Исцеление - Группа K.N. - Страница 30

— Спасибо, милая, — поблагодарил я и сделал глоток из своего бокала, наблюдая, как легкий румянец окрасил ее щеки.

Я обернулся посмотреть на людей, и мой взгляд остановился на Майкле Олдридже. Он, как обычно, был в самой гуще народа, заставляя своих собеседников смеяться над тем, что он рассказывал. Возле него крутилась молоденькая брюнетка, и я видел, как он прошептал что-то милое ей на ушко. Она облизнула губы и улыбнулась, отходя от него.

Чертов ублюдок.

Не знаю, что подтолкнуло меня, выпитые напитки или все, что произошло за последние несколько недель, но я направился к нему. Когда я подошел, он повернулся ко мне лицом и смерил взглядом.

— Можешь уделить мне минутку, Майкл? — вежливо спросил я.

В его глазах промелькнуло выражение недоверия, но затем он повернулся к своим собеседникам, взял свой напиток и отошел в сторону.

Мы направились к бару, где он молча, подняв в воздух палец, заказал себе еще один напиток.

— Чем могу помочь, Блейк? — поинтересовался он, его голос сочился раздражением.

— Ну, ты можешь держать руки подальше от Саманты, — грозно сказал я и сделал глоток, глядя на него поверх бокала. Его щеки покраснели, и он свел брови вместе.

— Прости, что? — невинно спросил он.

— Не прикидывайся дурачком. Я столкнулся с Самантой на днях и видел синяк на ее руке. Забавно, но он выглядел в точности, как опечаток мужских пальцев.

Он поправил галстук и сделал большой глоток из стакана. Прежде чем он успел что-то сказать, я продолжил:

— Ни для кого не секрет, Майкл, какую жизнь ты ведешь. Меняешь женщин как перчатки, унижая свою жену. Твои обожатели восторгаются тобой, но мы, настоящие мужчины, знаем правду.

— И какую правду ты знаешь? — спросил он.

— Ты кусок дерьма, недостойный целовать даже кончики туфель своей жены, и уж тем более ее губы. Хотя твои отношения с женой не мое дело.

— Ты прав. Не твое, — ответил он.

Тот факт, что он не опроверг мои обвинения о синяках Саманты, не остался незамеченным.

— Делай что хочешь со своими маленькими шлюшками, но от нее руки убери. Понял меня?

Я не стал дожидаться ответа. Напротив, отошел от барной стойки и направился через весь зал к Стейну и группе своих коллег. Я почувствовал на себе ее взгляд, но сосредоточился на Стейне, когда он начал рассказывать о своей последней пациентке и ее лечении.

Хотя я старался не сильно глазеть по сторонам, мой взгляд инстинктивно скользил по комнате в поисках Саманты. И тогда я увидел ее. Она пересекала зал в направлении алькова, где расположен туалет. На ней платье с низким вырезом, открывающее ее изящную спину. Сжав руки в кулаки, я закрыл глаза, представляя, как прокладываю дорожку поцелуев по этой спине и медленно раздеваю ее. Я еще не видел ее полностью обнаженной, и могу только мысленно представлять себе, как шикарно она выглядит.

Отставив напиток в сторону, я покинул свою компанию и через весь зал направился туда, где она только что повернула за угол. В штанах сразу же стало тесно. Одна только мысль быть рядом с ней, и я уже тверд как скала. Она словно очаровала меня каким-то странным заклинанием. Только так я могу описать то, что чувствую из-за нее.

Завернув за угол, я обнаружил, что она стоит там и ждет. Ее кожа сверкает в отблесках света, льющегося с потолка. Ни секунды не раздумывая, я потянулся к ней, не заботясь, видит ли нас кто-нибудь.

20

Саманта

На самом деле мне вовсе не нужно в туалет, но я больше не могла сидеть там и наблюдать за Романом. Не тогда, когда все во мне умоляет быть рядом с ним. Я даже безразлично отвернулась, когда Майкл, как обычно, открыто начал флиртовать. Дело в том, что мне теперь все равно, чем он занимается.

Вырвавшись из душного зала и не имея больше возможности наблюдать за Романом, я почувствовала, что стало легче дышать.

