Райское место - Туманова Мария - Страница 18

–Не надо!

Я дернулся от испуга и рассердился.

– Хватит дурака валять!

– Извини. Но я подумал, ты сейчас свет выключишь. Не надо. Я здесь с первой недели сплю только при свете.

– Я днем найду телефон и позвоню Терри. Он знает пару дельных психоаналитиков.

Джейк хихикнул, показывая, что оценил шутку. Черта с два это была шутка! Но заводиться я не стал. Пусть хихикает. Пусть спит или орет, я в няньки не нанимался.

Кстати, может, в мой роман ввести няньку? Симпатичную молодую женщину, которая понимает героя… Нет, делает вид, что понимает, а на самом деле просто хочет отхватить себе богатого мужа. Герой поддастся, поверит и уедет с ней на уик-энд, а его жена…

Я уснул, не придумав, что бы такого подлого или благородного могла сделать жена. Она, между прочим, представлялась мне теперь похожей на Кэтлин О'Доннел. Хоть меняй все прежние описания! Может, и изменю… Когда проснусь.

Разбудил меня трубный голос миссис Гарделл. Она за что-то выговаривала Джейку, беззлобно, как любящая мать, но громко, как кавалерийский полковник. Что он отвечал, я не слышал. Поднялся, потянулся… Можно было бы еще часок поспать, я все равно не признаю пословицу о ранней пташке и червячке с тех пор, как мне Билли Родвэй растолковал, что сожранный червячок тоже рано поднялся, кретин. Но спать под тирады миссис Гарделл, наверное, и Рип Ван Винкль не смог бы.

Что-то стукнуло в окно. Я обернулся и увидел Делберта Энсона. Мальчишка запрокинул голову, пытаясь разглядеть мой силуэт за занавеской. На нем были джинсы и, кажется, та же рубашка, что и вчера вечером.

Откинув гардину, я не меньше минуты дергал окно, пытаясь его открыть. Честное слово, поступить в университет было легче! Наконец рама со скрипом подалась. На лице Делберта сразу засияла счастливая улыбка – как вчера днем, когда он подтверждал, что Джейк живет здесь.

– Добрый день, мистер Хиллбери! – выпалил он.

День? А куда, в таком случае, девалось утро? Насколько я знаю, день наступает во время ланча, а не в момент, когда человек только-только продрал глаза.

– Привет, – ответил я. – Я не заметил, как солнце взошло.

В глазах Делберта сверкнула лукавинка, но на язык он ее не пустил.

– Отец позволил мне побродить с вами, пока он с ланчем управится. Идете, сэр?

– Я тоже не прочь бы позавтракать. А ты?

– Я утром плотно поел. – Он не отвел глаз. Я уже оценил его талант честно врать. – Но если вы сейчас не можете выйти, придется перенести прогулку на вечер. Когда мы работу закончим.

– Снова камни таскаете?… А без тебя отец не обойдется?

Делберт улыбнулся еще шире.

– И спрашивать нечего.

– А если я лично его попрошу на пару часов тебя отпустить? – красоты природы я, конечно, сам мог рассмотреть и, честно говоря, вообще плевать на них 1 хотел, но еще раз освободить мальчишку от изматывающего труда, который ему не по силам, казалось неплохим делом.

– Тогда… может быть, – Делберт передернул плечами. – Вы моему отцу понравились, сэр.

Дверь у меня за спиной открылась с каким-то похрустывающим звуком. Понятно, что я не обратил на него внимания ночью, когда мчался к Джейку, но вчера дверь вроде бы не скрипела.

– С кем это вы болтаете, мистер Хиллбери? – поинтересовалась миссис Гарделл. – А ну, пошел отсюда, паршивец!

Я представить не мог, что дама ее возраста и ее комплекции способна с такой скоростью промчаться по комнате.

– Пошел вон! – повторила она, уставившись на мальчика яростным взглядом. – Дел у тебя других нет, что ли? Ишь, взял привычку: под чужими окнами шнырять! Выродок!

Делберт не огрызнулся. Отступил, опустив голову, и пошел к отцовскому полю, ускоряя шаг. Ссутуленная спина показалась мне совсем хрупкой.

– Зачем вы так, миссис Гарделл? – ошарашенно спросил я. – Это я попросил мальчика показать мне окрестности, он выполнял мою просьбу, а не шнырял…

– Нечего вам с ним возиться, – отрубила хозяйка. – Надо уважение к себе иметь, мистер Хиллбери! Он же выродок! Вот свалилось горе на мою голову, думала, хоть один взрослым окажется, а вы с мистером Риденсом два сапога пара.

