Жажда скорости (ЛП) - Тоул Саманта - Страница 42

Я и раньше встречала противных девушек, но она стерва каких поискать. Я в жизни не встречала никого настолько конфликтного.

Тело напрягается, руки сжимаются в кулаки, и я уже готова раскрыть рот и поведать поп-принцесске, что я думаю о ней на самом деле, когда Бен обнимает меня за плечи и притягивает поближе к себе.

— Тише, — шепчет он мне на ухо.

Я смотрю на него и вижу его успокаивающую улыбку.

— Она того не стоит.

— Да, — выдыхаю я. — Ты прав.

Ослабляя объятие, но оставляя руку на моих плечах, он наклоняется вперед и громко говорит:

— Вообще-то, Сиенна, Энди наш лучший механик. Она лучше всех нас вместе взятых. Я не работал с более талантливым механиком. Честно говоря, я и не знаю, что бы команда без нее делала.

Я знаю, что он это говорит, чтобы быть милым и вступиться за меня, но неожиданно это срабатывает, потому что я чувствую себя в сто раз лучше, чем момент тому назад. И прямо сейчас я почти что люблю Бена.

Улыбаясь ему, я говорю:

— Ты пьян? Потому что похоже на то, будто ты сделал мне комплимент.

В его глазах читается улыбка.

— Я все время делаю тебе комплименты. Просто ты не слушаешь.

— Оу, — усмехаюсь я, затем наклоняюсь к нему и шепчу. — Ты хороший друг, Бен.

Он пожимает плечами и тихо говорит:

— Я не могу дать нашему лучшему механику быть уволенной лишь потому, что ее достала последняя пассия Каррика.

Мягко смеясь, я легонько похлопываю его по руке, которая все еще покоится на моих плечах.

Бен убирает руку с моих плеч, я разворачиваюсь к столу взять пиво, но замираю под гневным взглядом Каррика. Его челюсть настолько напряжена, что создается впечатление, будто она вот-вот расколется.

Затем без предупреждения гнев в его глазах превращается в нечто совершенно иное, заставляющее мое тело гореть. Мне приходится стиснуть бедра сильнее, чтобы сдержать внезапно возникшее болезненное ощущение, но я чувствую, как тело оживает, стоит только воспоминаниям о нашей единственной ночи пронестись в моей голове.

Возвращаясь в чувство и понимая, что за столом полно людей, я разрываю наш зрительный контакт. Затем я ловлю, мечущийся от меня к Каррику, взгляд Сиенны и осознаю, что она видела то, что сейчас происходило между нами.

Она хмурится, словно думает над чем-то.

И затем я вижу, как на ее лице возникает понимание. Она знает, что мы с Карриком переспали.

Черт.

У меня в животе возникает неприятное ощущение.

Она крутанулась на своем сидении и повернулась лицом ко мне.

— Так, говоришь, тебя зовут Энди? — спрашивает она с издевательской интонацией.

— Да... — отвечаю я осторожно.

— Энди... — проговаривает она злобно своим певучим голосом. — Энди, у которой мужская работа и мужское имя. Может тебе стоит довести дело до конца и сменить пол, ведь менять-то нужно не так и много!

Она звонко смеется, словно это самое смешное, что она когда-либо слышала. Она окидывает взглядом сидящих за столом, ожидая, что остальные будут веселиться с ней. Но что она упустила, так это то, что за столом сидят мои друзья, а не ее. И никто не смеется.

— Сиенна, — сердито обращается к ней Каррик.

— Что? Это была просто шутка! Вы не понимаете шуток? — она издает неловкий смешок.

Боже, я так чертовски устала от этого всего, что уже даже не смешно.

— Конечно же, это была шутка. — Я отодвигаюсь на стуле, встаю, со спинки снимаю курточку и надеваю ее. — Как и твое лицо. Но вот в чем дело, Сиенна, я могла бы поменять свою вагину на член, но, к несчастью для тебя, ты не сможешь исправить свое уродство. — Бросая быстрый взгляд на людей за столом, я игнорирую Каррика и Сиенну с открытым ртом, и говорю остальным прощальные слова. — Увидимся завтра. — Затем я разворачиваюсь на пятках и начинаю уходить прочь.

Слышу, как Каррик произносит мое имя, но пропускаю это мимо ушей, передвигая ногами так быстро, как только могу.