Я толкнула дверь туалета, но она оказалась заперта. Поэтому я просто стояла там и ждала. Именно тогда я почувствовала такое знакомое прикосновение пальцев Романа к своей спине. Затем он медленно провел ими вверх по моей руке, и вслед за его пальцами помчались толпы мурашек, поднимаясь, словно волна в океане. Закрыв глаза, я наслаждалась моментом... смаковала прикосновение другого человека.

Он дотянулся до моего плеча, обхватил его своей теплой ладонью и начал нежно поглаживать. Другой рукой он потянулся к другому моему плечу, его жаркое дыхание щекотало заднюю часть шеи.

— Саманта, — услышала я свое имя, произнесенное мне на ушко.

Сначала я была не в состоянии ответить, но, когда смогла управлять голосовыми связками, единственный звук, который смогла воспроизвести был:

— Хммм.

— Ты должна остановить меня, — сказал он.

Мысль, что он остановится, показалась невыносимой. Мое тело молило о его прикосновениях — все внутри напоминало раскаленную лаву, и я была готова взорваться. Я не чувствовала такой привязанности к другому человеку уже много лет, и не была готова отпустить это чувство.

— Нет, — сказала я твердо.

— Нет? Почему нет? — спросил он.

Повторяя его же слова, я объяснила:

— Потому что я заслуживаю этого.

Тихое фырканье приподняло волоски на задней части шеи, и я задрожала.

— Это так?

— Уг-гу.

— Что ж, в таком случае чего еще ты заслуживаешь?

Повернувшись в его руках, я прижалась к нему. В этот же момент он нагнулся, и его губы прижались к моим. Язык скользнул вдоль моего, и я ощутила его вкус и вкус напитков, которые он пил возле бара. Вскоре я была уже пьяна им.

Он прижал меня к стене и медленно начал задирать мое длинное платье. В любой момент кто угодно может войти в альков. Не стоит также забывать о женщине, которая занимает туалет и тоже может в любой момент выйти оттуда. Все знают, что я жена Майкла, а еще они знают, что Роман не Майкл.

Оттолкнув его, я осмотрелась в поисках места, куда мы бы могли пойти. Заметив еще одну дверь, я потянула его за собой.

— Сюда, — позвала я, толкая дверь и затягивая его в еще один зал для торжеств.

Дверь шумно захлопнулась за нами. Роман зарылся пальцами в мои волосы, как мужчина, который жаждет обладать, и во все стороны полетели заколки, а затем он снова начал меня целовать.

— Не могу... — пробормотал он, тяжело дыша, — не могу насытиться тобой.

Он снова начал задирать мое платье вверх, пока подол не оказался на уровне бедер. Теперь, когда платье не мешало, я смогла закинуть ногу ему на бедро. Он воспользовался возможностью прижаться ко мне, и мне пришлось прервать поцелуй, когда из меня вырвался вздох наслаждения.

Он приподнял меня так, будто я ничего не вешу, усадил на покрытый скатертью стол и столовые приборы громко зазвенели. Опустив руку между нашими телами, я расстегнула пуговицу и молнию на его брюках. Я хочу его. Нет, я нуждаюсь в нем. Когда я дернула его брюки и боксеры вниз, его член выпрыгнул мне в руку, согревая мою ладонь своей твердостью.

Роман запрокинул голову и зашипел, а затем начал неистово целовать мою шею. Я начала поглаживать его член рукой, и он прерывисто дышал мне в шею.

— Саманта, — прошептал он, — не останавливайся, милая.

Я не планировала все это, но я сыта по горло тем, что меня дразнят. Я замужем, и знаю, что это все неправильно, но я хочу его. Хочу почувствовать его в себе. И сегодня вечером мне мало одних только рук, хочу его в себе.

— Ни за что. Я хочу тебя, Роман, — сказала я, мой голос сочился желанием.

Он отстранился и посмотрел мне в глаза, словно желая удостовериться, что я понимаю, что только что сказала, и тогда кивнул, соглашаясь.

Опустив руку, он запустил пальцы под кромку моих трусиков, сорвал их с меня и засунул в карман пиджака.

— Прости меня, — сказал он вдруг, ни к кому конкретно не обращаясь.

После чего встал между моих разведенных ног и направил свой член к моей киске. Внезапно открылась дверь, и в комнату вошел официант. К счастью, мы были в темноте, и у нас было время привести себя в порядок, прежде чем он увидел нас.