Академия магических искусств. Наследница. ч.1 - Рэйн Элла - Страница 7

- Лорд, Вы верите в судьбу? - ректор ухмыльнулся, - еще один судьбовер, как же вас много.

- Да, и горжусь этим, - парировал раздраженно Амбрелиаз, - я верю в судьбу и ее дары, и не понимаю, как их можно игнорировать.

- Почему мы все смертны? Даже величайшие из магов не преодолевают барьера длиною в тысячу лет и как потом, там, в Вечности, они распоряжаются накопленными знаниями? - интересная мысль, вот только в какой странный момент она возникла, тут от нежеланного претендента отбиваться нужно, а я о вечном.

На меня с потрясением смотрел Франц Амбрелиаз, мелькнула затаенная улыбка магистра и ехидно-насмешливый голос ректора, после которого в моей душе наступило спокойствие:

- Лорд Амбрелиаз, Вам приходилось встречаться со странниками? Уверен - да. Понимать их сложно, они раздражают, ломая привычную картину жизни, в которой, благодаря судьбе, все разложено по полочкам - карьера, материальный достаток, счастливая семейная жизнь, жена-красавица и несколько детей с ангельской внешностью.

- Эрмитас, мы не в Вашей Академии магических искусств, и я не Ваш адепт, можете не читать мне лекций. Я знаю, кто такие странники, они не от мира сего, хвала Черной Луне, что их так мало в магическом мире, и просто прекрасно, что их нет среди женщин, - раздраженно прервал его Амбрелиаз, - я вообще-то уверен, что маги становятся странниками от переизбытка всего: денег, женщин, имений и славы. Извините, леди, я грубо скажу, не нужно бы Вам этого слышать, но странниками становятся, от состояния - зажравшись.

- Поняла, адептка, что с тобой сталось, - ехидно спросил меня ректор, - ты просто зажралась, вот не пойму, откуда в тебе это? Вроде приличная адептка, не из богатеньких, и туда же, искать ответы на фундаментальные вопросы устройства мироздания.

- Спасибо, лорд Амбрелиаз за рассказ, - поблагодарила я, - и начнем, помоги нам Черная Луна, распутывать не торопясь эту историю. Скажите, кто кроме Вас и моего деда знал об этой клятве?

Магистры молчали, но при этом слушали очень внимательно.

- Видана, никто. Я никогда не кому об этом не рассказывал.

- Извините, позвольте с Вами не согласиться. Гай Берг, действительно мой дед, он воспитывал меня с пеленок до двенадцати лет, и никогда, Вы слышите меня, никогда не упомянул об этой клятве. А если, он не сказал об этом мне, значит и ни одной душе на свете. Вспоминайте, лорд Амбрелиаз, если Вы действительно ее давали, то кому Вы об этом рассказали?

- Милая девушка, а по какому праву, Вы ставите мои слова под сомнения? - вспылил оно.

- По одному единственному, мне очень не нравится история, рассказанная Вами. Нет, клятву Вы могли дать, да сколько угодно, но вот то, что Вы не помните, кому о ней рассказали, а Вами начали манипулировать именно клятвой, данной Гаю Бергу, это уже нехорошо.

- Но, я, правда, никому о ней не рассказывал, - ответил Амбрелиаз.

Я задумалась, погружаясь все глубже и глубже в рассказанное, что-то не давало мне покоя, Амбрелиаз вполне мог забыть о своем рассказе, но с кем он мог поделиться?

- Видана, вернись немедленно, - голос магистра откуда-то издалека, - не нужно этого делать.

Поздно, магистр, уже поздно. Звон в ушах нарастал с каждым мгновением, я поплыла, чувствуя только, как кто-то взял меня за руки...

На разобранной кровати, в спальне, сидит красивая молодая женщина, в свадебном одеянии. Она, улыбаясь, смотрит на избранника, стоящего перед ней на коленях, но при этом, ее глаза ледяные, презрительные. Молодой Франц Амбрелиаз счастлив и он что-то говорит, говорит, покрывая поцелуями ее руки. Я стою у окна и жду, что-то должно произойти, почему-то ведь я здесь оказалась.

- Милый Франц, - произносит женщина, на ее лице какое-то мучительное ожидание, - я хочу открыть тебе один секрет, ты должен его знать, на случай, если со мной, случится что-то непредвиденное. Несколько лет назад, я дала клятву человеку, оказавшему мне очень серьезную услугу, если потребуется моя помощь, я ее окажу, даже ценой своей жизни. Так что, если я исчезну, от меня не будет известий, знай, я выполнила обещанное и не горюй обо мне.

