Академия магических искусств. Брачное путешествие - Рэйн Элла - Страница 8

- Я родился внебрачным ребенком. - И чуть помолчав, продолжил он, - родители учились вместе, в Академии. Отец из древнего могущественного рода, мать - из тех, кого называют полукровками. Моя бабушка - ведьма, а дед - из касты военных. Жениться, как я понимаю, моему отцу не позволили, но и он не больно-то рвался. Мне был месяц, когда мама забрав свои вещи, уехала в неизвестном направлении. Я даже не помню, как она выглядела. Бабушка потом сказала, что она стала ведьмой и живет где-то на границе империи. Меня воспитывали дед с бабушкой, жили мы на заставе. Я рано начал понимать что отличаюсь от окружающих, видел больше, чем было нужно, слышал больше, чем положено. Дома все больше молчали, дед успевал накричаться на службе, а бабушка сама по себе - молчунья, потому я и не озвучил ничего. Читать, писать меня научила бабушка. Мы с ней в лес частенько ходили, за травами и у озера посидеть, она общалась с водными жителями. Подходило двенадцатилетние. И однажды дверь в избу распахнулась, мы обедали, вошел мужчина. Дед в лице изменился, а бабушка поднялась спокойно, поздоровалась и спросила что мол, наше время вышло, твое пришло? Мужчина ответил - да, я забираю сына, ему нужно пройти испытания в Академию. В тот же день, я оказался в Академии, пройдя испытания попал на финансовый факультет. Отец признал меня, оформил соответствующие документы. Но я видел, что делает он это потому, что у него нет детей. После того, как я начал учиться, у них с женой родилась дочь.

- А однажды, я был на третьем курсе, ко мне подошла леди Лавиния, преподаватель травологии и передала письмо от матери. Якобы она была в экспедиции и встретила там ее. Я поблагодарил и взяв его, прочитал в своей комнате. Мать желала, чтобы я регулярно посещал отца и писал ей о том, что увижу, услышу о его профессиональной деятельности. Если до этого, я отнекивался от появления в имении отца, то после получения письма, тем более не собирался там появляться. При нашей очередной встрече, он прилетел в Академию, я попросил больше меня не посещать и сказал, что и сам не собираюсь появляться у них. Ничего объяснять, не смотря на требования отца, я не собирался. По одной простой причине, дар свой я осознавал слишком ясно, чтобы позволить им узнать об этом. Я не обольщался, сам по себе, такой как есть, я не нужен никому. Дар, всем нужен только он! Да, пришлось подналечь на физическую подготовку, живым я не сдамся, но и быть пешкой в шахматных партиях наших магических родов, тоже не намерен.

- Но ты осознаешь, что о твоем даре известно? - спросил следователь, - в противном случае тебя бы так не подставляли.

- Конечно, осознаю, - ответил юноша, - леди Лавиния подходила ко мне неоднократно. Уговаривала навещать отца, не быть неблагодарной скотиной, писать матери. А я видел за ее обликом благочестивой, доброй леди - звериный оскал. Видел, как она пыталась считывать с меня информацию, и я кормил ее думами о ссоре с отцом, моей ненависти к нему. Леди, клюнув на эту информацию, начинала меня увещевать что нельзя так поступать, нужно повиниться, помириться и общаться с ним.

- Лорд Тримеер, - дверь распахнулась и на пороге появился Антоний, - простите, прерываю, но к Вам рвется лорд Гевель Лангедок.

- Антоний, пригласите его, - ответил лорд и глядя на бледнеющее лицо адепта сказал, - Гвен, не переживайте, давайте разбираться до конца. Он же прилетел Вас вытаскивать. Как выясняется не так Вы и безразличны своему отцу.

Дверь снова распахнулась, и на пороге появился мужчина возраста Тримеера. Гвен Лангедок был как две капли воды, похож на отца.

- Проходите, лорд Лангедок, присаживайтесь. Вот сюда, - лорд Тримеер показал на стул, неподалеку от себя. Таким образом, Гвен оказался наискосок от отца, - как Вы быстро, а как же заграничная командировка?

- Доброе утро! - поприветствовал лорд, усаживаясь на предложенный стул и не отводя глаз от сына. - Да, я был в командировке. Ваше сообщение пришло вовремя, лорд Тримеер. Как только все дела были улажены, и мое присутствие более не требовалось, я вернулся. И хочу быть в курсе происходящего с моим сыном.

