Точка отправления - Цепкова Наталья - Страница 28

Накатанная дорога, по которой ехали путники, вела в крупный город лесовиков, чье ограждение прорисовывалось вдалеке, да еще серебристый купол колокольни приветствовал странников своим блеском и долгим задумчивым гулом.

— Странно, деревня совсем заброшенная, но дорога отменная, — заметил лесовик.

— Ничего странного. Эта дорога соединяет два города один лесовиков, где правит Лесная дружина и Белазар, второй берендеев, где правит могучий Арк. А эта деревня не имеет никакого отношения к дороге.

— Но она же тут есть? — удивленно спросила Наташа.

— Верно. Когда-то давно эта деревушка могла бы посостязаться с Заточью. Здесь жило много лесовиков. Но несколько десятилетий назад жители перестали соблюдать Великие законы. Постоянное веселье, вот стало смысл их жизни, — рассказывал Молнезар, — и это прогневало лесных духов и Рода — Отца. Молодые, которые еще могли исправиться, бежали и очень далеко, где не слышали о существование Верхних и Нижних Бочаг1.

— Их прокляли за то, что они любили гулять?

1Бочаг — глубокая лужа, колдобина, ямина, залитая водой (старослав.)

— Это не просто гулянье и игрища, которые например устраивают в Заточи…

— Не стоит так говорить, мы умеем гулять, и любим, — вставил Видеор, явно обиженный таким сравнением.

— Нет, нет, я не хотел обидеть, наоборот, — пояснил альв, извиняющимся тоном — в Бочагах не чтили богов, не знали постные дни, не любили работать. Их дети росли в праздности. Великий и могущественный Род, долго смотрел на эти бесчинства, но устал. И тогда он послал на них град, ветер, дождь, снег. А после полудницы выжгли весь их хлеб. Агидель прогнала всю рыбу, и даже лягушек не было в этой части Ризы; в лесу Леший спрятал все грибы и ягоды, даже зверь был слишком пуглив и не подходил близко, так что и на охоту перестали ходить. Начался страшный мор и тогда женщины, которые боялись за своих детей бежали в соседние деревушки и соседние города. Вот только там они живут совсем плохо, ведь к работе их не приучали, и приходится побираться у главного храма или рядом с кабаками. Целый день они стоял на улице под палящим солнцем, — Молнезар поежился, для альвов, которые любят холодный ветер и морскую прохладу, это было бы ужасным наказанием, как и для лесовиков, любящих лесную полутень.

— А как же храм? — встрепенулась Наташа, вспомнив о небольшом деревянном сооружении, который они проезжали.

— Наверное, кто-то лелеет надежду на спасение, — вставил лесовик.

— Вряд ли, — отозвался Молнезар, — те кто прогневает богов, уже не могут надеяться на пощаду.

Сейчас в древне было всего-то двенадцать жилых домов, а когда-то Бочаги процветали. В незапамятные времена деревню построили на древнем русле Ризы. Илистые земли были очень плодородны и первые жители считались одними из богатейших во всем Лукоморье и Светлокрае. Бочажанин вызывал только уважение. Но прошли годы, и деревня стала угасать. И теперь произносят «Бочаг» у жителей Лукоморья, Светлокаря и даже Златогорья возникали лишь ассоциации с грязью, с людьми скатившимися вниз, в яму.

— У нас есть похожая легенда, — печально ответила Наташа, вспоминая библейский сюжет.

— И не удивительно, — вторил ей альв, — таких историй полно в каждом крае. Пока еще не перевелись у нас пороки.

Дорога вышла из деревни и снова начались поля. Справа до самой реки простирались ржаные поля и заканчивались высокими домами, то были водяные мельницы. Наташа не могла этого знать, и внимательно смотрела на эти сооружения пытаясь понять: что это? Деревянные вытянутые дома, полуразрушенные, казалось, нависали над рекой. Они были одновременно и мрачными и по сказочному притягательными. Если бы не время, то они обязательно бы туда завернули.

А слева всю дорогу возвышался лес. Высокорослые ели совсем близко подбирались к дороге и теперь косматыми лапами нависали над ней, заслоняя лучи солнца. Дорога почти не петляла и потому отчетливо был видел возвышающийся город. Казалось он вырос из леса.

