Академия магических искусств. Наследница. ч.1 - Рэйн Элла - Страница 32

- Ой, Цирцея, ты и при жизни была вся в книгах, - печально заметил Герберт, - никого не замечала, а сейчас еще хуже стала. Я к тебе и так, и эдак, а у тебя только знания на уме. Нет, чтобы на свидание со мной сходить.

- Герберт, - удивилась Цирцея, - это на тебя присутствие девушки так повлияло? Да, я впервые слышу, что не безразлична тебе.

- Видана, вот посмотри на это чудо многовековое, - засмеялся Герберт, - нас из-за моего не безразличия к ней, убили, а она так и не поняла, чем мужу не угодила. Цирцея до сих пор уверена, что он ее к книгам приревновал и давно ушедшим философам.

Цирцея с изумлением смотрела на нас, а потом исчезла.

- Вот, сейчас дуться начнет, с прошлой обиды прошло лет двадцать, сколько сейчас терпеть? - ерничал Герберт.

- Так, - Цирцея появилась перед нами, и недовольно вопросила, - ты еще здесь? А я думала, что с букетиком цветов и, нервничая, ожидаешь меня в библиотеке, сколько еще веков, я должна ждать?

Я тихо рассмеялась, когда парочка, переглянувшись между собой, отправилась в неизвестном мне, направлении. Мда, это не менее интересная картина, наблюдать за влюбленными... привидениями, в этом они от людей почти не отличаются.

- Спасибо, спасибо, - меня за плечи схватили, какие-то воздушные руки и такие же воздушные губы чмокнули меня в лоб, - какое счастье, Видана, появились Вы, и моя Цирцея, глаза раскрыла! Она согласилась! - оставив меня, по комнате закружился счастливый Герберт.

- На что согласилась? - уточнила я.

- Как на что? - непонимающе уставился он на меня, - мы с ней, на свиданье отправляемся, а потом с родственниками знакомиться, на кладбище значит.

- Ох, ты ж, - только и вымолвила я, - Герберт, как у Вас все запущено. А вы случайно в Вечность не желаете?

- Видана, да Вы что, у нас все только начинается, а Вы - Вечность. Нет, мы приличные люди, тьфу, простите, привидения. Сначала, значит, семейный союз создадим, лет пятьсот нервы друг другу попортим с превеликим наслаждением, а там смотришь, и попросим Ваших потомков нас к месту назначения отправить, - рассказывал планы Герберт.

- Каких потомков, Герберт, причем здесь я? Это Вам к потомкам магистра обращаться придется.

- Да мы тут пари заключили, - загадочно произнес Герберт, как в комнате появилась принарядившаяся Цирцея, - извините, нам пора.

Мда, у меня случайно не галлюцинации? Вообще-то я спать должна, а в комнате посетителей столько, будто здесь праздничный прием.

- Конрад, - позвала я, и на стуле появилось грустное привидение, - я никогда не гуляла по столице, может, составите компанию, с утра пораньше?

- Куда пойдем? - мгновенно спросил он, - Вы уже решили?

- Да, Вам известен адрес - улица Плачущей Ундины?

- О, конечно, - с воодушевлением ответил Конрад, - это не далеко отсюда. Такая маленькая улочка, застроенная аккуратными, двухэтажными домами с палисадниками. А в них с ранней весны до поздней осени, сменяя друг друга, благоухают изумительные цветы. В окна выглядывают счастливые женские лица, поджидающие мужей со службы. Я любил гулять по ней, почему-то эта улочка притягивала к себе, как магнит. Я представлял, как на ступеньки дома, выкрашенного в краснокирпичный цвет, с белыми наличниками, выбегает Кларисса, встречая меня со службы. Там такой дом есть, - поникнув, сообщил он, - N13.

У меня замерло сердце, дом N13 по улице Плачущей Ундины, место проживания леди Калерии Ламонт, урожденной Блэкрэдсан.

- После завтрака, отправляемся. А сейчас отдыхать, - решила я.

-- * *

За завтраком магистра не было, как сообщила Каролина, он не возвратился со службы. Пока я пила чай, Герберт и Цирцея шепотом что-то обсуждали, а Конрад витал где-то в своих мыслях. Они все приняли телесные очертания, решив не прятаться, а создать мне компанию.

- Конрад, я буду готова через несколько минут, - обратилась я к нему, - Вы как?

