Роди мне ребёнка (ЛП) - Рэйгэн Тереза - Страница 29

— Ты выглядишь великолепно.

— Спасибо.

На ней были белые слаксы, не такие обтягивающие, как она надевала на свидание, и милая коротенькая майка без рукавов цвета лесной зелени, который делал её зелёные глаза ярче. Сегодня волосы были кудрявыми. Он понял, что в Джилл всегда есть что—то освежающее. Да, у неё была безупречная кожа и милый вздёрнутый нос, но было и нечто большее. Из—за того, как загораются её глаза каждый раз, когда она смотрит на него, ему сложно отвести взгляд.

Он опустил взгляд на свою голубую рубашку на пуговицах с коротким рукавом, которую его сёстры подарили ему на Рождество. Она не была ужасной, но могло быть и лучше. Если бы сегодня утром он знал, что Джилл будет при параде, он мог бы потратить на выбор одежды больше времени.

— Говивуд! — сказала Лекси, прыгая вокруг Джилл, чтобы ухватиться за ногу Дерреку.

Джилл поморщилась.

— Она держится за твою больную ногу?

— Не переживай, — сказал он, хлопая рукой по кудряшкам на голове Лекси. — Я принял пару таблеток ибупрофена, и, кроме того, малышка лёгкая.

Джилл снова улыбнулась, и на этот раз под её левым глазом появилась морщинка, которой он не замечал раньше.

Следующей к двери подошла Сэнди. Она держала Райана в одной руке, а большую сумку с детскими бутылочками и подгузниками в другой.

— Вот твой сын, — сказала Сэнди, протягивая Райана Джилл. — Лекси, — произнесла она, — иди, возьми свои раскраски, чтобы Голливуд смог сдержать своё обещание и порисовать сегодня с тобой.

Лекси отпустила его ногу и побежала обратно в квартиру.

— Ты уверен, что твои родители не против, чтобы мы с Лекси тоже пришли? — спросила Сэнди.

— Уверен, — сказал Деррек. — Мама считает, что "чем больше, тем лучше".

— У тебя в квартире есть запасные подгузники? — спросила Джилл. — Я собиралась позвонить тебе, но у меня нет твоего номера.

Он указал на квартиру Джилл.

— Я зайду и напишу тебе свой номер.

— Не обязательно делать это сейчас, — сказала она. — Я могу взять его у тебя позже.

— Я сделаю это сейчас, пока не забыл.

— Нам всё равно нужно ждать Лекси, — добавила Сэнди.

Он прошёл на кухню, где последний раз видел блокнот. Пока Джилл и Сэнди суетились вокруг Райана, Деррек открыл несколько кухонных ящиков, пока не нашёл бумагу. Ещё он нашёл фотографию Джилл. Она выглядела на миллион долларов в длинном официальном наряде. Её волосы были подняты наверх, и от её ушей и шеи исходил блеск украшений. Парень рядом с ней казался хорьком — высокий и тонкий как палка, с прилизанными назад волосами и большими ушами.

Лекси появилась из ниоткуда и сказала:

— Это Томми. Он плохой, потому что из—за него Джилл много пвакала.

— ПЛакала, — повторил Деррек, выделяя звук "л", наклонившись, чтобы быть на одном уровне с ребёнком. — Видишь, как мог язык ударяется о зубы изнутри, когда я говорю слово, в начале которого буква "л"? Плакала, — снова произнёс он, чтобы она видела. — Плакала. Видишь? Это просто.

Лекси открыла рот широко, дотронулась языком до своих зубов, как он, и сказала:

— Пвакала. Пвакала. Пвакала.

Затем она улыбнулась.

— Да, продолжай работать над этим, ребёнок.

Лекси была хитрой, раз так подобралась к нему. И она была очень проницательный для четырёхлетки. Он помахал фотографией и сказал:

— Должно быть, Джилл он сиЛьно нравится, раз она держит здесь его фотографию.

Лекси покачала головой.

Если бы кто и знал, что здесь происходит, то он был уверен, что это Лекси, и то, как она покачала головой, показало ему, что Джилл забыла старого приятеля Томми.

— Он ей не нвавится, — объяснила Лекси, — она его вюбит.

Деррек бросил фотографию обратно в ящик, а затем стал искать ручку.

— Это очень плохо, — сказал он, действительно подразумевая это. — Джилл заслуживает кого—то намного Лучше, чем этот хорёк.

