Мертвый Ренегат (СИ) - Упоров Владимир Николаевич - Страница 23

- Да, я помню, как ты заставил собственную душу вернуться обратно в тело, и наш побег из шахты я тоже прекрасно помню, однако и ты не забывай, что все это лишь благодаря магии! - резко возразила девушка. - Обычному человеку не сделать подобного, ровно, как и мне - мистику!

Казалось, на Реннета ее заявление вовсе не подействовало. Он лишь слегка удивленно уставился на Катарину, а затем спокойным тоном спросил:

- Магия говоришь? По-твоему выходит, обычный человек не способен сбежать из тюрьмы? Не способен, к примеру, пробить кирпичную стену ударом кулака и выбраться на свободу? По-твоему, обычный человек не способен вернуть душу в тело?

- Нет, - упрямо покачала головой женщина-мистик. Ее лицо выражало абсолютную уверенность в собственном заявлении. - Ты витаешь в мире иллюзий, Реннет, если считаешь это возможным. Но мы-то с тобой живем в Реальности. Здесь нет места пустым мечтам.

Мальчишка с горечью улыбнулся.

- Реальность создается в наших головах, - многозначительно ткнув пальцем в висок, тихо произнес он. - Не уверен, правда ли это, или простая байка, но я не так давно слышал о человеке, который сбежал из Азраннской колонии, попросту выломав каменный блок из стены. Говорят, там была куча крови, потому что узник стер собственные пальцы до костей, когда руками расширял трещины в стене. И да, если хочешь знать, Запретные заклинания, о которых я говорил раньше - это не какая-то сторонняя сила, и уж тем более не ритуальный договор с могущественными сущностями. Это человеческая воля, вплетенная в структуру магии. Человек не может говорить "невозможно", пока не исчерпал все возможные средства, хотя и в этом случае остается шанс. Я намерен узнать, есть ли вообще предел человеческим возможностям, есть ли предел человеческой свободе! - закончил Реннет.

С неопределенным "Хм...", Катарина замолчала, и снова бросила взгляд на темную гладь озера, лежащего внизу. Она поняла, что он искренне верит в собственные убеждения, и навряд-ли откажется от них, какие аргументы она бы не использовала. Почему-то смеяться над его упрямством и наивностью ей не хотелось. Однако оставался нерешенный вопрос...

- Ты говорил, что желаешь спокойной жизни, но это заявление не очень-то вяжется с предыдущим, в котором ты намеревался вмешаться в Третью Войну, или я ошибаюсь в чем-то? - спросила она спустя пару минут. - Разве это не доказывает, что ты уже несвободен?

Юноша нахмурился и отвел взгляд. Он тщательно подбирал слова, но они как назло не спешили идти на язык.

- На первый взгляд действительно может так показаться, но дело в том, что именно Война стала серьезнейшим препятствием в достижении моей цели.

Мягко потирая подбородок, девушка оперлась руками в колени, задумавшись. Ветер трепетал ее темно-каштановые волосы. Реннет невольно засмотрелся на ее красивый профиль, отчего не сразу отреагировал, когда она вдруг посмотрела в ответ. Он отвернулся. Заметив его реакцию, Катарина улыбнулась.

- Письмо, которое ты дал Грегору, каким-то образом связано со всем этим? - спросила она.

- Да. Я послал просьбу моему старому знакомому. Думаю, мы увидим его недели через две или три. Он является одним из ключевых звеньев предстоящей компании. Прости, но подробнее прямо сейчас рассказать не могу, - извинился он.

- Ясно, - немного раздраженно пробурчала девушка.

Реннет кивнул и, поднявшись с мокрого бревна, неспешно зашагал по берегу озера, рассматривая мертвый пейзаж, медленно покрывающийся хлопьями первого снега. Катарина последовала примеру юного мага и вскоре поравнялась с ним. Со стороны, наверное, они были похожи на парочку, или на брата с сестрой - как только такая мысль пришла в голову юноши, он чуть не споткнулся.

- Ммм... я хотела у тебя еще кое-что спросить... - заговорила неожиданно мистик.

Почувствовав в ее голосе оттенок нерешительности, совершенно непривычной для нее, Реннет удивился, но не подал виду.

- Обычно ты всегда задаешь мне их без всякого разрешения, - усмехнулся он.

