Райское место - Туманова Мария - Страница 57

– Будем бунтовать? – прервал мои идиотские фантазии Делберт.

Да. И главной моей задачей будет сделать так, чтобы, когда в конце концов – а может, гораздо раньше – я сам окажусь на костре, тебя со мной рядом не было. Как бы тебя к этому подготовить?

– Да, – сказал я. – Только не радуйся заранее. IВ обеих моих книгах бунт кончался полным крахом.

Испугал, называется: он засмеялся в полный голос.

– Значит, третью надо написать иначе. Давайте, мистер Хиллбери, начинайте!

ГЛАВА 16

Ученые говорят, в человеческом теле шестьдесят пять процентов воды. Во мне сейчас было девяносто процентов решимости. Нет, девяносто девять. На последний процент приходилась вода и все остальное. Плевать, что там еще есть – и может сгореть или быть сожранным.

Я всегда отличался повышенной эмоциональностью, и окружающие прощали меня, помня, что перед ними – писатель. Но, возвращаясь из хибары, заваленной вещами покойников, я ощутил холодную собранность, которой не испытывал никогда раньше. Мозг работал четко и ясно, не замутненный страхом и пустыми надеждами. О'Доннел назвал меня мертвецом, его приятели похоронили мою мечту, превратив пишущую машинку из колыбели идей в пыльный гроб. Так пусть все они узнают, на что способны восставшие мертвецы. Восставшие из рая, серия первая. Экшн!

Моухейцы уже вернулись с полей или поднялись с диванов, провалявшись день перед телевизором, их жены заканчивали готовить ужин, а дети устраивали игры во дворах. Со всех сторон я слышал: «Добрый вечер, мистер Хиллбери! Привет, Уолт!» – и небрежно помахивал в ответ. В окликах еле слышно побрякивала подозрительность, но пусть бы кто-то попробовал высказать ее вслух! Может, я и покойник, но обращаться с собой неуважительно не позволю. Даже до миссис Гарделл это дошло.

Я крикнул «привет» Барри Пилсу и ухмыльнулся, увидев, как старик вытянулся передо мной. Торжество подпортил Делберт: поднял на меня глаза и шепнул:

– Расслабьтесь, мистер Хиллбери. Вы как будто камень на голове несете.

– Сам трясешься, – тихо ответил я.

Он улыбнулся. Если этот мальчик трясся, то только от восторга: его герой опомнился и перешел к действию. Сейчас окажется, что моя шариковая ручка на самом деле – лазерный нож, а зажигалку можно в два счета трансформировать в автоматический пистолет. Если бы!

– Иди к нам домой, – сказал я. – И не высовывайся, пока я не вернусь.

Мальчишка попробовал возражать, но я был непреклонен:

– Иди и решай задачи из сегодняшнего раздела. Помнишь все, что я объяснял? – Делберт кивнул. – Так докажи, что я не зря потратил время. У Клейменов ты мне будешь только мешать.

Он кивнул и пошел быстрее, ни разу не оглянулся. Новобранец на задании. Восьмилетний Рольф Маккини, младший братец Дольфа, чуть не столкнулся с ним, выбежав из-за поворота, и отпрыгнул в сторону, как от прокаженного. Рот приоткрылся, но узкие глазенки оказались проворнее – обшарили улицу и послали в мозг сигнал: «Чертов приезжий тут, лучше закрыть рот молча». Да и сам Делберт уже не терпел оскорбления безответно. Так что пацан прикусил язык, наддал ходу и пронесся мимо меня, выписав петлю на дороге, чтобы не оказаться в пределах досягаемости. Вот бы и взрослые кидались врассыпную, как только я появлюсь!

Делберт скрылся из виду, а я нарочно не спешил – пусть мальчик отойдет подальше. Перекинулся парой слов со старой миссис Биннс, снисходительно усмехнулся, выслушав поздравление с удачным «отловом». В двух шагах от бабки Торин прыгала на одной ножке по процарапанным на земле классикам. Сегодня на ней было платье, не украшенное костями, зато на шейке позвякивали бусы: снизанные крохотные косточки.

Я уже знал, что кости и другие остатки каннибальских пиршеств моухейцы, вернувшись в человеческий облик, сжигают, но это было не такое строгое правило, как те, что касались добычи мха. Линда Биннс, заботливая мать, постоянно забирала по нескольку «игрушек» для обожаемой доченьки. Вот и в память о последнем дожде нанизала на нитку фаланги человеческих пальцев. И с этим я намеревался мириться всю жизнь?! Но я не винил себя. Может, попозже. А сейчас надо убрать из деревни «отловленных». Слава богу, «Бьюик» еще стоял там, где его оставил хозяин. Я побаивался, что Чарльз уже гонит машину на запад, чтобы за двести миль от Моухея пустить ее под откос. А он, значит, от-ложил дело? Нет, беззаботность не в стиле моих новых соседей.