Пояснений я не дождался. Миссис Гарделл удалилась, громко сетуя на городских растяп, которые ничего в жизни не понимают, можно подумать, у них матерей не было, чтобы элементарные правила человеческих взаимоотношений объяснить. Слышала бы ее моя мама, ух, и поднялся бы скандал! До свистящих в воздухе полотенец точно бы дошло.

Но как бы миссис Гарделл ни сердилась на горожан, готовых с любым выродком сюсюкать, на приготовленных ею блюдах это не отразилось. Я давно так вкусно не ел. Будь здесь Энни, сразу начала бы жаловаться на количество холестерина и ковырять еду вместо того, чтобы с удовольствием набить желудок. Дожевывая стейк и щедро политую маслом картошку, я серьезно усомнился в том, что люблю Энни. Она тоже вряд ли обо мне переживает. А хоть бы и переживала, телефонов, по словам Джейка, здесь нет. Не ехать же в Гэлтаун ради теплой беседы с ее автоответчиком.

Миссис Гарделл принесла и бутылку виски, которое показалось мне слегка мутноватым. На бутылке была этикетка «Четыре розы», но, рассмотрев содержимое, я решил, что оно имеет мало общего с названием.

Больше похоже на самодельное пойло. Правду Делберт говорил: лучше обойтись без этого угощения.

– Для аппетита рюмочка – самое лучшее, – безапелляционно заявила дама. – Тогда и мясо быстрее пройдет по горлу.

Не спрашивая нашего мнения, она достала две рюмки и налила больше чем наполовину.

– Вам теперь и без меня есть компания, мистер Риденс, так что пейте вдвоем, а я не буду.

– Я не пью с утра.

Она уставилась на меня, будто услышала, что перед ней опасный маньяк. Взгляд напомнил мне миссис Энсон. Того гляди, в ближайшие две минуты окажусь под замком, а старуха побежит за врачом. Хотя тут, наверное, врача нет.

– Для аппетита, – повторила она. – Мистер Хиллбери, да вы что? Опьянеть от одной рюмки боитесь?

– Нет. Но я никогда не пью до вечера. Из принципа.

– Никогда? – миссис Гарделл перевела взгляд на Джейка. – Он не врет?

– Нет.

На настоящего друга всегда можно положиться! ' Держится так, будто забыл, как мы вместе надирались в университете, не посмотрев на часы, и как в тот день, когда Терри Прескотт сообщил, что мою вторую книгу берет «Схоластик Инк» (позвонил он, между прочим, в девять утра), я, не успев положить трубку, жестами показывал Джейку, чтобы он открывал шампанское. Через час мы перешли от шампанского к коньяку, и к тому времени, когда Терри приехал рассказать о договоре с издательством подробнее, подающий надежды молодой писатель лыка не вязал.

Но сказанному Джейком «нет» миссис Гарделл поверила. Слову, произнесенному настолько веско, сам Эдгар Гувер поверил бы. Кроме того, Джейк, кажется, забыл о своем ночном кошмаре. Ел картошку, держа вилку в левой руке, а в правой, естественно, была ручка—и сермахлонцы снова приглашали астронавтов на встречу с вождем.

Когда мы добрались до кофе (миссис Гарделл, не прекращая ворчать, удалилась, сообщив, что в обед принесет жаркое, и посоветовав нам погулять, вместо того чтоб глупости выдумывать), я убедился, что «кажется» было лишним приложением к слову «забыл». Джейк стал зачитывать мне написанное за завтраком и фразу «Джон Рассел первым пошел ко входу в пещеру» я не мог не узнать.

– Ты что, дословно помнишь, что ночью карябал? – спросил я.

– Ночью? – вытаращился Джейк. – Да я почти ничего ночью не написал. Перебрал вчера на танцах с выпивкой.

– А те листы, что я порвал?

– Какие листы?

Пришлось в двух словах объяснить, о чем я говорю. Джейк захлопал глазами:

– Что, правда? Наверное, миссис Гарделл обрывки убрала, пока я спал. А ты не врешь?

Я прикусил ноготь в качестве клятвы и показал на лист в его руке:

– То же самое, слово в слово.

– Да ну? – приличия ради Джейк изобразил удивление. И тут же расплылся в улыбке. – Такое с гениями случается, знаешь?