Опаленная колыбель - Тропов Иван - Страница 75

Но если это не имперцы…

– Это конфедералы! – Дымок снова восклицает.

Но как же они успели?

Мы на полпути от Москвы до границы Конфедерации. Получается, этот отряд ждал на самой границе, что будет? И как только мы вышли из Москвы, они тут же бросились нам на перехват, чтобы отбить погоню?

Быстро Янг сообразил, что временное перемирие с Дядюшкой Сэмом может холодную войну между Конфедерацией и Империей не только растопить, но и вскипятить… Вот и решил первым атаковать. Если симы перейдут к императору, война все равно начнется. А если симы у конфедералов окажутся, война, может быть, и отложится. А там и Дядюшка Сэм снова вступит в дело и столетнее статус-кво восстановит…

Неужели спасемся?!

Пока конфедералы нас раньше перехватывают, чем имперцы!

Только бы у нашей «Гарпия» от перегрузок корпус не лопнул! Обидно будет в последний момент погибнуть…

Но имперцы конфедералов тоже заметили. И на пять звуков переходят.

Долго они так не выдержат, даже на слипстриме – но им долго и не нужно. Наша «Гарпия» уже на половине индикаторов критический перегрев выдает – уже полчаса на четырех звуках идем! И больше прибавить мы не можем, иначе корпус нашей «Гарпии» точно лопнет. Так что теперь разница скоростей у нас в звук, и весь наш отрыв с двух минут до одной сократился. А до конфедералов еще полторы минуты…

Конфедералы тоже прибавляют – до пяти с половиной!

Но только нам и это не поможет. Все равно имперцы нас быстрее нагонят. Даже если конфедералы все шесть звуков выжмут – все равно не успеют нас перехватить. Имперцы на десять секунд раньше нас догонят. Врежут по нам слабенькой ракетой – нет, не на уничтожение, но так, чтобы мы на аварийную посадку ушли. Потом конфедералов встретят…

Имперцев больше, чем конфедералов, так что… В крайнем случае, за время боя к этому месту еще имперские патрули подоспеют. В любом случае придется конфедералам убраться. А когда они уйдут, имперцы нас уже на земле и возьмут, возле поврежденного флаера. Вместе с симами…

Секунды тают – а с ними и расстояние. Пять кмов между нами и имперцами, четыре… А до конфедералов еще девяносто!

И тут началось. Имперцы колонну разбивают и в стороны рассыпаются, чтобы наш флаер в сферу брать.

Вот теперь точно все. И мы не уйдем, и конфедералы не успеют. А жаль… Ведь почти вырвались!

Анну прижимаю крепче – в голове уже никаких мыслей. Линский даже от боли постанывать перестал.

А вот Дымок не замер – к пульту дернулся.

Я только и успел подумать, что надо было раньше его от штурвала оттащить. От страху он сейчас скорости прибавит, и мы не просто с легкими повреждениями на аварийную посадку уйдем – а вообще развалимся. А на четырех звуках встречный поток воздуха такой силы, что нас по обломкам просто размажет! Еще до удара о землю никаких следов от нас не останется.

Но Дымок не штурвалы трогал. Он весь запас ракет по имперцам выбросил.

Я сразу и не понял, зачем – имперцам наши легкие ракеты, как слону горошины!

А потом сообразил.

Уйти-то от наших ракет все имперские флаеры ушли, но пока они наши ракеты своими сбивали, самим флаерам пришлось назад рвануть – чтобы от этих взрывов не пострадать.

Через три секунды все наши ракеты накрылись. Имперцы снова за нами – но за эти три секунды наш отрыв на шесть кмов увеличился. И конфедералы теперь к нам раньше имперцев успевают!

Сбрасывают имперцы скорость.

Конфедералы тоже чуть замедляются.

– Дымок! – зову.

Но Дымок еще раньше меня сообразил, что теперь и нам можно скорость сбросить, пока наша «Гарпия» разваливаться не начала.

Плазменный кокон вокруг нашей «Гарпии» пропал, тут же эфир оживает.

– Группа без имперских позывных! – командир имперцев командует. – Немедленно осуществить посадку! При попытке бегства вы будете уничтожены!

– Не дождетесь, – смешливый голосок от конфедералов отзывается. – Что-то не чувствуется радости, девяностый! Мы вот давно уже об этой встрече мечтали. А ты что-то не рад. Может, ошейник жмет?

