Жажда скорости (ЛП) - Тоул Саманта - Страница 81

Она подыгрывает.

Господи, я люблю ее.

Хотя бы в этот раз я должен трахнуть ее, не как в нашу первую встречу, когда мы говорили друг другу эти слова. На то, чтобы расколоть этот орешек, у меня ушло несколько гребаных месяцев.

— Так и есть.

Дойдя до меня, она прижимается ко мне всем телом и, пробегая пальчиками по моей груди, заставляет меня внезапно возжелать трахнуть ее.

Скользя руками по ее спине, я спускаюсь вниз и хватаю ее за задницу.

— Думаю, тогда мне лучше сделать его для тебя экстра-особенным.

От блеска в ее глазах я испытываю всевозможные степени возбуждения.

Стирая пятно масла с ее щеки большим пальцем, я говорю ей:

— Ты и так все делаешь экстра-особенным, малышка.

Блеск исчез, и в ее глазах возникает улыбка, полная слез и счастья — такая улыбка у нее появляется всегда, когда я говорю ей сентиментальные вещи.

Обожаю этот взгляд.

Приближая свои губы к моим, она дарит мне мягкий поцелуй, заставляя всего меня обратиться во внимание, но затем слишком быстро отодвигается назад.

— Который час? — Она осматривается вокруг в поисках часов.

— Пора вашему сексуальнейшеству собираться. — Я игриво шлепаю ее по заднице. — У нас бронь в ресторане через час.

— Черт! Уже?

— Ага.

— Прости, малыш. Я пренебрегла тобой в твой день рождения?

— Немного. — Я надуваю губы, прежде чем поцеловать ее.

Я играю, рассчитывая на секс из жалости. Такой секс лучше всего, потому что она прикладывает больше усилий, когда чувствует себя за что-то виноватой. И не надо делать из меня урода, я знаю, что вы бы поступали так же.

— Но ты можешь загладить свою вину в душе. — Я ухмыляюсь ей в губы.

— Я отсосу тебе так жестко, — мурлычет она.

Охереть.

Мои руки все еще на ее заднице, и я поднимаю ее, обожая то, как она инстинктивно обхватывает мою талию ногами. Я начинаю уносить ее, направляясь обратно в дом. Пока я иду, она расстегивает свой комбинезон, открывая мне фантас-охренительно-тический взгляд на ее грудь, и на ее шее я вижу подаренное мной ожерелье с МакКуином.

Она никогда его не снимает. Говорила, что не снимала все то время, что мы были порознь. Надеюсь, что скоро она никогда не будет снимать еще кое-что.

Но определенно не ее одежду. Нет, ее вещи будут исчезать за считанные секунды.

От взгляда на ее грудь и от мысли о минете, я набираю скорость, практически забегая в дом, чем вызываю ее смех.

Я, черт подери, люблю этот звук. От ее смеха мое сердце бьется быстрее, а член становится твердым, как гвоздь. Но, вообще, для этого не нужно прилагать усилий, потому что все в ней делает меня твердым.

Уже через минуту она в душе, голая и со мной. Еще через минуту она стоит на коленях и дарит мне на день рождения лучший подарок из всех, что парень только может просить.

Мы в моей машине, я за рулем. Андресса на пассажирском сидении, ее рука покоится в моей. Она выглядит роскошно в коротком черном платье, открывающем мне прекрасный вид на ее ноги.

На ней нет никакого белья. Я почти уверен, что она пытается убить меня. Я определенно трахну ее в уборной в ресторане. Мне плевать, что она говорит. Мужчина может вынести не так много поддразниваний.

Вообще, если так подумать, я могу оказаться внутри нее еще до того, как мы приедем в ресторан — при условии, что все пойдет так, как я надеюсь.

Андресса думает, что мы едем прямо в ресторан, но сначала нужно сделать кое-какое отклонение от курса.

Я был расслаблен после шикарно минета, что она мне сделала в душе, и прекрасного секса, которым мы занялись сразу после, но сейчас я снова напряжен. Я чувствую напряжение последние несколько дней.

На круговом перекрестке я поворачиваю на третий съезд и направляюсь к ресторану «Хит эн Рич».

— Малыш, ты повернул не на тот съезд, — говорит она, стуча пальцем по моей руке.

— Я специально. Мне нужно заглянуть в «Райбелл». Оставил там кое-что.

— Но мы опоздаем в ресторан.

— Успеем. У нас есть время.

