Кавказец - Калбазов Константин Георгиевич - Страница 27

– Арина, ни за что не догадаешься, кто только что вошел в залу. – Ольгу буквально распирало от переполнявших ее чувств.

– И даже гадать не буду. Судя по твоему заговорщицкому виду, это и впрямь невозможно.

– Лермонтов! – выпалила девушка.

– Кто-о?! – Арина так потешно выпучила удивленные глаза, что Сергей, тот который Темляков, настолько умилился, что позабыл обидеться на подобную реакцию.

– Михаил Юрьевич собственной персоной, – подтвердила Ольга.

– Где он? – мигом взяла быка за рога Арина.

– Вон, видишь, у второй слева колонны?

– Вижу. Боже. Именно таким я его себе и представляла.

Хм, а Шейранов вообще-то нет. Среднего роста, довольно невыразительная внешность, телосложение… Впрочем, никто из художников не изображал его с косой саженью в плечах. И вообще как-то раз в одном документальном фильме Сергей Федорович узнал, будто Пушкин высказывался о художнике, нарисовавшем его знаменитый портрет, что тот его сильно приукрасил. Очень может быть, что и с Михаилом Юрьевичем та же самая история.

В их бы время гиперреалистов, вот тогда бы и получались портреты с точной внешностью вплоть до мельчайших морщин. Хотя-а. Эти ребята в то время не могли появиться по определению. А самое интересное в том, что в двадцать первом веке их не считают за художников, а их работы – искусством. Кандинский и иже с ним – это высокое искусство, а вот гиперреалисты – так, погулять вышли. Впрочем, сейчас эти соображения лишены смысла.

Несмотря на то что между одними и теми же личностями в разных слоях нет никакой родственной связи на генетическом уровне, отпечатки пальцев и сетчатка глаз сугубо индивидуальны, внешне они похожи даже не как близнецы, а как зеркальное отражение друг друга. Так что историки обладают не только четкими фотографиями в различных ракурсах, но и огромным видеоархивом.

Шейранов не смог удержаться и проявил интерес как к судьбе, так и к творчеству Лермонтова. Вообще нельзя сказать, что он был любителем поэзии. Конечно, мог в охотку послушать хорошего чтеца или совсем уж изредка прочесть стихотворение. Художественная проза была ему ближе. Хм. И не классика. Классики ему хватало и в реальной жизни.

Врач, он ведь не только лечит и спасает людей. Он еще и играет на подмостках театра под названием «жизнь», и нередко его роли далеко не проходные. Ему доводилось порой быть свидетелем таких страстей, что Шекспир нервно курит в сторонке. Так что, насмотрелся он разного, и учили его не писатели, в жизни зачастую являвшиеся далеко не образчиками для подражания. И вот теперь у Сергея Федоровича появилась возможность лишний раз в этом убедиться…

Как выяснилось, несмотря на общую схожесть, в этой реальности хватало отличий в частностях. К примеру, Пушкин оказался самым настоящим бретером и участвовал в четырех дуэлях, две из которых завершились смертельным исходом. В роли убийцы оказался сам великий поэт, вторым и последним из павших от его руки был не кто иной, как поручик Дантес. Вот такие выверты различных слоев реальности.

За последнюю дуэль в 1837 году Пушкин был сослан на Кавказ и, будучи командирован с инспекцией на первую линию, погиб во время налета горцев. Свет тут же поспешил заклеймить его начальника как настоящего убийцу, потому что именно он отправил их всеобщего кумира в ту роковую поездку.

Молодой и тогда еще неизвестный Лермонтов отреагировал на это событие своим стихотворением «На смерть поэта», принесшим ему практически мгновенную славу. Правда, содержание стихотворения несколько отличается от того, которое имело место в слое Шейранова и в тех слоях, где Пушкин пал от пули Дантеса. Но смысл остался прежним. Молодой Лермонтов обвинял в смерти Пушкина свет и чуть ли не самого императора. За что, разумеется, был сослан на Кавказ.

Это была его вторая ссылка, которую он проводил более весело, чем первую. Он участвовал в боях, причем проявил доблесть и был представлен к награде. На основании этого он решил, что ему простится его проступок – дуэль, в которой он участвовал в столице, и самовольно отправился в Петербург. Неверное решение. За подобное самовольство его имя из наградного листа вычеркнул сам император и подтвердил продление ссылки, повелев возвращаться в первую линию.