Вместо того чтоб идти в дом, я свернул к машине и поднял капот. Ага, свечи вывернуты и исчезли. Понятно.

– Проблемы, Уолт?

Стэн Клеймен вышел на крыльцо, настороженно глядя на меня. Роя рядом с ним не было. Я не удивился: парень давно уже предпочитал держаться от меня на максимально возможном расстоянии. У него, в отличие от самых младших жителей деревни, был для этого повод.

Через два дня после того как я объявил Делберта своим помощником, Дилан и Рой подстерегли его утром, когда мальчик выходил из дому, и затащили на задний двор. «Мы тебе напомним, кто здесь человек, а кто – собака», – объявил Дилан. Рой держал Делберта, вывернув его руки назад, и, как всегда, посмеивался. «Пять минут – твои, потом за него берусь я», – напомнил он дружку. Но Дилану не пришлось использовать и пяти секунд отведенного времени. Делберт, который годами покорно сносил побои, позволяя себе лишь тихо плакать, теперь стал вырываться. Носком кроссовки он крепко пнул брата в колено, а пока Дилан вопил, с силой ударил Клеймена по лодыжке – и тут же резко откинул голову назад. Макушка столкнулась с подбородком Роя, парень охнул от боли и выпустил пленника. Не теряя времени, Делберт кинулся к забору, перескочил его, не чуя под собой ног, и помчался к нашему дому. Оба «человека» неслись следом, ругаясь во все горло – их голоса я услышал раньше, чем крик своего помощника: «Мистер Хиллбери, они снова нарываются!» Смеяться над формулировкой времени не было. Я бросил возиться с телевизором, никак не желающим принять хотя бы два канала (выбирать из одного слишком скучно, согласны?), и, не задумываясь, ухватил кочергу. Камин в гостиной был не фальшивым и оснащен всем необходимым, настоящий раритет.

Когда я вылетел из дому с кочергой в руке, Дилан предупредительно включил тормоза и остановился на безопасном расстоянии, а Рой решил, что городской тип не посмеет его тронуть. Он был прав, не спорю. Наполовину прав: я не решился проломить ему голову. Так что, когда Делберт нырнул мне за спину, я перебросил кочергу в левую руку и приветствовал Роя всего лишь кулаком.

Он даже не упал. Пошатнулся, сбился с шага и отступил, но удержался на ногах. Ярость во взгляде приблизилась к отметке «бешенство». Или я докажу, что сильнее,

как, интересно, это сделать?

или сейчас мой авторитет, свеженький, как лист бумаги с одной-единственной строчкой, превратится в ошметки.

– Назад! – кочерга просвистела перед носом Клеймена, и он инстинктивно отдернулся. – Какого хрена ты сюда явился?!

– Уйди! – огрызнулся он. – Уйди, пока живой! Вот черт, как я сам не додумался до этой реплики?

Пришлось еще раз махнуть кочергой.

– Опомнись, дешевка! Я констебль!

– Ты чужак!

Он не сомневался, что кочерга – пустая угроза. А костяшки пальцев у меня ныли от удара, если попробую врезать еще раз, сам заскулю. Сделать умное лицо и отступить? Треснуть его кочергой по руке? Я пытался принять самое быстрое решение в жизни, когда мимо меня пронесся живой снаряд. И я чуть не сел на землю, осознав, что это Джейк. Мой отрешенный от мира друг катапультировался с Сермахлона и налетел на Роя, не думая, насколько парень силен и как отреагирует

Стэн Клеймен на нападение на его сына. Рой не успел отступить; Джейк ударил его по переносице и, подставив подножку, с силой толкнул в грудь.

– Уолт сказал тебе, что он констебль! – проорал он. – Это значит, вы все должны ему подчиняться, понял? А во-вторых, мы не чужаки!

Рой не ответил. Он прижимал руки к лицу, но кровь из носу просачивалась между пальцами, разрисовывала тыльную сторону ладоней кривыми полосками. Дилан, не дожидаясь, пока очередь дойдет до него, побежал к полю камней. А мистер Пиле, которому выпало наблюдать за мной в тот день и который следил за стычкой от угла нашего дома, громко объявил: