Пятый постулат - Измайлова Кира Алиевна - Страница 79

Весьямиэль кашлянул.

— Никогда бы не подумал! — сказал он сдавленно. — С виду не дашь и двухсот!

Оливьель слегка покраснела, точнее, позеленела.

"Вот, значит, что они задумали, — быстро соображал Весьямиэль. — Ясно, ее не за кого выдать замуж, если и впрямь нет никого равного по рождению, а если Повелитель промедлит, то меня — нового эльфа то есть — запросто окрутит эльфиечка покрасивее, вон их тут сколько! От таких я бы и сам не отказался, но эта… нет уж!"

— Ты станешь моей правой рукой, — Гадэль всё подливал Весьямиэлю вино, а тот охотно пил, решив, что если надраться до скотского состояния, можно будет хотя бы не давать ответ сегодня, а там он что-нибудь придумает! — Мне нужен молодой помощник, и ты…

Вино наконец ударило в голову, всё плыло, кружилось, но язык Весьямиэль держал за зубами, в этом он был уверен. Жрецы Раш'яла умели молчать и не в таких обстоятельствах!..

Проснулся он от головной боли и жажды. Ну, не первый раз и не последний, с этим легко справиться… А вот вино эльфийское (из чего они его делают, интересно?) оказалось коварным: лилось водой, а в голову в итоге шибануло посильнее деревенской браги!

Чуть придя в себя и открыв глаза, Весьямиэль с недоумением уставился на то, что увидел прямо перед своим носом. А именно — женскую грудь. Вернее, эта часть тела заслуживала бы такого гордого наименования, если бы была немного попышнее. И тем не менее, это была именно женская грудь.

"Очень интересно! — Весьямиэль перевел взгляд выше. — Кого же это я затащил в койку по пьяни?"

Увидев, кого именно, он покрылся ледяным потом и перестал дышать. Рядом с ним сладко спала, посапывая, Оливьель.

"Всё ясно! Значит, я не дал согласия, они решили поступить иначе… — Весьямиэль двинул бы себе по физиономии, если бы не опасался разбудить эльфийку. — Я идиот! Я беспамятный идиот! Она дала мне кольцо — пусть моё, но всё же, а я его принял! Тем самым мы фактически обручились, я же читал про обычаи эльфов! Теперь… Теперь мы, надо думать, переспали, если я вчера еще был на что-то способен. Впрочем, ее магии вполне хватило бы на то, чтобы меня… хм… взбодрить. — Он прислушался к своим ощущениям, присмотрелся к постели. — Хотя нет. Непохоже, чтобы я с ней спал. Проверить-то некому, она тут одна на такое способна… ну, если даже кто еще может, все он равно скажет, что прикажет Повелитель! И что теперь? Скоро сюда ввалится ее братец с толпой челяди, и мне, как честному эльфу, ничего не останется, кроме как жениться. Просто постель — еще ладно, но кольцо, кольцо…"

Жениться на этом зеленокожем чучеле (а в раздетом виде Оливьель была ненамного краше, нежели в одетом), да еще и трехсот лет от роду, Весьямиэль не желал категорически. Кто знает, какие законы в этом мире! Вдруг брак будет действителен и за пределами Запретной долины? Нет уж, не надо таких шуток… Да и она скоро поймет: ее новоиспеченный муж — человек, и что тогда?

"Прежде всего, надо уйти отсюда, — взял себя в руки Весьямиэль. — Очень, очень тихо…"

Это ему удалось — он собрал в охапку свою одежду, стараясь ничего не забыть и не потерять по пути, и выскользнул за дверь, даже не потревожив спящую. Сориентировался: он был совсем рядом с той комнатой, куда поселили их с Машей. Ну конечно, Маша!..

"Нужно быстро обстряпать дело так, будто я провел ночь вовсе не с Оливьелью, — решил он. — Только на этот раз безо всякого притворства. Возможно, это отвратит зеленую дуру от меня — я же человеколюбивый извращенец! Хотя она привыкла к братцу… Так или иначе, меня должны найти не в её постели, а в Машиной!"

Он усмехнулся и толкнул дверь своей комнаты. Не заперто. А забавно окажется, если у Маши сейчас Повелитель… Но нет, ему повезло, Маша спала одна. При мысли о том, что ему предстоит, Весьямиэль невольно взялся за щеку…

Глава 26. Цена свободы

— Просыпайся! — Маша проснулась от знакомого шипения, разлепила глаза и в предрассветных сумерках увидела рядом с кроватью Веся.

