Всё, как ты захочешь (СИ) - Флёри Юлия - Страница 105

— Ну? И где мой богатырь? Иди к папочке, Ванька.

Дима тут же закружил довольного малыша, который считает папу манной небесной и радуется даже его голосу по телефону, не то, что уж папе лично.

— Рассказывай, как ты себя вёл? — Подтёр он слюни довольного сына салфеткой. — Мама тебя не обижала, нет? А ты маму?

Ваня забавно теребил Димины щёки, словно пытаясь вывернуть их наружу и рычал. Дима рычал в ответ, изображая поверженного тигра.

— И кто это у нас такой сильный, кто это у нас такой смелый? А мама нам обед приготовила?

— Оля приготовила. Сейчас накрывает. — Подхватилась я, очередной раз радуясь новой помощнице.

— А мой богатырь уже поел? Галь, он не голодный? — Дима нахмурился на моё возмущённое фырканье. — Что? Мама опять кормила кабачком? А мама пробовала сама его приготовить? Так ведь гораздо вкуснее. — Полностью вошёл он в манеру «говорю с женой-ребёнком одновременно». — Давай-ка мы попросим Олю и она запечёт нам вкусный кабачок.

— Дим, если он не ест специальный, с чего он будет есть домашний. Ну, Дим?..

Я забрала ребёнка, пока папин галстук не искупался в курином бульоне.

— Галь, Оле не трудно, а мы попробуем. Да, Оль?

— Конечно, Дмитрий Алексеевич.

— А я тебе говорила. — Подначивала на ухо бабуля, заставляя меня улыбнуться и приревновать.

— А я тебе говорила, что он у меня самый лучший. Ба!

— Молчу, молчу…

И так всегда, когда приезжает папа, Ванька готов есть хоть кабачок, хоть брокколи, только бы папа остался доволен. Дима естественно посмотрел на меня с превосходством, я же на него, со снисхождением.

— Звонили из детской поликлиники, они опять потеряли наши анализы. — Между делом сообщил он мне, выпивая привычную порцию свежевыжатого сока вместо чашки любимого кофе.

— Дима, Опять?!

— Не смотри на меня так, это же не я их потерял. — Замахал он рукой. — К тому же, давно говорил тебе наблюдаться в нашей клинике. Там есть хорошие педиатры. Не веришь мне — позвони своему Даниэляну, он обязательно кого-нибудь посоветует.

— Я уже спрашивала. У него жена детский врач.

— Тогда вообще не вижу в чём проблема. — Развёл он руками, раздражаясь. — Звони, записывайся. Номер телефона ты знаешь. Дубликаты исследований они присылают в районную поликлинику.

— Проблема в том, что мы платно делаем то, что…

— Что бесплатно делают из рук вон плохо. Это здоровье нашего ребёнка Галя, как можно быть такой безответственной?

— Я хорошая мать!

— Даже в этом не сомневаюсь, но ребёнку будут колоть пальчик четвёртый раз. Как думаешь, Ванька обрадуется?

— Они колют не больно. Там специальные детские скарификаторы.

— Не пререкайся. Лучше иди и звони. — Дима снова подобрался к сыну, который с удовольствием рассматривал подаренные бабулей машинки и кольца для зубов. — Ну, пока, мой богатырь. Папа постарается пораньше. — Подсунул он нос, за что сразу же по этому носу и получил.

— Ещё скажи спасибо, что бабуля не металлические купила. — Поцеловала я ушибленный нос.

— Спасибо вам, Дарья Максимовна за нашу счастливую старость. — Прокричал этот дурачок на весь дом и сбежал, пока я не добавила ему ещё и по лбу.

— Позвонить… Позвонить… — Тут же напомнила себе и уже на следующее утро записалась на приём к врачу Даниэлян.

— Ну… что я могу вам сказать… абсолютно здоровый малыш. Зубки режутся. Ванька, ты показывал маме свои зубки? — Улыбнулась врач, нажимая на подбородок с ямочкой. Как раз в этот момент я подумала, что у моего отца вполне мог быть такой же, с ямочкой, потому что ни Дима, ни его отец, подобного украшения не имели. — Вот, смотрите, две белые точки. Одна больше, а другая меньше. Это и будут ваши белоснежные зубки. — Улыбалась она, не забывая отвлекать Ваньку от процесса осмотра. То там погремушкой звякнет, то в противоположной стороне.

— Это нормально? В том смысле, что одна точка больше?

— Абсолютно. Просто с правой стороны зубик может пробиться раньше. Вы хотели сдать какие-то анализы? Я правильно поняла.

