Всё, как ты захочешь (СИ) - Флёри Юлия - Страница 80

— Дима сложный человек, — начала я, хотя сложности в нём пока не видела, он легко шёл на уступки, помогал стать на ноги, но вот в такой интерпретации всё выглядело иначе, словно я и не знаю его совсем, — но…

А что «но», и не знала. Что я делаю? Хочу оправдать его? Перед кем? Зачем мне это нужно? Зачем это нужно Лизе? Поэтому рот закрыла и на неё уставилась, ожидая ответа, вопроса, чего угодно, только не молчания. Смотрел и верила. Ей верила, и мужу… Лизе, потому что знала её много лет и до сих пор была уверена в подруге, считала едва ли не сестрой. А Дима… ему я просто верила, потому что хотела, потому что любила. И наверно была готова на всё, чтобы он не оставлял меня больше. Этот разговор, он давал больше вопросов и ни одного ответа. Зачем приходила?

— Хочешь уйти? — Поняла она по выражению моего лица и на спинку стула откинулась. — Я пойму. Сложно разочаровываться в людях, которым поверил. А ты ему веришь, уж, не знаю, почему. Да и что ему от тебя нужно, тоже не пойму. — Я попыталась встать, чтобы уйти, а Лиза тон повысила. — Ты не подумай, в тебя можно влюбиться, только зачем создавать такую многоходовую комбинацию… Хотя, просто всё, отрезать тебя от старых друзей, знакомых, навязать побольше новых, чтобы ты потерялась. Временно утратила ориентир. Создать пару сложных ситуаций, потом помочь в их решении. Вот и весь секрет. Сколько мы с тобой романов перечитали, где всё по одной схеме?

— Мне пора.

Я уже вышла из кухни, когда меня догнал Лизкин голос.

— Ты просто помни, что мы у тебя есть. Я, Антон… он волнуется, потому и не отпускает. Поговори с ним, Галь, ему это нужно.

Я молча открыла верхний замок, нижний, Лиза показалась в дверях.

— И… приходи, если муж позволит. Посидим, как раньше, поболтаем… секреты, сама понимаю, не расскажешь, — вздохнула, плечами пожимая, — но хотя бы я поделюсь наболевшим. С Валерой, кстати, рассталась. — Крикнула, в момент, когда я шагнула на площадку.

— Мне жаль, вы были красивой парой. — Ответила я, повернув голову в её сторону, а сама уже спустилась на ступеньку вниз.

Пока шла по лестничным пролётам, в голове не унимался шум. Слишком много всего, слишком противоречиво, чтобы анализировать. История чем-то похожа на политические игры, где никогда не догадаешься, кто прав, а кто виноват. И никто не подскажет, не поможет. А свидетели твердят одно и то же, смотря кто заплатил больше.

— Галина Анатольевна, вы не потерялись?

Я стояла напротив высокого улыбчивого молодого человека. Да, мой водитель… кажется…

— Вы хорошо себя чувствуете? — Улыбнулся он как по заказу, открывая заднюю дверь авто. Лишь на секунду я усомнилась, стоит ли садиться, смотрела на него внимательно. «Нет, парень просто выполняет свою работу, никаких тайн, никаких заговоров» — убеждала себя. В момент, когда садилась, глянула на окно Лизиной квартиры, как делала много раз, уезжая от неё на такси и дёрнулась от неожиданности, потому что она тоже смотрела на меня. Как всегда. Но сердце билось быстро и сильно, а желание уехать поскорее, не покидало.

— Давай домой. — Скомандовала, когда улыбчивый парнишка сел, мелькая коротко стриженным затылком перед моим лицом.

По дороге домой долго думала, только не могла прийти ни к каким выводам. Я просто запуталась и не знаю, в какую сторону пойти, что согласиться потерять… Коня? Голову? Взяла телефон в руки, чтобы набрать номер, но застыла, глядя на тёмный экран, а тот и сам ожил. Бабуля беспокоилась. Непроизвольна улыбка тронула глаза и губы.

— Привет, ба. — Расслабилась я, зная, что ей могу доверять и не думать об этом. Устроилась на сидении удобнее, откинула голову назад, ослабляя тугую резинку на затылке.

— Привет, Галочка. Где ты? Дмитрий Алексеевич волновался, спрашивал, не у меня ли гостишь? — Наставническим тоном проговорила бабуля из чего следовало, что тон Дмитрия Алексеевича её не порадовал.

— Я сейчас к тебе заеду, там и обсудим. Вари кофе.

