Ник. Астральщик. Том 2 - Ясинский Анджей - Страница 58

Я буквально наводнил город своими наблюдателями на основе инфокомпов и конструктами. Последние я использовал как для того, чтобы развивать навык, так и для того, чтобы посмотреть, будет ли реакция, говорящая о том, что тут есть кто-то из чародеев. Кроме того, Энико Корхи в его доме не было, пришлось искать.

Этот город разительно отличался от предыдущих. И от Шурмаса, и от города, где проживала семья Ламии. Ремопилы чем-то напоминали Древнюю Грецию, только, естественно, не разрушенную, а вполне, хм… «современную» и красивую. Большие пространства, много мрамора, много колонн. Сверху так вообще все выглядело как солнце с расходящимися лучами-улицами, которые меж собой тоже соединялись улочками. Правда, после второго взгляда это уже начинало выглядеть как паутина, но первое впечатление все же сильнее – солнце.

Температура воздуха была где-то под тридцать градусов. Немного выше, чем в других местах континента. Судя по всему, зимний период не намного холоднее. Какая-то температурная аномалия. А соответственно многие ходили в чем-то вроде туник. Очень интересное совпадение архитектурных особенностей городов этой страны и обычной одежды с нашей древней историей. Язык отличался от других на континенте, но общие корни прослеживались. Почти все знали базовый для континента язык. Торговля тут – основное занятие. А некоторые социальные, поведенческие и государственные особенности напоминали нашу древность: что-то от Римской империи, что-то от греческой цивилизации, возможно, что-то еще. Например, стража и военные люди имели шлемы с характерным римским плюмажем, только почему-то синего цвета, а также короткие мечи типа гладиусов. Кажется, даже военные приемы частично совпадали. Пролетая над какой-то местностью, я увидел то ли учения, то ли драчку: две похожие «черепахи» пытались забороть друг друга. У одних были красные плюмажи, у других – синие. Отличные мишени для магического удара, но, видимо, тут маги и чародеи все же редкость, чтобы не беспокоиться об этом.

Насмотревшись свысока на Ремопилы, я решил, что, пока суд да дело, можно прогуляться, а если до вечера мои ищейки не найдут Энико Корху, действовать, как ранее договаривались, – послать к нему домой курьера с сообщением. Но все равно придется ждать его прихода, так что разницы большой нет, что самому искать, что ждать.

Моралес с Какабисом тоже засобирались вниз.

– Очень хорошо получилось с Ремопилами, – говорил торговец, собирая свои вещи. – У меня тут находится один из филиалов торгового дела, которым управляет дальний родственник. Зайду проверю, как идут дела, а то, может быть, считают, что раз они находятся в самой большой стране, то самые умные? – Энхилье нахмурился и вспомнил что-то. – Были кое-какие намеки, что меня тут обкрадывают, надо разобраться. Вот только не знаю, как быть с нашим делом? Мне ведь еще через организацию вроде как премия положена за твое нахождение…

Я махнул рукой:

– Не беспокойся. Если что, я свяжусь с тобой через болталку, да и ты не стесняйся звонить мне и просто так, и если проблемы будут. А насчет премии ты прав. Всякое может случиться. Давай сделаем так. Я сам тебя одарю. Если все сложится плохо, ты все равно останешься в наваре, а если все пройдет пучком, вложишься куда-нибудь, хоть в развитие своего дела, а мне там процентов сорок кинешь от этих будущих доходов.

– В принципе я не против, но это сколько же ты собираешься мне дать, чтобы хватило на развитие? А то ведь планы-то у меня большие, да все действительно не хватало финансов под них.

– Ну вот. Смотри. – Я обратил внимание торговца на приближающийся жужжащий звук. Это моя транспортная «стрекоза» принесла один из сундуков.

Глаза торговца при виде древнего сундука загорелись огнем. Я откинул крышку. Это оказался сундук с деньгами, но не с золотыми, а, условно говоря, с железными. Или, если угодно, с каким-то сплавом, ближе к стали с добавками. Я проверил, кстати, металл очень походил на тот, что использовался древними гномами на первом континенте для накопления маны. Несмотря на это, меня монеты не очень заинтересовали в этом плане. Для инфомагии они не отличались особо от любого другого металла, а обычной магией я почти не пользуюсь. Однако на Моралеса эта куча железа произвела неизгладимое впечатление. Он схватился за сердце, больше театрально, чем по делу, хотя, если судить по энергетике, оно застучало быстрее, а давление подскочило. А ментально меня чуть не сшиб с ног сплав чувств восхищения (все же торговец), ожидания и даже благоговения. И что он в этом железе такого увидел? Так вот, схватился Моралес за сердце, вздохнул и сказал:

– Буду честен, Ник. Если это то, о чем я думаю, то в гробу я видел и организацию, и всех остальных!

– Что, так много?

– Ты просто не знаешь цену этому металлу! Если это он, конечно. А судя по тому, что изображено на монетках, не чем иным, как адамасом, он не может быть.

– Адамас?

Энхилье кивнул и запустил руки в сундук. Набрал горсти, пропустил сквозь пальцы.

– Древний металл мейхов. Даже еще древней – архейский. Использовался во взаиморасчетах только между ними, так как обладал огромными способностями к накоплению маны при практическом отсутствии ее потерь.

Я кивнул. Действительно, есть такое дело. Но разницы особой в практическом смысле я не видел между этим металлом и каким-нибудь алмазом. В алмазе обычное плетение по естественным причинам из-за утечек энергии развеется лет через пятьдесят – сто. В простом металле – меньше чем через год. В кости неплохо держится, кстати, – с десяток лет так точно. Для мага это несущественно – он в любой момент может возместить затраты. Ну да, вот для чистого накопителя это имеет значение, особенно если хранить огромные энергетические запасы. Много энергии требуется для больших дел, и каждая капля может иметь решающее значение… Но все же… Кстати, надо проверить оружие из этого металла, которое шло в нагрузку с деньгами. Я-то не особо внимательно смотрел на монеты. Может, конечно, несмотря на свои свойства, за столько времени плетения там все равно развеялись, а может, и нет. На активацию, скажем, энергии уже не хватает, а управляющие контуры могли и остаться. Но это ладно, потом гляну.

– И сколько тут?

– Ну… Я не знаю, какие сейчас расценки, но вряд ли они с годами меняются. Поэтому смело могу предположить, что если умножить цену золота такого же веса на сто, то приблизительно и получим реальную на сегодня стоимость этого адамаса. Правда, чтобы с такой выгодой продать, надо искать заинтересованного покупателя, который разбирается в этом. Например, в Кордосе точно с руками оторвут. Но там опасно – могут руки оторвать в прямом смысле. Еще в Оробосе можно попробовать, но надо консультироваться с чародеями, подходит ли металл для создания чародейских ловушек для конструктов. Кстати… – Торговец повернулся к апатичному Какабису и кинул тому монетку. – Ну-ка, глянь, пойдет?

Чародей на лету поймал монетку, покрутил ее в руках, и я заметил, что она на краткий миг засветилась, а потом как бы впитала в себя светящееся поле, которым Какабис обернул ее. Зажав металл в кулаке, чародей закрыл глаза и к чему-то прислушался. Скорее всего считывал информацию с монетки да проверял, как поживает его проклятие внутри монеты. Наконец открыл глаза, спрятал монетку себе в карман и кивнул:

– Годится.

Я хмыкнул, а Моралес осуждающе покачал головой и повернулся ко мне:

– Может быть, получится толкнуть часть металла организации. Насколько я в курсе, она приторговывает древними амулетами, и там вполне могут знать этот металл и дать за него хорошую цену. А сундук надо в банк положить, и не как деньги, а чисто на депозит, для хранения и удобства. Банк, то есть его служащих и защищенное здание, еще можно за небольшую сумму использовать как посредника при совершении сделок.

– Не обманут?

Торговец удивленно посмотрел на меня.

– С чего бы? Там только попробуй хоть раз обмани – враз потеряешь клиентов!

Я вздохнул и ничего не сказал. Глупость и жажда наживы не знают границ, так что даже вполне респектабельный гражданин может не устоять перед соблазном и сорваться.