— Да. Самые обычные анализы. Общий крови и мочи. В нашей поликлинике их никак не могут найти. Три раза пересдавали. И, если можно, группу, а-то мы уже такие большие, а группу крови так и не знаем. — Качала я сына на коленях, пока он пытался стащить со стола яркую погремушку.

— Группу? Обычно этот анализ делают ещё в роддоме, вы зайдите в свою поликлинику, уточните.

— Да знаю, но уже уточняла. Толи они просто забыли этот анализ сделать, толи сделали, но не вписали в карту новорождённого. Но его отсутствие это факт.

— Хорошо. Направление я выпишу. Сейчас около девяти, можете сдать кровь из пальца и на группу. Моча?

— У нас с собой. — Улыбнулась я своей прозорливости и довольная результатом отправилась в лабораторию.

— Только на группу и резус из вены. — Предупредила меня лаборант, с опаской поглядывая на малыша, и тут же позвала в подмогу лаборантку из соседнего кабинета.

Моего Ваньку скрутили по рукам и ногам, быстро набрали необходимое количество крови. Только сын, на удивление, и не пикнул, лишь с интересом посматривая на медсестёр, которые не спешили отпускать.

— Вот и всё. Результат либо через два часа, либо уже завтра.

— Спасибо, мы завтра.

Дима уже ждал у дверей.

— Ты опоздал и не увидел, как стойко держался наш боец. — Похвалилась я, старательно поправляя капюшончик осенней ветровки. Сама укуталась в широкий шарф-хомут, Диме, который злостно игнорировал головные уборы, подняла повыше воротник.

— Результат мы завтра заберём, нам не к спеху. — Пояснила, усаживаясь сама. Дима только согласно кивнул.

— Куда сейчас?

— Домой. Я хотела к бабуле, она предлагала погулять в парке, который возле её дома, но мне кажется холодно. Ветер и вот-вот пойдёт дождь.

— Ты сделаешь из него стерильное дитя. Пацану нужны и вредные микробы.

— Хочешь выгнать нас на улицу?

— Хочу, чтобы Ванька подышал. — Спокойно отвечал на мой вызов Дима, перебирая маленькие пальчики, разглядывая, который пострадал.

— Мы можем погулять и во дворе. И ветра у нас нет.

— Это только если гулять под забором, а ребёнку простор нужен.

— Какой простор, он ещё даже не ходит?!

Дима повернулся ко мне и провёл пальцем по щеке, абсолютно дезориентируя. Облизнулся, глядя на губы, но не стал проявлять чувства при водителе, только посмотрел с досадой.

— Роль сварливой жёнушки тебе не идёт. — Замети тихо, улыбаясь только глазами.

— Мы поедем домой. — Всё равно настояла я, на что Дима мог только вздохнуть.

— Отвезу тебя к Дарье Максимовне, погостишь у неё. Дома сейчас… — Он так выразительно замолчал, что у меня закрались недобрые подозрения. — В общем, на прослушку проверяют, у меня появился сливщик информации, хотелось бы быть спокойным. — Пояснил нехотя, на что я нахмурилась.

— Да, Галя. Давно. Уже больше года. — Предупредил мой следующий вопрос, чем тут же заставил поджать губы. — Только тогда объёмы были незначительные, можно было списать на совпадение, случай, удивительную проницаемость. Сейчас договоры сливаются подчистую и мне это не нравится.

— Ты кого-то подозреваешь. — Догадалась я по скорбному выражению Диминого лица.

Муж скосил взгляд в сторону водителя, затем отвернулся и посмотрел в окно, явно мучаясь в выборе, рассказать мне о своих подозрениях или…

— Пока всё на Кислого указывает. — Выдохнул Дима, ударяя кулаком по подлокотнику и сцепил зубы. С заднего сидения были отчётливо видны перекатывающиеся желваки.

— Но ведь ты сомневаешься, правильно? Он столько для тебя сделал… — Припомнила я Димины слова, только он разозлился ещё больше.

— Только это мне и мешает поехать в офис прямо сейчас и оторвать ему башку, Галя! — Прорычал он и закрыл глаза, стараясь сдержать рвущиеся наружу эмоции. — Только это и останавливает. Но если я узнаю…

— Не стоит обвинять человека до того…

— Это называется умным словом презумпция невиновности, Галь. Чётко и ясно! Так что ты едешь к бабуле, не нужно тебе видеть всего этого и Ваньку пугать. К вечеру ребята закончат, Оля с Валентиной всё уберут, тогда и вернётесь.