- Ваш сын задержан по подозрению в убийстве Хурина Мордерата, - начал следователь Кай, - но тут появилась юная, вредная особа, которая умудрилась своими вопросами развалить всю версию случившегося. И она сегодня не покинет канцелярию, пока не предложит иную версию происшедшего.

- А Вы лорд следователь сразу попросите, у леди Виданы, имя убийцы, - неожиданно сказал Гвен, - и она его назовет. Вопрос только в том, как Вы ее искать будете?

- Да имя назвать не проблема, - согласилась я, - вопрос в другом, Вы как дальше жить собираетесь, Гвен?

- Так я не понял, - непонимающе смотрел на всех лорд Лангедок, - с Гвеном что? Вы его отпускаете или как? В то что он виновен, я не верю. Зря ты, - развернулся он к сыну, - в нашу последнюю встречу, закрылся и какие-то несуразности понес. Я с самого начала знал, ты получил дар тайновидения. Свою вину не отрицаю, с возрастом умнеешь, нужно было сразу забирать тебя к себе.

- Интересно, а как бы ты это сделал? - усмехнулся Гвен, - забрал новорожденного у матери и все?

И вот тут наступила т - а - к - а - я тишина. Лорд Тримеер в упор смотрел на лорда Лангедока, а тот на свои руки.

- Гевель, Вы долго скрывать правду от юноши собираетесь? - сухо спросил Тримеер.

- Ольгерд, тебе легко говорить, - неожиданно хрипло произнес лорд, - а я не представляю, как это можно сделать через столько-то лет. Он и так меня не любит, не за что, так вообще возненавидит.

- А лучше будет, если он сам до сути докопается? - поинтересовался Тримеер, - Кай, Вулфдар, покиньте нас минут на двадцать. Это к делу не относится, сейчас они точки над i расставят и можно продолжить.

- Ольгерд, мы не будем возвращаться, - сказал Вулфдар, - с адептом все ясно. Красиво так подставили, начинаем отрабатывать другие версии. Видана, имя назови.

- Цветущая вишня, нужно по внешнему описанию среди фрейлин во дворце поискать, - ответила я. Вулфдар кивнул и они со следователем покинули кабинет Тримеера.

- Гевель, нам выйти? - спросил Тримеер.

- Нет, не нужно, - произнес он и замолчал.

- Если с меня обвинение снято я могу быть свободен? - спросил Гвен, - и могу уйти?

- Можешь, - подтвердил Тримеер, - только куда?

- Улечу в Академию и вернусь к занятиям, - ответил юноша.

- Гвен и сколько ты проживешь? День, два? Нет, вернуться в Академию ты сможешь только через несколько дней, не раньше, - пояснил Тримеер, - а до этого тебе нужно где-то находиться. И судя по всему, чтобы сохранить твою жизнь, придется вернуть тебя в камеру.

- Нет, Гвена я заберу домой, - сказал лорд Лангедок.

- Заберешь, но только в том случае, если сейчас расскажешь сыну все что произошло на самом деле.

В кабинете вновь наступила тишина, лорд Тримеер откинулся в кресле и, положив вытянутые руки на стол, наблюдал за лордом Лангедоком.

- Гевель, не тяни, - попросил он, - это бесполезно.

- Гвен, - мучительно подбирая слова и бледнея, произнес лорд Велор, - ты не полукровка. Ты самый что ни на есть, чистокровный потомок двух древних родов. Мы с твоей матерью безумно виноваты перед тобой, но я больше. Ты воспитывался в семье кормилицы, я признал тебя сразу, как только ты родился. Но не должен был соглашаться ни на чьи условия и забрать к себе, воспитывать самому. И пусть бы матери потенциальных невест решали, готовы они своих дочек отдавать за мужчину, у которого есть ребенок или нет.

- Вы были молоды? - спросил такой же бледный, как и отец, Гвен, - сколько лет вам было?

- Гвен, мы были юными, но отвечать за свои поступки обязаны, - и снова замолчал.

- Отец, продолжай дальше, - потребовал юноша, - не тяни. Кто моя мать? Я ей совсем был не нужен?

- Гвен, - спокойно сказал лорд Тримеер, - постарайся понять, твоей матери вообще мало кто нужен. Ты и родился потому, что не стали рисковать ее здоровьем. Наоборот, посчитали что ей это пойдет на пользу.