Приемыш – Книга 2 - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 137

— Это не кавалер, а мой секретарь. Научишься языку, тогда со всеми познакомлю. Хотя у нас и на русском во дворце уже может говорить каждый третий.

— Это хорошо, — заметила мать. — А то у меня к языкам способностей нет.

На подходе к нужным комнатам им встретилась Ольга в компании несовершеннолетних принцев.

— Сестра! — обрадовался Серг. — Наши шубы уже готовы, и сапоги Вольдер передал. Когда идем?

— Я тоже с ними хочу! — заявил Деш. — Чем я хуже? У меня во дворце отца навалом зимней одежды, нужно только сходить принести.

— Вот сходи и принеси! А пока отстали от меня все. Да, это моя сестра Вера. Кайна она пока не знает, так что говорите только по-русски. А еще лучше — помолчите.

— Здорово! — сказал Деш. — Была одна сестра, стало две.

— Все, исчезли! — скомандовала Ира. — Я за сегодняшний день уже устала. Станете надоедать, будет вам поход на Землю! Вот это твои комнаты. Нел, давай сюда чемодан. Твоя работа закончилась, с покоями я ознакомлю мать сама.

— Почему ты прогнала мужа? — спросила мать. — Он славный.

— Потому что сейчас буду тебе рассказывать, как у нас пользуются удобствами, и его присутствие при этом рассказе явно будет лишним. И запомни, что муж он только для меня, официально он личный маг королевы. Наручные часы я тебе дам завтра, у меня во дворце дамских нет. Но время можешь контролировать по настенным. В шесть вечера у нас ужин. Тебе его могут принести с небольшим запозданием. Сейчас я отправлю вызов своему мастеру, и сразу после ужина он снимет мерки. А там подойду и я.

— Одна эта комната в два раза больше моей квартиры, — сказала мать, осматривая гостиную. — Ты говоришь, что есть еще одна?

— Вон дверь в спальню. Она выполнена из того же дерева, что и стенные панели, поэтому не бросается в глаза. А из спальни идет дверь в ванную комнату, где расположен и унитаз.

— А что со светом? — спросила мать. — Я не вижу не светильников, ни выключателей. А уже темнеет.

— Электричества здесь нет, поэтому сразу после ужина служанка принесет зажженную масляную лампу. Я потом покажу, как ее погасить. Раскладывай свои вещи в шкаф в спальне и отдыхай. Я поужинаю и приду.

— Ну как мать? Довольна комнатами? — спросил Нел, когда Ира вернулась в свою гостиную.

— Она сейчас растеряна, какое тут довольство. Подожди до завтра. Я свою маму знаю. После того, как она выучит язык и чуть привыкнет к новой обстановке, она здесь моментально освоится.

— Довольна, что ее забрала?

— И да, и нет. Мне нравится то, как она изменилась. Весь вопрос в том, надолго ли? Может быть, я еще об этом пожалею, но сейчас у меня спал с души такой камень!

— Ну и откуда у тебя взялась сестра? — встретил Иру вопросом Лен. — И почему я ее среди нас не вижу?

— Уже растрепали? — спросила Ира уткнувшуюся в тарелки троицу. — Говорю только для своих, что это моя мать, а не сестра. Но вот для всех остальных должно быть только так, как я сказала, поэтому и вы уж лучше сразу привыкайте относиться к ней, как к моей сестре. Для этого у меня есть основания. А оставила я ее в комнатах, поскольку, кроме пижамы, ей у нас пока надеть нечего. Завтра ей пошьют платья, тогда и увидитесь.

— А что, она так молодо выглядит? — спросил Олес.

— Ей всего тридцать семь, а я с год назад провела ей полное оздоровление и влила уйму сил. Не знаю уж что там произошло, но она помолодела лет на пятнадцать самое малое.

— А почему ты ее привела только сейчас? — спросил канцлер. — Были причины?

— Были и есть. Это слишком личное и делиться я ни с кем не собираюсь. Даже с вами, Лен. И давайте пока оставим мою сестру в покое и поедим. Вы хотели что-то сказать?

— Да просто хотел поинтересоваться действительно ли ты собираешься отправить на Землю эту компанию? Тебе свой мир не жалко?

— Я их одних не отпущу, — улыбнулась Ира. — Ольга, твои старики где живут?

— В Тушинском районе Москвы. Дед у меня авиаконструктор, а бабушка не работает.