- Так, Видана, а куда вы с Конрадом собрались? - мгновенно встрял Герберт.

- Герберт, мы с Виданой немного прогуляемся, - пояснил Конрад, - тут недалеко, я покажу девушке столицу.

- Я с вами, - решил Герберт, - мне поручено приглядывать и охранять Видану, так что без меня никуда из дома не выйдете.

Так, брюки, свитер, теплые сапоги и куртка на меху, я готова. Можно отправляться. Привидения стали невидимыми, и мы отправились в гости, к матушке Кальвена Уайта. Я шла по улице, действительно, район был очень респектабельным, и жили здесь в основном маги. Красивые дома, на улицах почти не было прохожих.

- А это потому, - пояснил мне Герберт, - что еще все отдыхают, многие ложатся за полночь. Здесь публика своеобразная, времяпровождение соответствующее - театры, рестораны, ночные клубы. Они траура даже и не замечают. Так что на улицах люд появится ближе к вечеру.

Пройдя около километра по широкой улице, мы свернули налево и оказались на улочке Плачущей Ундины. Она выглядела именно так, как описал ее ночью, Конрад. Игрушечные домики, припорошенные снегом, раскрашенные в разные теплые цвета, на каждой двери висел большой красивый пушистый венок обвитый лентами и украшенный игрушками. Когда мы остановились около дома N13, Конрад затрепетал, я ощутила его тягучее волнение.

- Конрад, - услышала тихий голос Герберта, - да что с тобой, ты сам на себя не похож? Ты уверен, что можешь двигаться дальше?

- Так, господа, успокойтесь. Мы пришли. - Я поднялась по ступенькам пряничного домика и постучала в дверь. Ответа не было. Я легонько толкнула ее и дверь открылась.

- Видана, - Герберт рядом, - не стоит входить, давайте я сам.

- Давайте, вместе, - предложила я и вошла в домик. Мы оказались в небольшой, квадратной прихожей, очень чистой и почти пустой, если не считать затертого коврика у входа, да вешалки на стене, на которой висела старенькая женская шубка. Из прихожей в дом вела дверь, я вошла и попала в коридор, который упирался в лестницу, ведущую на второй этаж. И две двери по бокам коридора, правая вела в кухню, а левая дверь в небольшую гостиную. Обстановка была небогатая, все старенькое, но чистое. И никого не было, ни души.

- Конрад, проверьте, что там на втором этаже, - попросила я, - а мы, с Гербертом, эти помещения.

В кухне, на плите, отапливаемой дровами, стоял остывший чайник. На столе ни крошки, все на своих местах. Заглянула в тщательно закрытое мусорное ведро и обнаружила в нем, чашку с недопитым чаем и не успевший засохнуть бутерброд.

- Герберт, завтракали где-то час назад, похоже, леди кто-то напугал, и она все выбросила в мусорку, - рассуждала я.

- Наверху никого нет, - в кухне появился Конрад, - но здесь ощущается страх, сильный страх. Именно здесь, в кухне.

- Давайте искать, - предложила я и начала открывать нижние шкафчики. Они были заставлены емкостями с мукой, крупами. Никого. Я огляделась, прятаться больше негде. Обошла плиту и открыла дверцу топки. Там, куда закладываются поленья, вся измазавшаяся в золе, сжавшись в комочек, лежала немолодая женщина и страшно испуганными глазами, смотрела на меня.

- Леди Калерия, это Вы? - спросила я ее, протягивая ей руку, - давайте выбирайтесь оттуда, кто Вас так напугал?

- Вы пришли убить меня, - испуганно шептала женщина, - кто Вы?

- Нет, зачем мне Вас убивать, я друг и пришла за Вами, выбирайтесь.

- Кларисса, - стон Конрада ударил в уши, - моя маленькая Кларисса. И вдруг я увидела, как лицо женщины становится смертельно бледным, а потом начинает розоветь, Конрад принял телесную оболочку.

- Так, уже интересно, Конрад, мы пришли к леди Калерии Ламонт, а Вы называете ее Клариссой, объясниться никто не желает? - спросила я.

Женщина выбралась из печи. Невысокая, сухощавая леди, с седыми волосами и умными глазами, в которых стояли слезы, смотрела на Конрада.

- Сколько лет, Конрад, я не слышала своего имени, сколько лет. Я была уверена, что ты даже не вспоминал о маленькой, влюбленной в тебя, девчонке, - прошептала она.