Реквием опадающих листьев - Молчанова Ирина Алексеевна - Страница 66

— Я хотела быть дружелюбной, — обиделась девушка. — Вас все ненавидят! Ценили бы, что хоть кому-то вы симпатичны!

Лайонел обернулся и, глянув на Наркисса, засмеялся.

— Уродливый мешок, ты нравишься самой милой девочке на свете, это дорогого стоит.

Старейшина перестал отнимать у Кати свою руку и предостерег:

— Я бы на вашем месте так не радовался.

И он замолк.

От плохого предчувствия у девушки легонько сжалось сердце.

Они находились в круглом зале для собраний. Создатель стоял перед трибуной. Его жены, дети и старейшины заняли один ряд.

Во втором ряду сидели брат с Бесс, Анжелика с Даймондом и Катя, Фарнезе примостился рядом с ней. Сам Лайонел остался стоять в проходе.

Все ждали, когда Цимаон Ницхи заговорит, но тот как будто специально тянул. Он разглядывал Бесс. Та вела себя как ни в чем не бывало: крутила головой, с любопытством поглядывая на Пожирателя, оставленного у выхода. А Вильям, наивно полагая, что та напугана, нежно сжимал ее руку.

От этого жеста Лайонел почувствовал былое раздражение и, устав от всеобщего молчания, отрывисто спросил:

— Зачем здесь Фарнезе?

Создатель посмотрел на Анжелику и Даймонда, отметив:

— Какая трогательная забота о бывшей любовнице, мой мальчик.

Лайонел хотел приказать им уйти, уверенный, что Цимаон Ницхи не хочет говорить при них, но тот властно взмахнул рукой:

— Пусть остаются. Нам нужен тот, кто разнесет счастливую весть по свету.

Молодой человек медленно проговорил:

— Как остановить того, кого остановить невозможно? Что нужно спрятать, чтобы тот, кто ищет, даже найдя, продолжал искать? — Лайонел опустил глаза. — Я не знаю ответа.

— Конечно, не знаешь, — покачал головой Создатель. Его морщинистое лицо разгладилось от удовольствия. — Ответа нет.

— Как это нет?

— Очень просто. Я ничего не прятал от тебя. Ведь это бесполезно. Я прислал в твой город давнего соперника, внушив ему сильнейшее чувство к твоей девушке.

— Но какая тут связь? — разозлился Лайонел. — Что тебе это дало?

— Связи нет. А дало многое. — Цимаон Ницхи указал на Вильяма с Бесс. — Тебя невозможно остановить, но тебя можно отвлечь. Я знал, что до тех пор, пока существует угроза для твоих отношений с нашей милой Катей, ты не будешь мешать брату. Станешь решать головоломку, на которую нет ответа, и у Вильяма с этой девочкой появится шанс.

Лайонел пораженно взглянул на Бесс и покачал головой:

— Она не та, кто вам нужен, вы ошиблись. Девчонка связана с дьяволом!

— Так и есть.

— Но ни бес, ни ангел не могут вселиться в Отмеченных — те под управлением! А падшим ангелам нужна полная свобода!

Создатель погладил трибуну.

Дьявол рядом с ней по другой причине, мой мальчик. Уже как много столетий он хочет вернуть своего лучшего беса. Готов простить ему предательство, если тот отречется от любви к ангелу, который пал, но так и не пожелал присоединиться к темной армии. И увел из ее рядов того, кого считали возлюбленным Люцифера. Множество ангелов он сорвал с неба для своего повелителя, совратил и обрек на служение. И был так хорош собой, что сам дьявол не мог им налюбоваться. Но с тех пор как его фаворит не вернулся с новой победой и сам был побежден чувствами к ангелу, грустит Люцифер. Не раз и не два он был замечен в прошлые века возле своего беса.

— Вы ошиблись, — упрямо повторил молодой человек.

— Нет, Лайонел, теперь, нет, — мягко улыбнулся Создатель.

— Не аргумент. Дьявол являлся и к Кате. Как это объяснить?

Цимаон Ницхи вздохнул.

— Она не бес. Мы не можем знать наверняка о планах дьявола, но его цель развести беса с ангелом. Его выбор пал на Катю, возможно, как на девушку, которая могла бы поколебать чувства Вильяма к Лизе.

— В обеих девушках в разное время вы увидели беса, обе как-то связаны с дьяволом. Так что же заставляет выбрать?