— Ты заставлял Джилл пвакать? — спросила Лекси.

— Никогда.

Глаза Лекси округлились.

— Может быть, ты можешь вюбить Джилл, тогда она завудет Томми.

Мгновение он смотрел на Лекси серьёзно, прежде чем рассмеяться. Погладив её по голове, он сказал:

— Ты забавная девочка, очень забавная.

Через сорок пять минут Деррек перестал думать, что Лекси очень забавная. Если ему придётся ещё раз слушать песню "Old MacDonald" на проигрывателе, он остановится и вызовет ей и её матери такси. Он надеялся поговорить с Джилл и Сэнди по дороге на пони—ферму его родителей, узнать подругу Джилл немного лучше, прежде чем они весь день проведут с его семьёй. Он мог только надеяться, что его братья и сёстры будут вести себя хорошо, хотя шансы были не в его пользу. Он подумал, что, должно быть, закон притяжения существует, потому что как только Деррек подумал о своей семье, музыка отключилась, и зазвенела консоль.

Он нажал кнопку "включить" и, как по магии, голос его мамы заменил слова "му—му здесь и му—му там, здесь му, там му, везде му—му". Он никогда не чувствовал такое облегчение от голоса своей мамы. Но так было до тех пор, пока она не закончила своё первое предложение.

— Привет, сынок. Я хотела тебе сказать, что сходила в магазин за очень хорошим антибактериальным мылом. Твои сёстры даже сделали нам всем маникюр, чтобы убедиться, что мы все в порядке. Никакого запаха конского навоза внутри и снаружи. Как думаешь, Джилл разрешит нам подержать малыша, если ты скажешь ей, что мы все скрипим от чистоты?

Она взглянул на Джилл и заметил её порозовевшие щеки.

— Нет необходимости говорить ей, мам. Мы на громкой связи.

— Оу, привет, Джилл.

— Здравствуйте, миссис Бэйлор.

— Пожалуйста, зови меня Хелен. Надеюсь, я не сказала ничего, что могло тебя как—то обидеть. Я просто хотела...

— Мам, — перебил её Деррек. — Мы будем через пять минут.

Он нажал кнопку "отключить" как раз вовремя, чтобы услышать "поросячий визг здесь и там, и везде". Он собирался начать подпевать, когда Джилл протянула руку и выключила музыку. Он посмотрел в зеркало заднего вида, когда Сэнди скрестила руки на груди и приподняла обе брови от негодования.

Джилл фыркнула.

— Ты сказал маме, что они не смогут держать Райана, потому что у них не достаточно чистые руки?

— Я сказал не совсем так. Не забывай, они живут и работают на ферме пони.

— Пони! — крикнула Лекси достаточно громко, чтобы у Деррека заболели барабанные перепонки.

Джилл испустила длинный вздох.

— Я сказал маме и папе, что ты не хочешь, чтобы они устраивали большое событие из твоего визита... знаешь... никаких плакатов, никаких шариков, никаких фанфар, — сказал Деррек. — Ещё я сказал им, что ты не чувствуешь себя комфортно, когда передаешь Райана... знаешь... как футбольный мячик.

Она застонала.

Сэнди продолжала смотреть на него злым взглядом через зеркало заднего вида, сузив глаза и плотно сжав губы.

Лекси рассмеялась.

— Говивуд назвал приятеля Томми хряком, — сказала она весёлым голосом, заставив Деррека осознать, что яблоко действительно падает недалеко от яблони.

Джилл нахмурилась.

— Приятеля Томми?

— Томаса, — сказал он.

— Хряком? — спросила Сэнди.

— Хорьком, не хряком, — исправил Деррек.

Джилл фыркнула.

— О, это намного лучше.

Сэнди рассмеялась.

Этот звук ошеломил Деррека, потому что хоть он и знал, что Сэнди медленно теплела к нему, несмотря на случайные кинжалы из глаз, и прежде чем его мама всё разрушила, он не думал, что Сэнди способна смеяться.

Сэнди посмотрела в зеркало заднего вида и сморщила нос.

— На что ты смотришь?

— Просто проверяю, надо мной ли ты смеёшься.

Она рассмеялась ещё больше.

— Определённо.

— Это не смешно, — сказала Сэнди Джилл. — Приятель Томми... В смысле, Томми... В смысле, Томас... не хорёк.

— Но он заставляет тебя плакать, — сказала Лекси, слишком серьёзным для четырёхлетки голосом.