— Иисусе, Андресса. Ты можешь притормозить? — Он наконец заговорил со мной. Он хватает меня за руку, вынуждая остановиться.

— Что? — Я вырываю свою руку. Моя кожа все еще горит в том месте, где он ее коснулся.

— Ты в порядке?

— Нормально.

Я отворачиваюсь и продолжаю идти.

— Господи, просто... подожди!

Вздыхая, я возвращаюсь обратно, упираюсь руками в бедра.

— Чего ты хочешь, Каррик?

— Я... — Его глаза устремлены в землю под ногами. Он выглядит неуверенным. Затем поднимает взгляд на меня и его уверенность возвращается к нему. — Куда направляешься?

— В отель.

Разве ты этого не знал? Маленькая мисс поп-принцесска приближается в ее милых туфельках на каблуках.

— Каррик! — кричит она его имя так, словно бьет хлыстом. — Куда ты, черт побери, собрался?

Он поворачивается к ней и награждает таким взглядом, что даже я содрогаюсь. Серьезно, его взгляд мог бы усмирить медведя. Я не удивлена тому, что она отшатнулась, потому что сама бы наверняка отреагировала так же, видя степень злости, что исходит от него.

— Я убеждаюсь, что Андресса в порядке. — Его голос подобен граниту. — Так что возвращайся за стол и постарайся больше не оскорблять моих друзей до моего возвращения.

Друзей? Ах, теперь я его друг.

— Ай! Ну и ладно! — Она возводит руки к небу, разворачивается на каблуках и дефилирует назад в направлении бара.

Как только она уходит, я поворачиваюсь и начинаю идти.

Цель — убраться подальше от Каррика.

План — поймать такси и отправиться в кровать.

И возможно поплакать.

Каррик идет рядом со мной, подстраиваясь под мой шаг.

— Ты что делаешь? — смотрю я на него со злостью.

— Еду с тобой.

— Ну, я возвращаюсь в отель и потом отправляюсь прямо в кровать, и ты абсолютно точно не приглашен.

Он хрипло усмехается и мне приходится сильно постараться, чтобы на моих губах не появилась улыбка.

Из одной из колонок, мимо которой мы проходим, начинает играть песня "Habits" Туве Ло и Хиппи Саботаж.

Мне нравится эта песня. Текст. Просто иногда... я мечтаю уметь заглушать боль.

Откуда ни возьмись, на меня внезапно наваливаются усталость и грусть. Настоящая грусть.

Обнимая себя руками, я тихо произношу:

— Возвращайся в бар, Каррик. Я справлюсь самостоятельно.

— Андресса, я знаю, что ты считаешь меня тотальным ублюдком, но я ни за что не отпущу тебя одну так поздно. С тобой может случиться что угодно.

— Будто тебе не все равно. — И я сразу же жалею о сказанном.

Он хватает меня за руку. Заставляет остановиться и становится передо мной. Слишком близко. Я практически могу попробовать его лосьон после бриться языком, могу чувствовать тепло его дыхания у моего лица.

Он все еще держит меня за руку, обжигая прикосновением снаружи и проникая им до глубины души.

Мне необходимо, чтобы он прекратил трогать меня... и никогда не прекращал.

Я настолько запуталась, что мне больно физически.

— Само собой, мне не все равно, — говорит он тихо. — Ты... — он обрывает себя. Потирая лоб запястьем свободной руки, он делает шаг назад.

Отпускает мою руку, и из-за образовавшегося пространства я испытываю гораздо больше, чем простое облегчение.

— Ты мой друг, Андресса, — говорит он смиренно.

Я не знаю, с чем он смирился.

Я приглушенно смеюсь.

— Едва ли мы друзья.

На его лице возникает напряженное выражение, и я вижу, как у него от злости шевелятся желваки.

Остерегаясь очередной ссоры, я обхожу его и продолжаю идти.

Мгновение спустя он снова идет рядом со мной, но не говорит ни слова и воцаряется тишина.

— Как поживаешь? — наконец мягко спрашивает он.

Я смотрю вперед.

— Хорошо. А ты?

— Так же.

Мы снова погрузились в кошмарную тишину. Эта неловкая тишина разбивает сердце. С момента нашего знакомства у нас с Карриком никогда не возникало проблем с нахождением тем для разговоров.

Теперь же все иначе.