Наследник - Попов Михаил Сергеевич - Страница 28

Стремительно развернувшись, я впился настороженным взглядом в побледневшие лица подростков. Самый младший громко икнул.

Раздавшиеся за их спинами смех и аплодисменты оказались неожиданностью не только для меня. Перепуганные насмерть, подростки бросились в рассыпную. Из темноты, в круг тусклого света ларечной витрины, вышел плечистый мужчина в черной кожаной куртке. Над подстриженными «платформой», жесткими волосами блеснули маленькие рожки. Я облегченно вздохнул.

— Ну, ты даешь, брателла! — С восхищением выдохнул черт. — Ловко ты его, а! Держи.

Он сунул мне в руки открытую бутылку пива.

— Айкидо? — Заинтересованно поинтересовался черт.

Прежде чем ответить, я основательно глотнул пива. Дрожащие от еще не прошедшего возбуждения руки больно стукнули горлышком о передние зубы.

— Ага. — Подтвердил я. — Не калечить же детей!

Хмыкнув, черт склонился над лежащим без сознания Сашей. Кожаная куртка, плотно обтянув спину, негромко скрипнула.

— Да, очень гуманно — Расхохотался он, внимательно оглядев лицо. — Всего лишь перелом челюсти в двух местах со смещением… и три зуба долой.

— Рефлексы. — Равнодушно ответил я. — По делам и воздаяние.

От последних слов черт сморщился как от зубной боли, но ни как это не прокомментировал.

— В твоем личном деле сказано, что ты преподаешь карате.

— Преподаю. Но приходится знать и другие виды. Без этого учеников не удержишь.

— Здорово. — Снова восхитился черт. — Иди к нам тренером. Зарплату обещаю достойную!

Настала моя очередь скривится.

— Мне и своих учеников хватает. Да и надоело быть тренером. Тошнит уж! Душа отдыха просит!

— Отдыха говоришь? — Заинтересовался черт. — Так какие базары, брателла? Я ж, собственно говоря, за этим и пришел. Начальство с тобой побалакать хочет, тему перетереть… В общем, приглашают тебя к нам. А заодно по кабакам прошвырнуться, то да се, позыркаешь на нашу житуху… По рукам?

— А что, я могу отказаться?

Усмехнувшись, черт отрицательно покачал головой. Я вздохнул.

— А чего тогда спрашиваешь? Веди. Назад то хоть отпустите?

— Ка-анечна, брателла. Мы ж не беспредельщики. У нас все по понятиям! Побазаришь с паханом, в кабаке оттопыримся и иди домой, решать, когда согласится на наши предложения.

— Постой. — Окрикнул я готовящегося к перемещению черта. Прекратив причудливые пассы руками, он вопросительно посмотрел на меня. Я кивнул на детину. — Твоя работа?

Довольно осклабившись, черт кивнул.

— Да хотел посмотреть каков ты. Никакой опасности! — Поспешно выкрикнул он, заметив мои нахмурившиеся брови. — Ты ж их и своим даром мог… А нет — я бы встрял.

— Ну и гад же ты. — Махнув рукой, сказал я. — Давай, переноси.

Глава 15

В отличие от калейдоскопа цветов сопровождавших переход в рай, перенос в ад прошел в полнейшей, режущей глаза темноте. Я зажмурился.

— На месте. — Коротко информировал черт.

Не знаю, что я ожидал увидеть, открывая глаза. Потоки лавы? Огромные закопченные котлы? Толпы чертей с вилами? Ничего подобного. Вместо этого предо мной раскинулся широкий проспект, залитый неоновым светом вывесок всевозможных баров, дискотек, казино и ресторанов. Из гостеприимно распахнутых дверей доносились громовые раскаты музыки всех направлений. Все в купе напомнило виденный только по телевизору Лас-Вегас, с его империей развлечений.

— Ну, как? — Ощутимо толкнув меня локтем, спросил черт.

Не отвечая, я смотрел на бурлящий проспект. Веселые группки из нескольких человек сновали от заведения к заведению в поисках еще большего веселья и приключений. По центральной части хмурые, безликие фигуры резво проносили на своих плечах, роскошные и не очень, носилки.

Сунув три пальца в рот, черт оглушительно свистнул. От общего потока отделились большие закрытые носилки и осторожно опустились у наших ног. Откинув шелковый полог, черт резво запрыгнул внутрь, плюхаясь на мягкие подушки.

— А ты чего? — Видя мою нерешительность, воскликнул черт. — Давай, падай рядом.