— Если нам повезет, то в городе сможем найти быстрых лошадей, перекусить и отдохнуть, — переменил тему разговора Молнезар. Он не скрывал радость, что въедет в город шумный, с торговой площадью, предсказателями, мошенниками. Тут уже чувствовалось присутствие альвов, не даром это были отдаленные земли, с которых начинался Светлокрай.

Раньше Ельград стоял на границе Светлокрая и Зеленой мели, что являлось землями Лукоморья. Но после смены наследника, земли размежевались и теперь лесные просторы делятся на регионы, большинство которых больше не входят ни в чье подчинение, и Лукоморьем называется по В основном там расположились угрюмые и непокорные берендеи. Жили там и дружелюбные лесовики, которые даже рады такому соседству, ведь можно не бояться набегов. Берендеи превосходные войны, но несмотря на свое физическое превосходство, они никогда не посягали на чужое.

— Это город лесовиков? — спросила Наташа, после некоторой паузы.

— Это город царственных лесовиков, — подчеркнул альв, и Видеор важно кивнул.

— Царственных?

— Первых, — пояснил Видеор, он был рад похвастать, что тоже что-то знает из истории своих предков, ведь на эту тему сложено множество легенд, — они появились от великих Ильма и Алины и были посвящены в свиту Велеса, с тех пор лесовики живут в лесах.

— Уу, — протянула Наташа, — теперь все ясно.

Наташа с замиранием сердца ждала, когда же они въедут в город. Там-то и есть настоящая жизнь этого мира. Ну, что деревня. Конечно, ей понравилась Заточь, но там жизнь течет размеренно. Совсем другое дело город, тем более один из главных для лесовиков. Ей почему-то сразу представился базар, где продают всякие матрешки, цветастые платки, изделия из бересты, и обязательно пирожки и медовуху. Наташа улыбнулась своим мыслям. Один единственный раз, она выезжала с подругой Ирой на экскурсию в Суздаль. Тогда ей этот город показался хранителем старины и почему-то сейчас всплыл в мыслях.

«Нет, кто мне сказал, что все будет как в средневековой Руси» — мысленно ответила себе девушка.

Они все ближе и ближе подъезжали к городу. Это мегаполис со своими законами, порядками, обычаями. Со своей архитектурой, живописью и модой. Наташе не терпелось увидеть все это, от чего она заерзала на лошади, почти бессознательно. А на лице заиграла немного глуповатая, но счастливая улыбка.

Солнце было далеко позади, когда трое путников подъезжали к городу. Наташа не ожидала такого увидеть. И верно, стены Ельграда могут поразить кого угодно. Огромный забор сделан из дубов — исполинов плотно сбитых друг к другу. Подобные стены не взять ни тараном, ни огнем. Путники подъехали к высоким деревянным воротам украшенным железными кругами, на которых красовалась надпись. Из любопытства Наташа пыталась разобрать витиеватый шрифт, ведь некоторые буквы были похожи с родным алфавитом, но так и не смогла. А спросить, просто не догадалась, до того была ошарашена увиденным.

Спешившись, они вплотную подошли к воротам, и тут увидели небольшую дверь рядом, из которой появился невысокий мужчина в кольчуге, шлеме и при оружии. Мрачное холодное железо разбавлял темно-бордовый плащ. Лицо стража было строгое, как и полагается стражу, а кустистые брови для пущей суровости сошлись на переносице. Но стоило увидеть Видеора, как его лицо немного просветлело.

— Чем могу быть полезен?

— Мы хотели бы остановиться в светлом граде и если можно устроиться на ночлег и перекусить, — ответил Видеор.

— Добрый путники, Ельград рад вас принять, — но тут страж насупился, — ох, не в то время вы приехали. Не спокойно сейчас городе. Великий князь устроил охоту на беспутников. Вот сегодня состоится казнь, над одним из них. Но все же город не закрыт. Могу посоветовать таверну «Танцующий Воробей», где можно найти и еду, и ночлег если договоритесь с хозяином. Вот только мой вам совет, сегодня ночью лучше нигде не гуляйте. После казни обычно сброд бунтует.

— Спасибо за совет, — сказал Видеор и прошел мимо стража. За ним последовали Наташа, и Молнезар, который вел под узды двух лошадей.