— Вот я вместе с ними туда и нагряну. Если ее дед такое нашествие переживет, мы еще с ним поговорим. Давно хотела поговорить с грамотным человеком насчет самолетов.

— Ты же боялась внедрять летающую технику, — напомнил Лен.

— Я и сейчас боюсь. Но когда-нибудь все равно начнем, а в районе Даромы или приморских городов, где будут в основном выходцы с Земли, это начать можно будет раньше. Я не знаю, сколько еще мы сможем сотрудничать с Советским Союзом или Штатами. Земля — слишком непредсказуемый мир. Поэтому я хочу сейчас набрать всего того, что нам может пригодиться, причем с хорошим запасом, чтобы потом не кусать локти. Мы не вечно будем все получать на халявное золото, когда-то придется все это делать самим. Сейчас стоит задача выстоять и уцелеть. И я не сомневаюсь, что нам это удастся. А потом уже нужно будет запустить процесс цивилизации основного населения королевства. Дело это долгое… Лен, вы меня опять завели? Все, я ем и больше ни одного слова. И вообще эту болтовню за едой нужно прекращать.

Дальнейший ужин прошел в молчании. Закончив есть, Ира оставила Нела и, шагнув к дверям комнат матери, в них постучала. Портной уже снял мерки и уехал браться за работу, а слуги убрали грязную посуду и принесли масляную лампу. Мать сидела в кресле в гостиной и выглядела очень уставшей.

— Какие тебе сейчас разговоры, — сказала Ира. — Заклинание изучения языка я запустила. Пойдем, я помогу тебе лечь, а сама посижу рядом и отдохну. А ты спи, для заклинания все равно спишь ты или нет. А поговорить с тобой у меня теперь будет масса возможностей. И лучше это сделать, когда ты у нас хоть немного освоишься.

Глава 41

Утром Мар проинформировал Иру, что от портного для ее сестры доставили платье и брючный костюм.

— Еще два платья они пошить не успели и обещали подвести позже.

— Где одежда? — спросила девушка. — Забрала Рада? Вот и скажи ей, чтобы шла к сестре и помогла ей одеться к завтраку. Нел, ты отправляйся один, а я заберу сестру и приду вместе с ней.

Мать уже не спала, а сидела в своей пижаме в гостиной возле часов. Дочери она обрадовалась и сразу же бросилась обниматься.

— Я ночью проснулась и вдруг стало так страшно, что долго не могла уснуть. Пришла в голову глупая мысль, что ты меня сюда привела, а сама исчезнешь и больше не появишься.

— Действительно глупая, — согласилась дочь. — Куда я от тебя теперь денусь? Сейчас сюда придет моя служанка и поможет одеться и расчесать волосы. Готовы пока одно платье и брючный костюм. Рекомендую начать с костюма, к платью с длинным подолом еще нужно привыкнуть. А теперь проверим твое знание языка.

— А я ничего не учила…, — начала мать и удивленно замерла.

Последнюю фразу Ира сказала на кайне, и от матери прозвучал ответ тоже уже на этом языке.

— Вот и дальше говори на этом языке. С моими родственниками или соотечественниками можно говорить и по-русски, но только тогда, когда рядом нет местных. Не стоит лишний раз подчеркивать свою чуждость. Да и практика языка тебе не помешает. Познакомься, сестра, это моя служанка. Рада, это моя сестра Вера. Помоги ей одеться и привести себя в порядок, а потом покажи, где у нас трапезная. Вера, встретимся за завтраком.

Выйдя от матери, Ира подошла к комнате Эмы Васк и постучала.

— Эма, это я. Ты одна или с очередным ухажером?

— Проходите, ваше величество, — открыла дверь глава ее амазонок. — Моих ухажеров почему-то надолго не хватает.

— И охота тебе, баронесса, носить это безобразие? — спросила Ира, кивнув на короткую прозрачную рубаху рахо, которую на себя набросила Эма.

После покушения, когда Эма фактически одна скрутила купца, ее возвели в баронское достоинство. Когда амазонки жили в ее дворце, они пару раз встретили сестричек рахо в их рубашках. Такая одежда амазонкам понравилась настолько, что они посетили один из городов рахо и набрали себе таких рубах на складе, в который поселенцы свозили все найденное. На непривычных к подобному мужчин кайнов эти рубахи в сочетанием с точеными женскими фигурками действовали убойно.