Махнув рукой на предрассудки, я присел на подушки. Носилки плавно взмыли в воздух.

— Сейчас к пахану забежим. — Пояснил черт, — а потом — отдыхать!

— А автомобили у вас не в ходу? — Поинтересовался я.

Черт удивленно посмотрел на меня.

— А зачем? Воздух загрязняют только… А! — Дошел до него смысл моего вопроса. — Ты о носильщиках? Не переживай. Это грешники.

— Грешники? Но мне казалось…

— Ерунда. — Махнув рукой, успокоил меня черт. — Время котлов и сковородок прошло. В ходу более прогрессивные методы. Каждому подбираем наказание по заслугам. Эти, например, виновники автокатастроф. Правда, легких. Виновники тяжелых занимаются переноской грузов побольше.

Дернувшись, носилки остановись.

— Вот и приехали.

Выбравшись из носилок, черт деловито обошел носильщиков, отвешивая каждому по увесистому пинку.

— Это плата за проезд — Пояснил он.

Я пожал плечами — в чужой монастырь…

Расплатившись с носильщиками, черт уверенно направился к стеклянным дверям ближайшего то ли бара, то ли казино. Мигающая неоновая вывеска гласила: «Сияние тьмы». Учтивый швейцар с широкими плечами вышибалы, гостеприимно распахнул двери.

— Милости просим. — Осклабился швейцар. На месте передних зубов чернела пустота. — С какой целью в наше заведение?

— К шефу. — Коротко ответил черт.

— Вам назначено?

— Можешь поинтересоваться у него самого… Только не забудь сказать, что это ты задержал нас так долго.

Лицо швейцара побледнело.

— Простите уважаемый Гимель. — Заплетающимся от страха языком проговорил швейцар, склоняясь в низком поклоне и норовя поцеловать руку черта. — Я Вас сразу не узнал. Конечно же, вы можете пройти… и Ваш спутник тоже.

Презрительно оттолкнув слюнявые губы, Гимель прошел в глубь роскошного холла к маленькой неприметной двери лифта. Следуя за ним, я заглянул в примыкающий к холлу зал. Ничего удивительного — простой ресторан, за аккуратными столиками сидят мило воркующие парочки, небольшой оркестрик на сцене играет печальный блюз…

— Чего застрял? — Окликнул меня Гимель. — Давай быстрее, пахан опоздунов не любит… Или опазданцев?

Небольшая, но роскошно отделанная кабина лифта бесшумно доставила нас на самый верхний этаж ресторана. Негромко звякнув, двери разъехались в стороны, пропуская в огромный, поражающий своими размерами и обстановкой, кабинет.

— Проходите, будьте как дома. — Раздался радушный голос.

Из кресла с высокой спинкой, больше напоминающего трон, поднялся высокий, элегантно одетый мужчина. Смоляно-черные с красивой проседью волосы, делали его похожим на какого-то голливудского киноактера.

— Давно жаждал познакомиться с вами, Максим, лично. — Пожимая мне руку, белозубо улыбнулся он. — Мое имя Сатаниель… Вас это не очень смущает?

— После того как я квасил с ключником Петром амброзию, меня уже ничто не смущает.

Сатаниель рассмеялся. Смех был громким и искренним, ничуть не напоминающим угодливое подхихикивание ангела. Воспользовавшись паузой, я оглядел кабинет. Чувствовалось, что Сатаниель обладает неплохим вкусом. Каждая вещь как нельзя лучше подходила к своему месту. Но особо понравились расставленные по всему кабинету в кажущемся беспорядке, кадки с пальмами и декоративными деревцами. Это придавало роскошному помещению дополнительный шарм.

— Ну, амброзию я вам не предложу, — отсмеявшись сказал Сатаниель, — но бар у меня не плохой. Амброзия что — а вот коньяк двухсотлетней выдержки!..

Сделав приглашающий жест, он первым прошел в глубь кабинета. Там, укрытые от любопытного глаза рядком вечнозеленых растений, обнаружились удобные кресла и небольшой столик, сервированный на троих.

— Ну. — Произнес Сатаниель, едва мы взяли в руки, наполненные янтарным напитком бокалы. — За знакомство.

Бокалы тонко дзынкнули, соприкоснувшись тончайшими краями. Выдохнув, я опрокинул содержимое в рот. Гимель недовольно поморщился. Сатаниель усмехнулся. Сами они лишь едва пригубили пахучей жидкости.