, гордость своих семейств, но где ваши дражайшие половинки? - голос леди Амилен задрожал от какой-то затаенной обиды.

- Амилен, дорогая, не нужно сейчас заводить этот разговор, у наших детей - семьи, будут внуки, ну да, Ольгерд не женат, но какие его годы? - супруг попытался её успокоить, но получилось только хуже.