Книга мертвых - Харитонова Е. Е. - Страница 6

– Можно я скажу?

Коллопи кивнул:

– Давай, Хьюго.

Мензис откашлялся, посмотрел на окно и перевел взгляд своих ярких синих глаз на Коллопи.

– Фредерик, во-первых, мы должны уяснить для себя следующее: произошла катастрофа, и с этим уже ничего не поделаешь. Ты слышишь эти крики? Сама мысль о том, что мы пытались замолчать кражу, привела людей в неистовство. Мы должны принять этот удар, принять прямо и честно. Признать свою ошибку и больше никого не вводить в заблуждение. – Он взглянул на Рокко. – Это первое, о чем я хотел сказать, и надеюсь, все со мной согласятся.

Коллопи вновь кивнул:

– А что же второе?

Мензис чуть подался вперед:

– Одного раскаяния будет недостаточно. Мы должны перейти в наступление.

– Что ты имеешь в виду?

– Мы должны придумать нечто грандиозное. Сделать какое-нибудь потрясающее заявление, которое напомнит Нью-Йорку и всему миру, что, несмотря ни на что, наш музей остается одним из величайших в мире. Можно, например, снарядить научную экспедицию или запустить какой-то необыкновенный проект…

– Не слишком ли это очевидная уловка? – спросила Рокко.

– Возможно, некоторые именно так все и воспримут. Но через день-два критика стихнет, и у нас будет возможность привлечь интерес к нашему проекту и создать положительное общественное мнение.

– Какого рода проекту? – поинтересовался Коллопи.

– Об этом я пока не думал.

Рокко задумчиво покачала головой:

– Может, это и сработает. По случаю презентации проекта можно устроить гала-вечеринку, на которую пригласить только знаменитостей. Это станет главным событием сезона и заставит прикусить языки журналистов и политиков, которые, конечно же, захотят попасть в список приглашенных.

– Звучит неплохо, – задумчиво пробормотал Коллопи.

Через мгновение вновь заговорила Дарлинг:

– Теоретически все это прекрасно. Не хватает лишь экспедиции, проекта и всего остального.

В этот момент на столе у Коллопи зажужжал интерком, и директор с заметным раздражением нажал на кнопку:

– Миссис Сёрд, я же просил нас не беспокоить.

– Я знаю, доктор Коллопи, но… видите ли, это в высшей степени необычное дело.

– Не сейчас.

– Но решение требуется немедленно.

Коллопи вздохнул:

– Ради всего святого, неужели это не может подождать десять минут?

– Речь идет о телеграфном банковском переводе на сумму в десять миллионов евро для…

– Пожертвование в размере десяти миллионов евро? Ну что ж, зайдите.

В кабинет вошла миссис Сёрд, полная энергичная женщина, с листом бумаги в руках.

– Простите, это займет не больше минуты, – сказал Коллопи и схватил бумагу. – От кого это и где я должен расписаться?

– От графа Тьерри де Каора. Он жертвует музею десять миллионов евро на реставрацию гробницы Сенефа.

– Гробницы Сенефа? Кто этот Сенеф, черт возьми? – Коллопи швырнул бумагу на стол. – Я займусь этим позже.

– Сэр, но здесь написано, что деньги лежат на депоненте и решение должно быть принято в течение часа.

Коллопи схватился за голову:

– Мы уже завалены этими чертовыми предложениями. А нам нужны просто деньги – чтобы оплачивать счета. Свяжитесь с этим графом – как его там – и постарайтесь уговорить его перечислить деньги без каких-либо условий. Используйте мое имя и наши обычные доводы. Мы не возьмем деньги, чтобы исполнять его прихоти.

– Хорошо, доктор Коллопи.

Миссис Сёрд повернулась, собираясь идти, и Коллопи снова обратился к участникам совещания:

– Кажется, последней говорила Берил?

Дарлинг открыла было рот, но Мензис повелительным жестом заставил ее замолчать.

– Миссис Сёрд, – обратился он к секретарше, – пожалуйста, подождите несколько минут, прежде чем связываться с графом де Каором.

Миссис Сёрд застыла в нерешительности, вопросительно глядя на Коллопи. Директор кивнул, подтверждая слова Мензиса, и она вышла из кабинета.