Посмотрела на парнишку, который, учуяв неладное, за что можно отдать ему должное, и улыбаться перестал.

— Дмитрий Алексеевич звонил, не так ли? — Вкрадчиво уточнила я, парень нахмурился. — И что же он получил в ответ?

— Адрес и ту скудную информацию, которую я узнал от вас. — Слова вызвали во мне не те ассоциации и парень пояснил. — Про подругу Лизу, которую вы давно не видели.

— Спасибо. Только, как вы поняли, сейчас не домой. К моей бабуле, здесь недалеко и если Дмитрий Алексеевич будет звонить… А, кстати, почему вы ему дали отчёт? Да, я понимаю, он наниматель и всё такое…

— В машине установлены датчики слежения на случай угона. — Перебил меня парень строгим голосом, но продолжил только когда я перестала мысленно сопротивляться и закрыла рот, не намереваясь продолжить. — Та что, даже при всём желании…

— Я вас поняла. Можно ещё вопрос?

— Я весь во внимании. — Улыбнулся он, очаровывая ямочками на щеках, но в этот раз я не повелась. Улыбнулась ему: Ха! У меня тоже ямочки!

— А вам давали указания проследить за мной?

— Мне это озвучили как «присмотреть». — Понял он меня с полуслова и все вопросы на данном этапе закончились.

— О том, что я это спросила вы тоже обязаны доложить?

— В принципе да, но могу и не упоминать.

— И на том спасибо. Сворачивайте, а слева во дворе третий подъезд. — Вяло уточнила я, оседая в кресло поглубже. В целом, ситуация нравится мне всё меньше и меньше.

К бабуле доползла ни жива, ни мертва, и сразу же схватилась за чашку с кофе. Тихо отпила, сделав всего несколько глотков, поёжилась от внезапно охватившего холода, а потом, как нахохлившийся воробей, посмотрела на бабулю.

— Ба, вот, ты мне скажи, нормально это, что все вокруг на него наговаривают, и даже больше: их слова очень похожи на правду, подтверждения которой я получаю с каждым днём всё больше и больше, а я продолжаю слепо верить и закрывать уши, глаза, затыкаю свою интуицию, отправляя её далеко и надолго, но зато счастлива в браке. — Без какой-либо интонации пролепетала я и плавно перевела взгляд с тапок на нахмуренные брови.

— Опять?! — Получила вместо воодушевления и опустила глаза в пол.

— Я просто не знаю, что мне делать.

Бабуля присела за стол, но к кофе не притронулась, забрала и мою чашку, чтобы я, как самый настоящий кофеман следовала за ярким ароматом.

— Ничего не делай. — Ответила мне, добившись сознательного взгляда. — Нет ничего надёжнее, чем открытый диалог. Думаю, тебе, как филологу, этот способ хорошо известен.

— А если я боюсь?

— Чего?

— Правды.

— Тогда выпей успокоительного и продолжай закрывать, затыкать и посылать.

— Но я так скоро с ума сойду! — Взвыла я, на стуле развернулась и намерено больно ударилась головой о стену, надеясь, что у меня мозги на место встанут. — Они все против нас. — Надулась и принялась перечислять издевательским тоном: — Дима такой, Дима этакий и пере этакий. Он меня, конечно же, использует, потому что просто так я и даром никому не нужна. А как использует, так, конечно же, выбросит за ненадобностью, да я просто устала от всего этого, ба! — Закончила на одной ноте и на бабулю взглянула умоляюще. Она невозмутимо поправила очки.

— Галя, я тебя не понимаю. — Спокойно ответила на мой пусть тихий, но вполне эмоциональный взрыв. — Я помню как ты выла, но не оттого, что тебя обидели или бросили, а оттого, что он ушёл и перепутать этот вой с каким-либо другим просто невозможно. Я помню твои безумные глаза когда ты рассказывала мне, как он тебя заставляет, а ты, якобы, не хочешь. Я не забыла как ты совсем недавно делилась своими переживаниями о том, что он подумает, глядя на твоё поведение в постели, а теперь скажи мне, с чего вдруг, именно сейчас, тебя заинтересовало чужое мнение? Мнение людей, которые не знают о вашей жизни ни-че-го? Мнение людей, которым поесть не дай, дай языками почесать? Не знаешь, что делать и не можешь говорить — чувствуй. Чувствовать ты можешь.

— А что я чувствую? — Отозвалась устало, даже глаза закрылись, а по телу прокатилась вязкая сладкая дремота.