- Да? А... ну да, возможно, - согласилась та, опустив глаза под ноги, кстати говоря, обутые в теплые сапоги из очень качественной кожи, найденные в запасниках убежища мальчишки. - Помнишь, когда ты исцелил меня и оставил в той лачуге в лесу?

Юноша насторожился, не имея представления, в чем заключается подвох.

- В общем, когда я очнулась, то вся моя одежда, что ты оставил висеть под потолком, была насквозь мокрая. После я долго думала, но так и не смогла понять, что с ней могло произойти. Ведь не от валяния в снегу же я так сильно вымокла?

С одной стороны Реннет испытал облегчение. Он уже начал думать, что она спросит его о том, как оказалась в одном белье. Честно говоря, эта ситуация до сих пор заставляла его чувствовать некоторую неловкость. Но с другой стороны, заданный ею вопрос также оказался не из числа тех, на которые легко ответить.

- Ну... - замялся он, нервно взлохматив волосы.

- Давай, отвечай! - поторопила его девушка.

Протяжно и глубоко вдохнув, а потом выдохнув, он выдавил из себя неожиданные слова:

- Не обижайся... В общем, когда я нес тебя до хижины, нам на пути попалась бурная незамерзшая речка...

- И?..

- Я поскользнулся на мокром льду и... уронил тебя в воду.

- Че... чего? - шокировано переспросила Катарина. - Как это "уронил"?

Юноше показалось, что воздух вокруг резко похолодел. Он лишь пожал плечами и пробормотал что-то вроде "Извини", странно побледнев при этом. Мистик ничего не ответила, замолчав. Несколько раз прокрутив в голове донельзя неожиданный ответ молодого ренегата, возникшая ситуация начала казаться ей даже забавной.

- Ладно, - резко заговорила она вдруг, - я забуду про то, что ты меня чуть не утопил, а потом еще раздел, воспользовавшись случаем, но только при одном условии!

- Условие?

- Именно, - как-то странно ухмыльнулась та. - С сегодняшнего дня ты будешь спать в моей комнате, до тех самых пор, пока меня не перестанут посещать кошмары. Вчера я убедилась, что твое присутствие необъяснимым образом влияет на мои сны.

- Что?!! - Реннет побледнел и застыл на месте как вкопанный.

Катарина встала перед ним, уперев руки в бока, придирчиво оглядела его с ног до головы, и с деланной серьезностью спросила:

- Слушай, а ты не заболел? Побледнел вон весь, да и слышать видимо хуже стал...

Но юноша даже не заметил ее насмешек. Со слегка испуганным выражением лица он сказал:

- Да с-слышал я все. И как ты себе это представляешь?

- Все просто, разве нет?

- Нет! Все совсем не просто! - почти что выкрикнул тот. - Две кровати там не поместятся в любом случае, и где прикажешь мне спать?

- Как где? А на полу?

Реннет фыркнул, отвернулся, и зашагал по направлению к особняку. Твердое и холодное "Нет!" слетело с его губ. Катарина же, видя его реакцию, решила добить окончательно:

- Ну, если не боишься, можешь спать вместе со мной. Обещаю, приставать не буду! - крикнула она вслед, и не сдержавшись, расхохоталась, а потом поспешила догонять.

Вскоре после того как они вернулись в убежище, юноша занялся обедом, а заодно и ужином. Девушка вызвалась не сколько помогать ему, а сколько самой научиться готовить. Объяснила она свое желание тем, что не хочет быть бесполезной. После недолгих уговоров Реннет согласился на этот опасный, как он считал, шаг. Отчасти, причина его согласия заключалась в том, что с завтрашнего дня он планировал начать тренировки, а значит, свободного времени у него уже не будет.

На удивление, девушка схватывала все буквально на лету, и юноше ни разу не пришлось повторять ей дважды. Создавалось ощущение, будто она рождена готовить. Реннету даже в некоторой степени завидно стало. Самому ему понадобилось немало времени и уйму терпения доброй Илии, чтобы научится основам. Но все-таки его не покидало ощущение, что Катарина что-то задумала...

В конечном счете, он оказался прав. После ужина, состоящего из простенького, но довольно вкусного супа с пшеничной крупой, а также из сладкого и ароматного орехового бисквита, Реннет искренне поблагодарил ее за вкусную пищу и старания. Катарина в ответ заявила, что теперь юноша еще больше обязан ей, а значит, без лишних вопросов выполнит просьбу о ночевке в ее комнате. По-видимому, о вчерашнем ужине, который приготовил Реннет, она успела благополучно забыть.