- Амелин, разве можно так безрассудно давать такие клятвы, - спросил он, потянувшись с поцелуем к ее губам. Я отвернулась к окну.

- Франц, какой ты счастливый, как хорошо, что в твоей жизни нет такого, а у меня связаны руки, - горестно произносит Амелин Амбрелиаз.

- Как странно, Амелин, вот ты сказала и я вспомнил...

- Что, Франц, что ты вспомнил? - завибрировал взволнованный голос.

- А ведь, я тоже дал клятву. Много лет назад, офицеру, спасшему мне жизнь. Я пообещал, что если потребуется, то приду на помощь ему или его семье.

- О, Черная Луна, какой ты благороднейший мужчина, Франц, - ликующий женский голос бьет по ушам, - и кто он, этот офицер, где он сейчас?

- Его звали, Гай Берг, он был комиссован после того ранения, а сейчас живет с сыном, Троем Бергом, тот служит на границе империи, кажется в местечке...

По улицу текла вода, кружилась голова и сушь, страшная сушь во рту.

- Пить, - только и прошептала я, открывая глаза.

Магистр, он держал меня за руки, пока я гуляла в прошлом, по чужой спальне, поднес к губам стакан. Делая глоток, поняла, зубы стучат о край стакана, от возмущения и обиды. Окончательно придя в себя, взяла из рук ректора салфетку и промокнула лицо, на которое кто-то из них выплеснул стакан воды. И хороша же я была, в мокром платье, с растрепанными волосами. Не обращая внимания на округлившиеся глаза лорда Амбрелиаза, магистр провел ладонью над мокрыми пятнами на платье и они высохли.

- Рассказывай, - потребовал ректор, магистр вернулся в свое кресло.

- Лорд Амбрелиаз, конечно, Вы все рассказали о клятве, в первую брачную ночь своей жене Амелин Амбрелиаз, - и заметила, как у магистра вытянулось лицо, а Амбрелиаза покрылось красными пятнами.

- Ты что в их спальне оказалась? - вдруг захохотал ректор, - ну, Видания, ну учудила, и как много ты там успела увидеть?

- Вот ничего такого, от чего стоит краснеть, бледнеть и терять дар речи. И вообще, обнаружив пару в спальне, я стояла к ним спиной, в окно смотрела, и ждала,... дождалась. Сначала леди Амелин рассказала о клятве данной ею, а потом и лорд, вспомнил, что когда-то по глупости клятву дал. И ведь, что интересно, она все вытянула из Вас, лорд Амбрелиаз, кому дали клятву, где живет это человек, ... так, что, извините. Никакой у нас с Вами помолвки не будет, Вас пытаются использовать вслепую, мне это не нравится.

- Но, погодите, Видана, Вы мне понравились, я желаю этой помолвки, что Вы сопротивляетесь? - рассердился лорд Амбрелиаз.

- А зачем Вам жена? - спросила я.

- Как зачем? Жена будет вести дом, рожать мне детей, любить меня, вместе со мной присутствовать на балах,... Вам что неизвестно, для чего жена нужна? - удивился лорд, - я сделаю так, что Вы получите домашнее образование, не придется и в Академию возвращаться. И потом, я выполню клятву и не буду обязанным больше Гаю Бергу и его семье.

- Лорд Амбрелиаз, Вы очень хотите выполнить клятву, данную моему деду?

- Да, это вопрос чести. Я хочу освободиться от нее.

- Все понятно. Я как внучка своего деда предлагаю, Вы женитесь на Генриетте Тримеер, она более всего подходит под Ваши требования жены и клятва погашена.

И в ту же минуту распахнулась дверь и в гостиную вплыла Генриетта. Подслушивала, поняла я, не обращая внимания на рассерженные глаза лорда Амбрелиаза. А его взгляд переместился, и он онемел, глаза округлились, ноздри затрепетали.

Высокая, стройная женщина с белокурыми волосами, забранными высоко на затылке и спадающими каскадом, локонами по спине, ярко-голубыми глазами и нежным румянцем на щеках, в декольтированном платье алого цвета, Генри сразила лорда наповал с первого взгляда.

Франц Амбрелиаз поднялся, чтобы поприветствовать вошедшую, да так и остался стоять, пожирая ее глазами. Генри наслаждаясь произведенным эффектом, присела в реверансе и, опустив стыдливо глаза, произнесла: