Хроники зеленого крокодильчика - Трубников Егор - Страница 16

Если скучно – сами дураки!

Централизованных развлечений народу так и не потребовалось. Все образовалось само собой: люди отдыхали, трепались за жизнь, мыли кости домашним, танцевали, просто слушали музыку. Барышни по собственному почину устроили игру в фанты, и эта детская забава привлекла многих. Правда, от идеи играть на раздевание барышни отказались…

Глава двадцать пятая, из которой становится понятно, что предновогодние проблемы для всех одинаковы

– Ну и чем мы будем заниматься? – уныло вопросил Введенский. – Водку пить и в буриме играть? Лучше бы кабак, там хоть не так противно…

– Что в кабаке не так противно? Водка? – Марьяна с трудом удержалась, чтобы не постучать Артуру по голове. – Или что?

– Осознавать скоротечность бытия, тщету усилий, бренность устремлений… – монотонно забубнил тот.

– Да ну тебя совсем, – отмахнулась Марьяна. – Давай лучше серьёзно подумаем, чем народ развлекать. Танька, у тебя есть идеи?

Прекрасная и оттого вечно расслабленная менеджерица Таня задумчиво улыбнулась. В оргкомитет по встрече Нового года она попала за свой безупречный вкус и знакомство с модными веяниями. Однако быстро выяснилось, что в практическом смысле её познания совершенно бесполезны.

– Можно в буриме играть, – предложила она.

– Бинго, – сказал Артур.

Марьяна ласково кивнула.

– А ещё?

– Ещё… – Таня нахмурила лобик. – Ещё можно играть в карты, в морской бой, в бутылочку…

– И в дочки-матери на деньги… – развлекался Введенский. – Нет, ну мы можем как в «Езде» – тамаду пригласить, затейников каких-нибудь хитровывернутых…

Марьяна искренне удивилась.

– А ты откуда знаешь, как в «Езде»?

– Хо-хо. С соседями надо дружить! – назидательно сказал Артур. – Курим-то мы вместе на лестнице. Пушкин, кстати, у них – правильный мужик.

– Танцевать можно! – внезапно воскликнула Таня. – Здорово, да?

Артур с Марьяной вздохнули. Впереди ещё было обсуждение подарков.

Насколько проще было бы поступить как все нормальные люди: снять ресторанчик с каким-нибудь ватным Дедом Морозом и скучающим диджеем, купить всем по коробке конфет и куколке на монитор… А так что получается? На дворе уже вторник, осталось 3 дня, а у них ещё конь не валялся. Ну, допустим, ёлку им привезли и установили особые обученные ребята, содрав за это особую накрученную цену. «Дефицит, – нагло пояснили, – нынче ёлочки». Игрушки и всякую мишуру Марьяна самолично закупила на рынке возле дома. Артур расстарался и притащил удивительное: пятьдесят китайских гирлянд со светодиодами. На вопрос, куда он их собирается подключать, не ответил, но пообещал, что если они не пригодятся, вернёт деньги из своего кармана. Большая комната в офисе имелась, особенно если временно выписать менеджеров и убрать перегородки.

Александр, осознав, что оргкомитет взялся за дело всерьёз, попытался было пойти на попятную, но безуспешно. Народ воспротивился. Почему-то идея офисного праздника запала всем в душу.

Обсуждение культурной программы решили отложить. Про жратву и выпивку Введенский сказал, что это не проблема и есть у него пара мыслишек. Но вот подарки…

Подарки оказались самым страшным мучением. Ни Марьяна, ни Артур ни, тем более, Танечка, совершенно не представляли, что оригинального, полезного и одновременно прикольного можно задарить всем коллегам, да так, чтобы никого не обидеть и не выбиться из бюджета.

Через два часа безуспешного мозгового штурма Марьяна решилась на подвиг.

– Пойду-ка я в «Езду» схожу, с девчонками посоветуюсь. Мало ли…

Был у Марьяны и ещё один повод для посещения турфирмы: узнать у Эдуарда, что делала её фотография в красной комнате и откуда вообще там взялась. Но об этом она, естественно, умолчала.

– Иди-иди, – проницательно сказал Артур. – Эдику привет.

Спустившись на один этаж, Марьяна некоторое время потопталась у двери «Езды», а затем решительно надавила на кнопку переговорного устройства. Ничего не произошло. Она надавила снова. Тишина.

Кто-то аккуратно тронул её за плечо. Девушка вздрогнула и обернулась. Позади стояла Инна Вячеславовна.

– Здравствуйте, Яна, – сказала прекрасная директриса, – а звонок ещё не подключили. Позвольте? – и она провела карточкой в замке.

– З-здравствуйте, – выдавила Марьяна и зашла внутрь. Инна вошла следом.

Если бы не явственный запах давешнего пожара, она ни за что бы не догадалась, что турфирма переезжала. И когда успели ремонт сделать? Все те же разноцветные двери, такой же ресепшн, неизменная секретарша Маша с лошадиным лицом и хрустальным голосом… Разве что коридор чуть пошире.

И всё тот же Эдик.

– Яночка! – с неподдельной радостью воскликнул он. – Не надумали вернуться? Шучу, шучу. Пойдёмте, кофейку жахнем, побакланим…

Марьяну резануло это «жахнем-побакланим».

– Надо говорить «дерябнем» и «погнездим», Эдуард, – не сдержалась она и впервые услышала, как смеётся Инна Вячеславовна: также, как и выглядит – красиво и холодно.

Эдуард натянуто улыбнулся и, бросив: «Ну, я на кухню, найдёте, не в первый раз», удалился. Инна скрылась в кабинете, а Марьяна пошла советоваться с девочками.

Гостиничные барышни на вопрос, что дарят коллегам на Новый год, ответить не смогли. Вернее, смогли, но…

– Конфеты там, игрушку… ещё какую-нибудь лабуду…

– Ну а вообще, как вы корпоративку планируете? – Марьяна решила не сдаваться.

Барышни скисли.

– Как обычно… Соберёмся, шампуня выпьем, гимн попоём, получим конфеты и разойдёмся.

– Да? А мне говорили, что у вас в этом году тамада, все такое…

Девочки искренне удивились и не поверили.

Тогда Марьяна отправилась на кухню и решила сразу брать быка за рога.

– Скажите, Эдуард, а откуда у «Езды» вот эта фотография?

Эдик выпучил глаза и поднёс снимок к самым очкам.

– Понятия не имею! А почему у «Езды»?

– Потому что я нашла её в такой загадочной-загадочной комнате за такой таинственной-таинственной красной дверью, – постаралась как можно ядовитее сказать Марьяна. – Там вообще у вас фотоальбом на стенах.

– Вы что-то путаете, Яночка! В красной комнате хранились архивы, никаких фотоальбомов.

Марьяна поняла, что ей опять дурят голову, но по Эдикову честному взгляду было ясно, что дальнейший разговор бесполезен.

Глава двадцать шестая, в которой героиня начинает осознавать всю степень своего непонимания жизни

Вернувшись в «Полный Щит», Марьяна застала Артура и Танечку за ожесточённым спором. Таня отринула обычную флегматичность и с жаром говорила:

– Артурчик, ты совсем глупенький, да?

– Я умненький! – отбивался тот.

– Нет, ты глупенький! Вот посмотри, как интересно, – она потыкала пальчиком в экран. – Видишь – «Увлекательные игры и развлечения для вашего праздника». Увлекательные! Ну почитай!

Артур тихо рычал.

– Что у вас тут? – осведомилась Марьяна и сама заглянула в монитор. Обнаружив там ярко-розовую страничку с мигающими ёлками на фоне, она, не читая, встала на сторону Введенского.

– Нет, Таня, – строго сказала она, – мы не будем играть в эти увлекательные игры.

Танечка надула губки и с обиженным видом ушла в угол.

– Машка, – вдохновенно произнёс Артур, – я тебя люблю! В смысле ценю.

– Спасибо, – сухо поблагодарила Марьяна. – Идеи появились?

– Ты не поверишь, появилась одна. Только сядь. Идея такая: а вертись оно все коромыслом! – Введенский победоносно воззрился на Марьяну. Повисла пауза.

– Потрясающе. Можно теперь раскрыть мысль?

– Раскрываю. Мы же не в детском саду, а? Взрослые люди собрались отметить Новый год, выпить-закусить-потрепаться… Зачем нам эти запланированные развлечения?