И гогочет. Остальные конфедералы тоже в долгу не остаются. Эфир мигом ржанием и подколками наполнился. Засиделись они на границе с Империей. Давно в бой рвались, да свои же начальники им по рукам били – пока воевали с дикими роботами, ссориться с Империей нельзя было. Зато теперь добро дали…

– Господа Линские! – ведущий конфедералов нам радирует. – Милости просим за нашу широкую спинку. Но далеко не уходите, сюда тащатся еще две группы имперцев.

– Вы отказываетесь совершить посадку? – с имперской стороны мрачно интересуются. – Вы будете уничтожены…

Но что-то особой уверенности в голосе нет. Хотя численный перевес на стороне имперцев. «Скаты», правда, разных марок – но разницы между девяностым и сто первым скатом в ближнем бою, да еще в плотной атмосфере, почти никакой.

– Ну тка! – конфедералы ржут весело. – А то как же!

Прошмыгиваем мы мимо колонны конфедералов, и они тут же скорость на ноль – и в боевой порядок рассыпаются. Имперцы тоже останавливаются и перестраиваются.

– Господа Линские! – ведущий конфедералов зовет. – Подождите полминуты. А потом мы вас с почестями эскортируем в Конфедерацию.

Имперцы с этим дружно не согласились, конечно. Да еще в каких выражениях! Даже я не все понял.

Но тут же и заткнулись – конфедералы на пяти звуках в атаку рванули.

У имперцев тридцать машин, у конфедералов только две дюжины. Но атакуют смело и дерзко. Нагло атакуют.

И тут же стало понятно, почему. Серьезные проблемы у имперцев с выучкой. Они же с дикими роботами в основном с помощью ошейников воевали – высаживаешь человека как жертвенного ягненка, а когда роботы к нему сбегутся, сверху ядреной бомбой. А вот конфедералы воевали честно.

Только двадцать секунд конфедералам и потребовалось, чтобы убедить имперцев, что полминуты – вполне достаточный срок.

Порядки имперцев уже черт знает во что сбились – а они еще не все это сообразили! Только одиннадцать экипажей. Эти вовремя прочь рванули. Остальных имперцев конфедералы в сферу заперли – и форменное избиение младенцев начинают. За пару секунд от девятнадцати имперских флаеров только облачка плазмы и остались.

Но и те одиннадцать, что решили бежать, – они тоже не столько сообразительные, сколько трусливые. И прочь от конфедералов поодиночке рванулись. А вот конфедералы за ними рванулись грамотно – разбившись на пары.

Два флаера – не колонна, но хоть какая-то возможность для слипстрима. И в коробочку можно взять атакуемого, опять же…

Ни один из одиннадцати беглецов не ушел. Девять экипажей от страха выжали закритичный режим – и их флаеры просто лопнули. На такой скорости любая дырочка-щелочка в плавящемся корпусе – и флаер как мыльный пузырь лопается.

Оставшиеся два приняли бой. То есть попытались… Через две минуты последнее облачко плазмы развеялось.

К месту боя по тревоге еще две группы имперцев спешили. Но на свои гравидетекторы глянули – и плавненько развернулись. Даже до границы сопровождать нас не стали. От греха подальше вообще к своим базам ушли.

Конфедералы, конечно, давай их самоотверженные маневры от души комментировать. А Линский на их зубоскальства только головой качает:

– Совсем же юнцы желторотые…

Но мне его грустинки глубоко по фигу. Я к нему уже привыкать начал. И то, что у него на любую цистерну меда обязательно ложка дегтя найдется – ну, что… У всех есть свои недостатки.

Зато Анна расцвела. Все-таки спаслись мы! Второй раз из Империи сбежали!

И третьего раза не будет. Больше я в эту Москву не сунусь. А со Стокером и с торговцами и на их базе возле Хоккайдо можно встретиться.

А вот что меня действительно смущает – Дымок опять загрустил. После стресса у него это, что ли? Ладно, бывает… Не каждый день твоя жизнь на волоске висит, да еще по два раза за один час.

Хотел я его развеселить – но тут сам загрустил.

Те ребята, что погоню перебили, только до границ Империи нас сопровождали. А на границе нас уже другая группа конфедералов ждет.