— Сияние от небесного моста простерлось над миром, — известил Создатель. — Совершенно очевидно, то не влияние чувств Кати и Вильяма. Эта девочка любит тебя. А сердцем ангела завладела другая. И теперь уже совсем скоро…

Лайонел испытал гордость от слов, что Катя любит его. Затем, повинуясь интуиции, повернул голову. Брат пристально смотрел на него. Внутри от его взгляда как будто что-то дрогнуло.

Лайонел чувствовал себя глубоко уязвленным. Цимаон Ницхи увидел в нем угрозу не просто союзу ангела и беса, а именно союзу Вильяма с любой девушкой. И был близок к истине. Лиза являлась третьей любимой девушкой брата, если не считать его мимолетных встреч.

Молодой человек всматривался в изумрудные глаза, пытаясь понять, что же ему не нравится в Бесс. Она была красивой, смелой, умной, незамороченной на условностях, достаточно распущенной, чтобы удовлетворить самые притязательные мужские вкусы.

— Ну не мечта ли? Что же в ней было не так? Что выводило его из себя от одного взгляда на нее?

При мысли, что он просто, как то вышло с Катей, хочет эту девушку себе, его охватывал ужас.

— Мы умрем? — тихо вымолвила Катя.

Лайонел вздрогнул от звука ее голоса, а воображение, услужливо нарисовавшее обнаженную Бесс в объятиях Вильяма, стерло картинку. Но молодой человек с поразительной ясностью успел понять, что та его возбудила.

Создатель блаженно закрыл глаза.

— Нет, нет, славная девочка, мы обретем свободу.

— Мы все умрем, — убито констатировала девушка.

— Э-э, — подняла руку Бесс.

— Говори, дитя, — позволил Цимаон Ницхи. Все посмотрели на нее.

— Мне надо сикнуть, можно выйти?

Тот указал глазами на дверь. Бесс окинула его подозрительным взглядом синих глаз и поинтересовалась:

— А можно узнать, вы и чучело из охотничьего магазина — это одна… м-морда?

Цимаон Ницхи расхохотался, а отсмеявшись, ответил:

— Боюсь разочаровать, но нет.

Когда девушка покинула зал, Создатель, очень довольный собой, заявил:

— Дадим ей немного времени.

Вильям поднялся, и, извинившись, последовал за Бесс.

Все вокруг было таким белым, что сливалось в одно сплошное пятно. Девушка неслась по мраморным коридорам, пока не наткнулась на Вильяма.

Его извиняющаяся улыбка стала последней каплей.

— Что за ахинею нес старик?

— Он не старик. Это наш Создатель, сын ангела и беса. Я рассказывал тебе.

Молодой человек попытался ее обнять, но она не позволила.

— Мы так не договаривались!

— Прости, я…

Она яростно махнула на него.

— Ничего не говори! Ты знал, знал, как я дорожу своими земным существованием!

Вильям кивнул.

— Но не я распорядился так, чтобы сюда явились старейшины.

Она вытянула перед собой руку, чтобы он не приближался.

— «Мертвым быть ничуть не страшно, умирать куда страшней». Я к этому не готова, черт возьми! О чем вы там болтали?

— Это трудно объяснить.

— И не нужно, — тряхнула головой девушка. — Я не хочу ничего знать! — Она медленно втянула в себя воздух. — Где выход отсюда?

Молодой человек указал на коридор позади себя.

— Налево и вниз. Позволь мне…

— Нет, — оборвала она. — Оставь меня.

Девушка вышла из дворца. От укуса Лайонела болела шея. В мраморном саду, освещенном сотнями разноцветных огоньков, среди белоснежных, точно живых, скульптур все еще находились гости. Они как будто так и не сходили со своих мест с тех пор, как явился старик со своей свитой.

Бесс беспрепятственно пересекла сад и поднялась по длинной-длинной лестнице, ведущей из-под земли на поверхность к замаскированному выходу.

Вскоре она распахнула дверь деревянного сарая, стоящего посреди леса, и ступила на узкую асфальтированную дорожку, укрытою листьями.

Высоко в черном звездном небе висел серебристый месяц, кричали ночные птицы. Сейчас было часов одиннадцать, не больше.

Девушка нашла в темноте оставленный возле дерева мотоцикл. Завела и покатила по лесному коридору. В ушах свистел ветер, она быстро замерзла в своем легком платье, но не остановилась, чтобы достать из багажника шлем. Напротив, прибавляла скорость, желая поскорее оказаться дома — подальше от вампиров с их нелепыми легендами.