Всё, как ты захочешь (СИ) - Флёри Юлия - Страница 97

— Где гуляем?

— Дома. Кажется, до него дошло, что всё не так гладко, я бы назвал это как «прячется». Она зажигает в клубе, накачалась. Мои люди сейчас присматривают за этим.

— Кто?

— Влад и Сергей.

— К ним. — Уверенно кивнул Шах, уже не сдерживая рвущегося наружу удовлетворения.

Возле клуба они простояли не больше часа, когда, шатаясь, в дверях показалась знакомая девушка. Шах только обернулся, обращаясь к ребятам, сидящим сзади.

— Поговорите так, чтобы поняла. — Кивнул в сторону Лизы.

— Пользовать? — Отозвался один из бритоголовых.

— Ага… пока не надоест. Она у нас горячая штучка… с фантазией. Вот и найдите этой фантазии достойное применение. — Мягко говорил, улыбаясь. — Вперёд.

Постояв ещё немного, можно было увидеть, как девушку толкают в машину и увозят, но Шах ждать не стал. К Кречетову повернулся, разрешая трогать с места. Въехали в знакомый посёлок, вдвоём из машины вышли. У высокого забора Шах нажал на кнопку домофона.

— Боря, открывай, разговор есть. — Проговорил в микрофон, когда голос старого знакомого услышал.

Борис встретил его на веранде.

— Другого времени для разговоров своих не нашёл? — Сплюнул в сторону, Шах смотрел на него, не отводя глаз.

— Так не с тобой разговоры разговаривать приехал. Сына видеть хочу. Кликни, а?

— Рехнулся? — Отступил Борис, явно соображая, что происходит, видел, каким сын вернулся, потому и поджал губы.

— Да ладно, Борь. Мужики решают мужские вопросы. Что такого?

— Какие ещё вопросы, Дим? Вы одну похлёбку не хлебали. Давай ты проспишься и утром приедешь.

— Нет, Борь, — засмеялся Шах, руку ему на затылок пристраивая, — тут, понимаешь, дело какое… жену твой недоносок мою обидел. Сильно. А слабых девушек обижать не культурно. Не считаешь?

Пальцы на затылке Бориса застыли в стальной хватке, тот глаза вытаращил, но не отступил.

— Какое обидел, Шах? Ребёнок бестолковый. Я тебя к нему не пускаю. Понял? И если ты сейчас порог этого дома переступишь… это конец будет. Понял ты, нет? Конец. — Говорил он внушительно, зная свой вес в сфере бизнеса и зная цену своей поддержке, которой никто лишиться не хочет.

— Просто отойди. — Ухмыльнулся Шах, сам Бориса в сторону отталкивая и, оглянувшись, вошёл в дом.

Антона он нашёл лежащим на кровати. Тот смотрел порнуху, не забывая обслуживать себя. Кончал он, уже понимая, что в комнате не один.

— Я тоже рад тебя видеть. — Пробормотал Шах прежде, чем нанести первый удар. А дальше перед глазами только пелена.

Кровавое месиво прекратил Кречетов, силой оттаскивая Шаха от отключившегося парня.

— Я тебя уничтожу. — Услышал он вслед, уходя из дома, знал только одно: всё сделал правильно.

Во рту было сухо, горло першило. Глаза полностью отказывались подчиняться. Я чувствовала себя как после хорошей пьянки и сквозь мучающее похмелье пыталась попросить пить. Сейчас обычная вода казалась райским нектаром, и только осушив предложенный стакан, я пришла в себя. Ну, как пришла… подтянула тяжёлые руки и фактически силой разлепила веки, перед собой видела веселящийся взгляд малахитовых глаз.

— Кто-то вчера явно перебрал. — Прошептал Дима, зная наверняка, что произнеси это он чуть громче, моя голова раскололась бы на де части. Сквозь боль, я улыбнулась.

— Боже, что это было… — Простонала, только язык не ворочался и вполне возможно, что до мужа это дошло в искажённом варианте. Но он улыбался, я знала это, даже учитывая, что мои глаза закрылись обратно.

— В какой забегаловке ты ела, Галь, отравление жуткое. Что мне с тобой делать?

— Это был малюсенький кусочек тортика… — Пробормотала я, чувствуя, что язык начал оживать и теперь шевелится увереннее.

— Кусочек тортика. — Проворчал он, губами коснувшись моего виска. — Напугала меня. Больше из дома ни ногой.