Тот, кое-как задрапированный в простыню, с расплетшейся косой, выглядел каким-то… не то пришибленным, не то, наоборот, взбудораженным.

— Ты чего? — удивилась она, забыв, что собиралась прочитать ему достойную отповедь.

Мало того, что общался с этими угнетателями-эльфами, а ее заставил прислуживать, мало того, что упился вдрызг и обнимался с Повелителем и целовал руки этой зеленой мымре, так еще и заночевал невесть где!

— Того! — Весь откинул одеяло, Маша ахнула, но он уже оказался рядом. — Двигайся!

— Да ты пьяный! — девушка попыталась отпихнуть его, но не тут-то было, зеленые, совершенно трезвые глаза оказались совсем близко.

— Слушай внимательно, — произнес он тихо. — Если хочешь хоть когда-нибудь добраться до столицы, ты должна мне помочь…

Выслушав невероятную историю Веся, Маша только головой смогла покачать. Значит, сам себя перехитрил! Его приняли за благородного эльфа и хотят женить на сестре Правителя силой, для чего напоили (сам напился, припомнила Маша) и засунули к ней в постель (тут девушка была склонна поверить, вряд ли бы Весь полез к такой страхолюдине по своей воле, когда вокруг полным-полно девиц покрасивее). И если бы он не проснулся так рано, то их бы там обнаружили, а тут… Ясно, только жениться! А тогда уж не сбежишь, за мужем сестры Правителя будут присматривать! А куда денут ее саму, неведомо, вот Оливьель приревнует — и прирежут Машу в тихом уголке…

— Но брак — это личное дело мужчины и женщины, в которое общество не правомочно вмешиваться! — припомнила Маша третий из Весенних постулатов Вождя.

— Это ты им скажи! Тут как Правитель скажет, так и будет… — хмыкнул Весь. — Одним словом, все должны быть уверены, что ночь я провел тут, с тобой, — закончил он.

— Ну, ложись да спи, — разрешила Маша. Чего в этом такого?

— Ты не поняла, — Весь усмехнулся. — По-настоящему провел ночь, без обмана. Оливьель умеет определять, были люди близки или нет, я говорил уже. Но вчера она особо не присматривалась, ей тени нашего контакта хватило, она другим была занята. А сегодня будет смотреть в оба. И если сможет уличить, что мы обманываем… нам несдобровать.

— Так что же… — Маша невольно потянула на себя одеяло. — Я не согласна!

— Маша… — Весь смотрел проникновенно и даже, кажется, умоляюще. — Ты что, хочешь застрять тут навеки?

— Это была твоя идея свернуть в этот лес! И притвориться эльфом!

— Ну что же теперь, мне на всю жизнь остаться при Оливьели? — грустно спросил Весь. От его близости у Маши по коже бегали мурашки, а еще от мужчины снова тянуло ландышами, остро и свежо. — Маша… и после всего, что мы с тобой прошли, ты оставишь меня в беде, которую, сознаюсь, я навлек на себя по собственной глупости?

"Я ведь тебя спас от Властителя!" — мог бы он, наверно, сказать, но не стал. Маша подумала, что толика благородства в нем еще сохранилась. Конечно, он сам и продал ее людям Властителя, но ведь выручил же! И она в самом деле не могла оставить его вот так… А насильно женить — гадость какая! Ей же только и придется немного потерпеть. А может, оно и ничего, думала же Маша, что Весь красивый, а тут еще припомнила вчерашнее, вспомнила, какие у него сильные руки, и перспектива показалась ей не такой уж пугающей. Не Властитель же он, в конце концов, с его меховыми трусами!..

"А вдруг он все врет?" — подумалось Маше внезапно. Лгать он умел совершенно невозмутимо и бестрепетно, явно не испытывая никаких угрызений совести. Что, если он это выдумал, чтоб затащить ее в постель? Как проверить?

Тут Машу озарило, и она потребовала:

— Поклянись этим своим богом! Поклянись, что ты сказал мне правду!

Весьямиэль вздохнул, но всё же произнес:

— Клянусь Раш'ялом, я рассказал тебе все, как есть. А теперь решай побыстрее, времени у нас мало.

— Но я… — растерянно произнесла девушка, и Весь явно понял по ее тону, что она уже согласна.