– В чем дело, Хьюго? – спросил Коллопи, когда дверь за секретаршей закрылась.

– Я пытаюсь вспомнить, – ответил Мензис. – Гробница Сенефа… Что-то знакомое. Имя графа де Каора я тоже когда-то слышал.

– Можем мы поговорить о более важных вещах? – нетерпеливо вопросил директор музея.

Лицо Мензиса неожиданно прояснилось.

– Фредерик, это и есть самая важная вещь! Вспомни историю музея! Гробница Сенефа – это египетская экспозиция, которая была представлена в музее вскоре после его открытия и существовала, пока он не закрылся в годы Великой депрессии.

– И что же?

– Если память мне не изменяет, эта гробница была разграблена во время вторжения в Египет наполеоновских войск. Позднее украденные артефакты были захвачены французами. Затем их купил кто-то из попечителей музея, и они были собраны в подземных помещениях как экспонаты одной из первых выставок. Должно быть, они и сейчас там.

– А кто такой этот Каор? – спросила Дарлинг.

– Вместе с войсками Наполеон привел в Египет целую армию натуралистов и археологов. Каор возглавлял контингент археологов. Думаю, этот парень – его потомок.

Коллопи нахмурился:

– Какое отношение это имеет к нашей проблеме?

– Разве ты не понимаешь? Это как раз то, что нам нужно!

– Старая пыльная гробница?

– Именно! Мы повсюду рассказываем о пожертвовании графа, назначаем дату открытия экспозиции, устраиваем гала-вечеринку и делаем из этого настоящее медиасобытие. – Мензис с надеждой посмотрел на Рокко.

– Да, – ответила она, – пожалуй, это может сработать. Египет всегда привлекал внимание самой широкой общественности.

– Может сработать? Это обязательно сработает! Самое главное то, что гробница уже существует. Выставка «Священные образы» слишком затянулась, пора заменить ее чем-то новым. Мы смогли бы подготовить экспозицию за пару месяцев или даже быстрее.

– Многое зависит от состояния гробницы.

– Как бы то ни было, она находится в музее. Не исключено, что с нее достаточно просто смахнуть пыль. Наши хранилища полны всяких египетских штучек, которые можно поместить в гробницу, чтобы пополнить выставку. Граф предлагает огромные деньги – их хватит на любые реставрационные работы.

– Не понимаю, – проговорила Дарлинг, – как можно было забыть об этой гробнице на целых семьдесят лет!

– Скорее всего, ее заложили кирпичом – так часто поступают со старыми экспозициями, чтобы обеспечить их сохранность. – Мензис улыбнулся, но улыбка вышла невеселой. – В этом музее очень много ценных артефактов, но слишком мало хранителей, чтобы обеспечить им необходимый уход. Вот почему я уже много лет добиваюсь введения здесь должности музейного историка. Кто знает, какие еще тайны скрыты в его далеких уголках?

На короткое время в кабинете повисла тишина. Она была нарушена директором музея, который резко опустил ладонь на столешницу.

– Что ж, так и поступим. – Коллопи взял телефонную трубку. – Миссис Сёрд? Передайте графу: пусть переводит деньги. Мы принимаем его условия.

Глава 6

Нора Келли стояла посреди лаборатории, пристально глядя на большой предметный стол с разложенными на нем фрагментами древней керамики культуры анасази. Черепки были не совсем обычными – при ярком освещении они казались почти золотыми из-за бесчисленных вкраплений слюды. Нора привезла их из летней экспедиции, из местности на юго-западе, носящей название Четыре Угла, и теперь раскладывала на огромной контурной карте – каждый именно в той точке, где он был найден.

Она смотрела на блестящие предметы, в который раз пытаясь составить из них полную картину. Целью ее исследования было установление путей распространения оригинальной керамики из центра, находящегося в южной части Юты, на юго-запад и дальше, за пределы штата. Зарождение этой гончарной традиции обычно связывали с религиозным культом Качина, последователями которого были ацтеки Мексики, и Нора не сомневалась, что, установив пути перемещения этой традиции на юго-запад, сможет получить более точное представление и о путях распространения самого культа.