В ресторане мы встречаемся с моим отцом, Катей, Джоном, Петрой и Беном.

      Мама Андрессы тоже здесь, приехала в гости. Она не стала останавливаться у нас. Сказала, что нам нужно личное пространство и решила остаться в квартире Андрессы. Думаю, она не хотела застрять под одной крышей с мной и дочерью, которые все время набрасываются друг на друга. Мне тяжело держать руки подальше от моей девочки, если вы еще не поняли.

Мы доехали до «Райбелл» довольно быстро. Я припарковался перед зданием без единого огонька и заглушил двигатель.

Мое сердце начинает колотиться в груди.

— Мне подождать в машине? — спрашивает она меня.

— Нет! Идем со мной. — Слова получаются резкими, а голос звучит странно.

Она заметила это и приподняла брови. Ее взгляд устремлен на меня, и я чувствую, как нервы взрываются внутри меня, словно охеревшие бомбы.

Не спрашивай, малышка, прошу.

Мышцы ее лица расслабляются, и она начинает смеяться.

— Ты боишься идти туда один в темноте?

— Да, я до чертиков боюсь темноты. Мне нужно, чтобы ты прикрыла меня на случай, если из-за угла выпрыгнет бугимен.

Издавая еще один милый смешок, она отстегивает ремень безопасности и выбирается из машины.

Ладно, это была легкая часть. Теперь приступим к совсем не легкой.

Отпирая главную дверь здания, я запускаю нас внутрь и включаю свет, после чего запираю дверь обратно.

— Итак, где ты оставил… что ты там оставил?

— В гараже. Идем. — Хватая ее за руку, я веду ее в гараж.

Я приходил сюда раньше, чтобы все подготовить. Я наплел ей какой-то лапши про то, что Пирсу понадобилось увидеться со мной. А что мне нужно было — всего немного времени, чтобы сделать все идеальным.

Отец сказал, что перед уходом в ресторан зажег свечи. Надеюсь, что эти хреновины еще не догорели. Я хочу, чтобы все было правильно.

      Я слегка толкаю дверь гаража, чтобы увидеть мерцающий свет.

Все еще горят. Я делаю глубокий вдох, открываю ее до конца, и провожу Андрессу внутрь.

Я обустроил гараж точно так, каким он был в день нашего знакомства, что вообще-то не было сложной задачей. Всего-то нужно было, чтобы мой болид стоял на том самом месте, что и тогда, с поднятым капотом. Единственное, чего не хватало, так это ее прекрасной персоны, нагнувшейся над машиной.

Свечи заполняли всю комнату. Вокруг машины я их выложил в форме сердца. И на повторе стоит песня “Dangerous”.

Я сентиментальный глупец, но мне плевать, потому что оно стоило того, чтобы увидеть ее выражение лица. Ее глаза расширяются, а на лице появляется широкая улыбка.

Она выглядит красивее, чем когда-либо.

Захватывающе.

— Каррик…

      Я пользуюсь тем, что у нее нет слов. Не трачу время зря. Если упущу миг, то загублю нервы и все проебу.

Я не могу все проебать.

Становясь перед ней, я беру ее руку в свою и говорю то, что нужно было сказать давным-давно.

      — Как только я увидел тебя здесь, Андресса… ты завладела мной. Я знал, что моя жизнь изменится. Так и произошло, превосходя мои самые сумасшедшие мечты. Раньше я думал, что единственным местом, где я могу чувствовать себя действительно живым — это трасса, но теперь я думаю иначе. Когда я с тобой, я чувствую себя ожившим. Ты пробудила меня. Ты сделала меня счастливее, чем я когда-либо был. Ты заставляешь меня смеяться так, как никто не может. Любишь меня с силой, которую я не считал возможной. Но самое важное — ты делаешь меня лучше.

Мои руки трясутся, сердце колотится. Я чувствую, как ее руки дрожат в моих. Молюсь, чтобы это был хороший знак.

— Я хочу хранить наши чувства до конца своей жизни, потому я привел тебя сюда. — Из кармана я достаю коробочку с кольцом.

Она резко вдыхает. Вырывает одну руку и закрывает ею рот.

— Я хочу просить тебя в значимом месте в особенный день изменить мою жизнь и принять мое предложение разделить со мной свою. Позволь мне изменить твою жизнь. Позволь мне дать тебе все то, что уже дала мне ты. — Я становлюсь на одно колено и открываю коробочку. — Ты выйдешь за меня, Андресса?