Роди мне ребёнка (ЛП) - Рэйгэн Тереза - Страница 25

— Как думаешь, ты сможешь понянчиться в этот вечер? — спросила Джилл.

— Он мой сын. Конечно, я могу присмотреть за своим сыном. Во сколько?

— Как насчёт четырёх?

По какой—то нелепой причине он чувствовал себя лучше, зная, что это будет рано, а не поздно.

— Это даст мне время принять душ и подготовиться. Нэйт ведёт меня в "Краш", новый ресторан на улице Жасмин. Я хотела туда ходить с тех пор, как они открылись полгода назад.

Они остановились, чтобы подождать Лору, которую немного потеряли. Она смотрела на кошельки ручной работы и торговалась с продавцом.

— Я думал, вы идёте на ранний сеанс.

— Я этого не говорила. Я сказала, что мы идём в кино, куда и идём, после ужина.

— Как долго вы планируете гулять?

— А что? У меня комендантский час?

— Нет, конечно, просто я думал, что ты сказала, что у вас с Сэнди много работы над журналом.

— Благодаря тебе, мы всё нагнали. Сэнди помогла мне написать мою колонку, а Челси вчера вечером привезла фотографии. Ты знаешь, фотографии, которые она сделала в тот день в парке. У нас много отличных фотографий для выбора. По словам Сэнди, чили получил восторженные отзывы, так что это тоже шаг, — улыбнулась Джилл. — Я начинаю снова чувствовать себя прежней, — она закружилась, подняв руки в воздух и подставив лицо солнцу. — Какой прекрасный день.

Да... прекрасный день.

— Вау, посмотри на это. — Джилл пошла поперёк улицы к одной из выставочных кабинок.

Деррек наблюдал за тем, как она охает и ахает над самыми уродливыми бронзовыми статуэтками, которые он только видел. Она принесла одну из статуэток ему и подняла её, чтобы продемонстрировать ему детали.

— Вот это я называю произведением искусства.

В его голове зазвенели слова его матери: "если ты не можешь сказать ничего приятного, лучше не говорить вообще ничего".

— В чём дело?

— Ни в чём, а что?

— Не знаю, — сказала Джилл. — С тех пор, как мы встретились с доктором Лернером, ты ведёшь себя как большая, мрачная дождевая туча в солнечный день.

— Может быть, это потому, что мне интересно, почему в одну минуту ты целовала меня, а в другую пускала слюни на хорошего доктора.

— Я не пускала слюни. Кроме того, ты ясно дал понять, что наш поцелуй был отличной, но большой глупой ошибкой. Так почему тебя волнуют мои отношения с доктором Лернером?

— Я не знаю, — сказал он. — Забудь о том, что я что—то говорил.

— Ты ревнуешь?

С его губ сорвался нервный смешок.

— Конечно, нет. Просто я не думаю, что доктор Лернер тебе подходит.

Это заставило её улыбнуться.

— Что?

— Доктор Лернер был на одном из пакетов "Эберкромби и Фитч".

— Где?

Её глаза сияли, пока она говорила:

— Все горячие парни попадают на пакеты "Э и Ф".

— Какое отношение это имеет к тому, что он тебе не подходит?

Она подала плечами.

— Просто подумала, что об этом следует упомянуть.

— Так ты считаешь его горячим?

Она фыркнула.

— Ага.

— Поэтому он тебе нравится? Потому что он горячий?

— Никогда не помешает быть горячим, но нет, это не единственная причина, по которой он мне нравится.

У него было такое чувство, будто он вырывает зубы.

— Так что ещё тебе в нём нравится?

Деррек последовал за ней обратно, где женщина терпеливо ждала, когда Джилл вернёт её произведение искусства.

— Прекрасная работа, — сказала она художнице.

Художница была пожилой женщиной с длинными седыми кудрями, которые свисали ниже её плеч.

— Я использовала глину и бронзу и провела часы над каждым кусочком, стараясь ухватить невинность и грацию женской формы.

— Ваша страсть отражается в вашей работе, — сказала Джилл. — Сколько стоит эта?

Деррек терпеливо ждал, пока Джилл осматривалась.

— Та, на которую вы положили глаз, стоит пять тысяч долларов. А вот эта триста пять сотен.

Деррек чуть не рухнул.

— Я должна подумать над этим, — сказала Джилл, — но если у вас есть визитка, я бы хотела следить за тем, где ещё вы будете показывать свою работу.