— Фу, ты курил! — Не знаю, жаловаться я пыталась или возмутиться, но, не смотря на возглас, даже не предприняла попытку оттолкнуть. Я улыбалась.

— Я перенервничал и еле пережил этот кошмар. — Шутливо вздохнул он, стараясь на меня не дышать.

— А я есть хочу.

— Тортик? — Хмыкнул Дима, я обиделась.

— Что угодно, только не фасолевый суп. — Надула нижнюю губу, Дима тут же щёлкнул по ней, поддевая.

— Ну-у, всё. Можно говорить врачу, что ты пришла в себя. Если уж мой суп вспомнила, то здорова. — Пригладил мои волосы. Очень аккуратно. И лишь почувствовав шпильки в причёске, я действительно испытала острую необходимость видеть его глаза.

— Дим, я испортила презентацию. — Подхватилась на постели и огляделась по сторонам.

— Да ну, серьёзно? — Нахмурился муж и смотрел на меня с еле сдерживаемым смехом.

— Я в больнице?

— Да что ты… Просто забыла, как выглядит наша спальня.

— Ты издеваешься надо мной?

Я положила руки поверх одеяла и только тогда кивнула уверенно.

— Ты издеваешься надо мной.

Он сдвинул брови, точно как американские актёры, когда нужно изобразить нежность и прикоснулся большим пальцем к моей щеке.

— Маленькая и глупая. — Вздохнул, поглаживая. — О чём ты только думаешь?.. Как чувствуешь себя?

— Сушит. А так неплохо. — Прислушавшись к себе, уверенно ответила я, потом, на всякий случай прислушалась ещё и тогда уже кивнула.

— Ничего не болит?

— Не-ет. Дим, а ты точно мне всё рассказал? Ничего не случилось? Ты старушку на улице не сбил, пока ко мне мчался? Слу-ушай, надо ещё Лизке позвонить спасибо сказать, хорошо, что она рядом была, правда? — Оживилась я, взглядом телефон отыскивая. Наверно окончательно в себя пришла, потому что и ноги подобрала, усаживаясь по-турецки на кровати, Дима только чаще поглаживать мои руки принялся.

— Я уже отблагодарил. — Нехотя признался, лукаво поглядывая на меня снизу вверх.

— Да ну? Ты? Старый солдат, который не знает слов любви? — Я посмотрела на возмущённое нахмуренное лицо и окончательно подняла себе настроение, взъерошив успевшие отрасти волосы. Дима только недовольно фыркал, устраивая голову на моих коленях. — Как хорошо, что я у тебя есть, да? Иначе совсем бы старичок со скуки загнулся.

— Да, уж, теперь мне это точно не грозит. — Не понятно к чему проворчал он и прислушивался к биению сердца.

— Честно говоря, я подумала, что беременна.

Дима вздохнул.

— А что? Признаки те же. Тошнота, головокружение, потеря сознания вследствие резкого падения давления. Дим, давай к врачу сходим.

— Кто о чём, а вшивый о бане. — Бубнил муж, плотнее утыкаясь лицом в мой живот. — Нет там ещё ничего, носом чую. — И несколько раз издал соответствующие звуки, блуждая носом по животу, вызывая смех и желание сбежать.

— Дурак, я же серьёзно. — Оттащила я его за уши от себя. Поморщила нос, скорчила рожицу и всё равно поцеловала, потому что люблю.

Глава 16

Спокойно мы жили не долго. Около месяца. Пару раз за этот срок я успела побывать с Женей в недолгих командировках, и как раз из одной такой поездки и привезла сильнейшее пищевое отравление. Кажется, из меня выходило даже то, чего и в помине не было, по крайней мере, было именно такое чувство. Диму с работы отзывать не стала, знала, что у них какие-то неприятности и все силы мобилизованы для достижения цели, пыталась справляться сама. Честно пыталась. Пока не проснулась очередной раз в холодном поту, а он рядом.

— Нет, ну, я, конечно, догадывался, что по тебе ясельная группа плачет, но не до такой же степени. — Сказал он тогда, проверил температуру, приложив ладонь к моему лбу.

— Нету. — Призналась я, хотя мне всегда было сложно признаваться, что я в болезни дошла до измерения температуры.

На самом деле болела редко, оттого и не привыкла хвататься за подручные средства. Да у нас с бабулей из таблеток только цитрамон дома, и тот завалялся! Вот я и пыталась скрыть краску на лице после шокирующего признания.

— А что есть?

Я вздохнула, припоминая всё, что было за день.