Пророчество Золотого Перуна - Попов Михаил Сергеевич - Страница 87

— Не обижайся, боярин, некогда нам есть. У Клыка та девушка, о которой Кряжедуб говорил. Нам каждый миг дорог. Если отпускаешь нас, то мы уж поторопимся, а?

Рот Мечислава капризно скривился, но тут, Кряжедуб, подмигнув Сергею, сказал:

— Двое их, супротив двух десятков. Может поможем, а, боярин? К тому же, самого Клыка споймать можно. Вот, батюшка вами гордиться будет! Да и девку из полона освободить — самое что ни на есть геройское дело!

Глаза молодого боярина заблестели. В них уже отражался блеск мечей, столкнувшихся в яростной схватке. Он повернулся к ратникам, и закричал:

— Потушить костры! По коням! И только попробуйте мне не догнать этих татей!

Застоявшиеся кони, обрадовано сорвались с места в карьер. Вырванные задними копытами комья земли, взвились в воздух, засыпая тех, кто имел неосторожность оказаться сзади. Отплевываясь, Яросвет остро позавидовал Сергею, который сейчас скакал в первом ряду, рядом с Мечиславом, Славуном и Кряжедубом. С другой стороны, лишний раз попадать на глаза молодому боярину не хотелось. Кто знает, какая муха его в следующий момент укусит? А то, что мухи его кусают часто, Яросвет уже понял.

Метелица, недовольная, что опять приходится глотать пыль из-под копыт Грома, недовольно заржала, и дернула привязанный к луке седла Грома, повод.

— Ну-ну! Остынь, волчья сыть!

Кряжедуб чуть приотстал от Мечислава, и наклонившись в седле, похлопал белоснежную шею ликиного скакуна.

— Как же вас угораздило?

Яросвет бросил взгляд на Кряжедуба, умело втиснувшего своего жеребца между ним, и скакавшим справа ратником. Солнце, перевалившее зенит, и медленно скатывающееся за край земли, подсвечивало широкую фигуру витязя, слепя глаза множеством зайчиков, разлетающихся от надраенных стальных бляшек, густо нашитых на рубаху из толстой воловьей кожи.

— Да вот так… — кратко, но емко, описал ситуацию Яросвет. — А ты как тут очутился?

Прежде чем ответить, Кряжедуб наклонился, и похлопал своего гнедого жеребца по лоснящейся мускулистой шее. Обрадованный лаской конь, мотнул головой, звякнула сбруя.

— Да вот так же, — в тон ответил Кряжедуб. — Я ж говорил, что боярину Морозу служу. А Мечислав — сын его младший. Старшие на рубежах головы сложили, Русь защищали. Только он и остался. Боярин в нем души не чает, балует, вот и вырос он немного капризным. Но ты не смотри, отрок он правильный, прислушивается к старшим, на своем не настаивает, если видит, что не прав споначалу был. Беда в том, что уже врага воевать рвется. Как братья старшие. Воинскую науку он хорошо выучил, да только, сам видишь, молод слишком, ему бы годика три-четыре погодить…

— Стало быть, любящий отец, желая оградить сына от больших сражений, отправляет его за мелкими татями охотиться? — поинтересовался Яросвет.

— В корень зришь! — восхитился Кряжедуб. — Именно так. Отрок горячий, того и гляди, вопреки отцову слову удерет в дружину князя проситься. Вот боярин и решил таким образом его отвлечь. Собрал ратников, которым более всего доверяет, и дал ему в малую дружину. В их числе и меня. Присматриваем за мальцом, да потихоньку обучаем всему, что самим известно.

Мечислав ведь рад — люди его благодарят, что всех татей окрест повывел. Настоящим героем себя чувствует. Для полного счастья, только поимки Клыка ему не хватает. Вбил себе в голову, коли и этого татя к отцу полоненным приведет, тот его сразу порубежником отпустит.

— А почему именно Клыка?

— Да ты что, из леса только вылез? — удивился Кряжедуб. — У Клыка под рукой больше полусотни людей ходит. Это, брат, сила весомая. У нашего боярина всего три десятка ратников, из них опытных воев всего десяток. Остальных по весям собрали, кто помоложе, да покрепче.

Яросвет через плечо огляделся, пересчитал мчащихся рядом всадников.

— Это ж что, все опытные тут собрались?