Однако по дороге поэт почувствовал себя плохо или решил, что приболел, и повернул в сторону Пятигорска, дабы поправить здоровье. Сделать это при наличии нечистых на руку чиновников не составляло труда. А где вы видели чиновников, которые бы не брали? Разве только те, которым не предлагают или предлагают слишком мало. Лермонтов был из состоятельной семьи и получал от бабушки ежегодное содержание в десять тысяч рублей ассигнациями. Так что средства для того, чтобы решить вопрос с выправкой документов на лечение, у него имелись. Необходимого же человека нашел его друг Столыпин, которого поэт называл Монго.

В Пятигорске Михаил Юрьевич вел довольно бурный образ жизни. Утро и день, как положено, он посвящал лечебным процедурам, ибо здоровье его и впрямь не отличалось крепостью. Однако после оных он развлекался так, как только мог молодой двадцатишестилетний человек, не обремененный семейными узами.

Так уж случилось, что Сергей оказывался в его обществе с завидным постоянством. Арина Ивановна не смогла удержаться от того, чтобы завести с поэтом близкое знакомство. И на что только ни пойдет молодая девушка ради того, чтобы приблизиться к своему кумиру. Все ее усилия были бы тщетны, будь рядом ее батюшка. Но его поблизости не было, а потому запретить ей никто не мог. А Темлякова просили присматривать за девушкой, но не ограничивать ее свободу.

Их шумная компания выезжала кавалькадой кататься по окрестностям города, устраивала пикники, ездила к Провалу, чтобы пощекотать себе нервы, опускаясь в корзине в каменный зев с вонючим озерцом на дне. Не сказать, что Сергею это доставляло удовольствие, и в первую очередь оттого, что его посетило разочарование относительно одного из великих русских поэтов.

С каждым днем этот молодой и заносчивый человек нравился ему все меньше и меньше. Да что там, даже у Шейранова появилось к нему стойкое предубеждение. Поэт оказался колким и острым на язык и нередко преступал грань приличий. Он словно изливал на всех окружающих скопившуюся у него желчь.

Сергей Федорович предполагал, что виной всему его разочарование. Ведь мало того что он был лишен заслуженной награды, так еще и его ссылка была продлена. Хм. Странный молодой человек. А чего он, собственно говоря, ожидал за свое самовольство? Он вообще служит в армии или где?

– Господа, вы только посмотрите на нашего друга Темлякова. Бо-оже, дорогой, да вы не иначе как на войну собрались. Вас так пугают окрестности Пятигорска? – с издевкой встретил Темлякова Лермонтов.

Нда, Сергей сейчас, как говорится, производил впечатление. Поверх мундира – портупея о двух вертикальных ремнях, которая пока еще не вошла в употребление, но отказываться от ее удобства он и не думал. И потом, нечто подобное уже давно используется охотниками. Правда, зачастую это просто ремень, перекинутый через шею и спускающийся к поясному ремню по сторонам груди. Это позволяет носить на нем различное снаряжение, не опасаясь его сползания. Шейранов лишь добавил подопечному ремень на спине.

Снаряжения у Сергея было предостаточно, а потому и ремень было чему оттягивать. Справа и спереди – два подсумка с тридцатью патронами и полусотней капсюлей. На правом боку, а точнее, на бедре кобура с пистолетом на ковбойский манер, даже подвязка к бедру присутствует, чтобы оружие не болталось. Есть и предохранительная петля, цепляющаяся прорезью за один из курков.

Слева – кобура с другим пистолетом, расположенная наискось, так чтобы можно было выхватить оружие правой рукой. Конечно, кавалерийские пистолеты выглядят несколько громоздко и даже где-то комично, но расположены удобно и движений не стесняют. Далее подсумок с толстыми войлочными пыжами. Для скорой стрельбы в них необходимости нет, но когда оружие находится стволами вниз, да еще его регулярно трясет, то незафиксированный патрон очень даже может вывалиться. Пыж исключает такую возможность. И наконец, далее всего расположен средних размеров кинжал. Что совсем уж никак не отвечает местным канонам, предписывающим носить клинок на животе, но Сергей предпочитал делать по-своему.