Женщина вытащила визитную карточку из переднего кармана своего фартука и отдала её Джилл.

Деррек взглянул на Райана в коляске, и тогда снова начал идти.

— Почему бы нам не перекусить чего—нибудь в кафе через дорогу, пока Райан спит? — сказал он.

— Это потрясающая идея. Я хочу есть. Посмотри на это, — произнесла Джилл, держа в руках визитку. — Эта женщина из Нью—Йорка. Она проделала долгий путь, чтобы продать свои статуэтки.

Они остановились на углу улицы, и Джилл нажала на кнопку на столбе. Пока они ждали, когда светофор загорится зелёным, она отправила сообщение своей сестре, чтобы дать ей знать, что они будут в кафе.

— Ты ответишь на мой вопрос? — спросил он.

Загорелся зелёный свет, и она пошла по переходу.

— Нет.

— Почему нет?

— Потому что друг ты мне или нет, то, с кем я хожу на свидания, тебя не касается, — она открыла дверь кафе, ожидая, пока он закатит коляску внутрь.

Официантка отвела их за столик в дальнем углу, дала каждому из них меню и сказала, что вернётся через пару минут.

Джилл поправила одеялко, убедившись, чтобы Райану не было слишком жарко.

— Доктор Лернер сказал, что Райан короткий для своего возраста.

Деррек заворчал.

— Ему едва ли две недели. Думаю, ещё рановато быть... — он остановился посреди предложения, когда заметил Аарона, который оставлял чаевые на столике напротив них. – Минутку, — парень встал и направился в ту сторону. — Аарон, — позвал он.

Аарон повернулся к нему. Его плечи опустились, и выражение его лица сказало Дерреку, что он уже видел его и пытался сбежать незамеченным. Деррек огляделся.

— Где Мэгги?

Аарон покачал головой.

— Я спрашиваю только потому, что надеялся, что вы с Мэгги сможете познакомиться с моей подругой Джилл и с нашим сыном Райаном.

— Мэгги уже на полпути к машине, и у меня действительно нет времени.

— Дай мне всего минуту.

Аарон поднял руки, сдаваясь, и последовал за ним обратно туда, где Джилл изучала меню.

— Джилл, я бы хотел познакомить тебя со своим братом Аароном.

Джилл улыбнулась, поднявшись на ноги и пожав ему руку.

— Приятно познакомиться, — сказала она. — Я уверена, что теперь знакома со всеми братьями, не так ли?

— Ты ещё не встретилась с Лукасом и Гарретом, — сказал ей Деррек.

— Я отброс семьи, — сказал Аарон. — Мы не братья в настоящем смысле этого слова.

— Разве?

— Он приёмный, — добавил Деррек.

Аарон взглянул на Райана в коляске.

— Значит, это тот самый малыш, о котором мы постоянно слышим?

— Мы только освободились после его первого приёма, — сказала Джилл.

Аарон приподнял бровь.

— Кто ваш педиатр?

— Доктор Лернер, — она указала в окно на здание, из которого они только вышли. — Вон там.

— Я ходил в колледж с Нэйтом, — сказал Аарон. — Как он?

— Я знаю его много лет, — восторженно произнесла Джилл. — Он очень компетентный и хорошо осведомлён в своём деле.

— Да, он хороший парень. Мы с ним ходили на гольф, пока он не уехал в Европу. У него отличный удар.

— Есть что—нибудь, что не умеет делать этот мужчина? — спросил Деррек.

Аарон наклонил голову на бок, будто думал спросить Деррека, что он имеет в виду, но затем передумал. Вместо этого он посмотрел на Джилл.

— Приятно было с тобой познакомиться. Я лучше пойду. Моя невеста ждёт в машине. Она, вероятно, задаётся вопросом, что же со мной случилось.

Деррек протянул руку, но когда Аарон притворился, что не заметил её, он засунул руку в передний карман джинс и промолчал. Деррек начинал чувствовать себя прокажённым.

— Передавай "привет" Мэгги.

— Я так не думаю, — сказал Аарон, нахмурившись. — Но я рад видеть, что синяк вокруг твоего глаза исчез. Мэгги переживала за тебя с тех пор, как мы видели тебя последний раз. Кстати говоря, думаю, тебе не понадобятся её услуги, раз вы двое, — произнёс он, указывая пальцем между ним и Джилл, — кажется, всё выяснили.