Кряжедуб хохотнул так, что соседние жеребцы прянули в стороны, а его собственный вздрогнул, сбиваясь с мерного галопа, едва не путая весь строй. Только Гром Яросвета, продолжал скакать как ни в чем не бывало.

— Нет конечно же! Боярин сына любит, но дураком не является. Кто ж городец без защиты оставит? Только я, да Славун, в прошлом, на княжей службе отметились. Остальные — сиволапые.

— Ничего себе, сиволапые! Нас вона как взяли! И пикнуть не успели!

— Так то не потому, что они такие ухватистые! — усмехнулся Кряжедуб. — А потому, что вы как две вороны. К тому ж, думаешь, мы со Славуном портки у костров просиживаем? Гоняем их целыми днями! Вдалбливаем в их головы ратное дело. И, как сам видишь, наука наша впрок идет. Да и Мечислав от них не отстает. Наравне со всеми воинские ухватки оттачивает! Ты, думаешь, чего он так в твоего друга вцепился? Просто я ему показал ту ухватку, которой ваша девка меня ринула. Мечислав теперь ни спать, ни есть не будет, покуда из твоего друга другие ухватки не вытянет!

Сергей до рези в глазах всматривался в полоску горизонта, темным росчерком разделяющую небо и землю, в надежде увидеть похитителей Лики. Но первым, всадников заметил Славун. Привстав в стременах, он ткнул пальцем вперед, и чуть влево.

— Там!

Все, как один, обернулись в ту сторону. Кто-то подтвердил радостным возгласом, но прошло еще как минимум пятнадцать минут бешеной скачки, прежде чем Сергей увидел вдалеке темное облако из поднятой копытами пыли.

При виде удирающих разбойников, у загонщиков открылось второе дыхание. Со свистом и улюлюканьем, подгоняя коней, они с новыми силами устремились вперед. Но и убегающие, кажется, заметили погоню, и настегивали бедных коней, заставляя бежать быстрее, чем те могли.

— Славун, как думаешь, успеем их до леса перехватить? — поинтересовался Мечислав.

Славун долго всматривался, озабоченно закусив губу.

— До леса-то успеем, у нас кони свежее. Только они не к лесу торопятся. Среди них есть вестимо кто-то, кто окрестности знает.

— И что? — не понял Мечислав.

— Капище Волоса там, — пояснил Славун. — Тын вокруг такой, что с наскоку не возьмешь. Если успеют там закрыться, сложно будет их оттуда выкуривать!

— Ворота выбьем! — азартно воскликнул Мечислав.

— Чем? — вздохнул Славун. — Кустами? До деревьев да обратно, коней гонять — только животных измучаем!

— Тогда надо успеть раньше перехватить! — категорично заявил Мечислав. Он повернул голову, и крикнул через плечо: — Эй, как окажемся на расстоянии выстрела, всем стрелы метать! За каждого сбитого десять кун даю! За выжившего двадцать! А кто Клыка подранит, гривну пожалую!

— Там девушка, — напомнил Сергей.

— Да, — вспомнил Мечислав, — девку что б не задели! Не то, смотрите у меня! Лично семь шкур спущу! Вы меня знаете!

Расстояние медленно но верно сокращалось. Сергей уже отчетливо видел спины разбойников, но, как ни всматривался, разглядеть среди них Лику так и не смог.

— Сергей, ты ее видишь? — донесся голос Яросвета, через топот и улюлюканье ратников.

— Нет! — отчаянно крикнул Сергей.

— Я вижу, — не поворачивая головы, бросил Славун. — У первого, через седло перекинута. Значит жива, мертвую с собой тащить бы не стали.

У Сергея камень с души свалился. Славун уже доказал, что его зрение может посостязаться с неизвестной в этом мире подзорной трубой, и если говорит что видит, значит видит.

Он пришпорил Буяна, который длинным прыжком сразу выметнулся вперед, оставляя Мечислава и его ратников позади. Мимо свистнули несколько стрел, но расстояние было еще слишком велико, и каленые острия беспомощно тюкнулись в землю не задев ни одного из преследуемых. Упругое серое тело, рассекая высокую траву, рванулось наперерез головному всаднику. Волчий вой заставил коней шарахнуться в сторону. Волк попытался вцепиться в горло гнедому жеребцу, но промахнулся, вынужденный уворачиваться он сверкнувшей полоски стали. Кони шарахнулись в сторону, выигрывая преследователям драгоценные минуты. Но все оказалось напрасно.

— Не успели! — прозвучал за спиной горестный восклик Славуна.