Всё, как ты захочешь - Флёри Юлия - Страница 96

– Дим, ну, как? Что случилось? Как только Лёша сказал, мы сразу к вам. – Тараторила Лия, вызвав непроизвольную улыбку троих мужчин.

– Всё хорошо, спасибо. Ничего страшного, просто отравилась. Завтра уже будет дома.

– Отравилась? До больницы? Это что же она такое ела? А может пила?

– А может и нюхала. – Окончательно развеселился Шах, приобнимая женщину за плечи. – Спасибо за столь чуткий подход, но, поверь, это не так сложно. Тебе, кстати, урок, как есть в разных забегаловках.

Лия металась между слишком лёгким в разговоре Шахом и слишком уж напряжённым мужем, поглядывая то на одного, то на другого.

– Может, нужно что? Хочешь, езжай отдохни, мы подежурим? Я переживаю, Дим, точно хорошо всё? – Не унималась она, то и дело поперёд дороги становясь, в глаза заглядывала.

– Да в порядке. Правда. Завтра Гале сама позвонишь, из первых уст узнаешь. Ну? Езжайте домой. Все устали, всем пора спать. Всё завтра.

Оттесняли её к выходу. Лия, отступала с неохотой, то и дело, в сторону Кречетова косясь, которому здесь точно не место, но сказать об этом не смела.

– Но если что понадобиться, мы на телефоне. – Напомнила на всякий случай, сдавая позиции.

– Конечно.

– Лия, в машине мена подожди. – Улыбнулся ей Лёха в тот момент, когда та уже порог на лестницу переступила, посмотрела на него недоверчиво. – Я две минуты и иду.

– Я могу и остаться…

– Иди, Зайка.

Как только звук цокающих каблучков стих, Шах стёр выражение лёгкости на своём лице, взгляд потемнел, губы превратились в сплошную тонкую линию.

– А на самом деле? – Тут же уточнил Лёша, глядя в глаза, Шах поморщился.

– Ты слышал, что я жене твоей сказал? Вот и всё. Егор, комп в палату принесёшь. Сейчас. – Бросил, обернувшись, когда понял, что никто не сдвинулся с места.

– Что скажешь? – Хмыкнул Кислый, Кречетов почесал подбородок.

– А ты не видишь?

– Да уж не слепой. Произошло что?

Кречетов тяжело выдохнул, сощурился и молча к лестнице направился. Уже оттуда на Кислого обернулся, тот понял и направился следом.

– Да фотки ему на телефон прислали. Где Галя вроде как с бывшим пацаном своим обнимается, целуется. Сначала в кафе каком-то, потом снимки из окна дома напротив. Там, сам понимаешь, уже не про поцелуи. Он сорвался, пришёл, в квартире тихо, она лежит. Чем там её накачали, снотворным или наркотиками… Люди мои уже отработали, без её подружки, сучки, не обошлось. Как по мне, так там расчёт, видимо, на то был, что Шах свою презентацию срывать не будет, да и задержал он начало, сам знаешь. А к тому моменту, как приедет, Галя уже бы и в себя пришла. А там… кто ей поверит…

– Её… – Кислый почесал затылок, в сторону глядя, – в порядке всё? Что вообще там произошло?

– Не знаю. Шах запретил видеозапись с камер смотреть, а было или нет, мы по его реакции завтра поймём. Да и не наше это уже дело.

– Понятно. – Остановились они у машины Кислого. – Ты домой сейчас?

– Да какое там… Хоть бы к утру вернуться. Видишь же, на взводе весь, натворит чего…

– Ладно, на созвоне.

– Давай.

Кречетов дождался, пока машина отъедет с места и только после этого вернулся в больницу, в руках держал бомбу замедленного действия в виде компьютера с записью. Войдя в палату, осмотрелся, Шах не внушал доверия, но и остановить его вряд ли кому-то теперь удастся, поэтому только предупредил.

– Я за дверью буду.

– Мне всё равно. – Отозвался сипло и быстро загрузил запись.

На видео чётко видно как Галю принесли и швырнули на кровать, как пацан не справился с молнией платья и предпочёл просто разорвать его, как Лиза даёт последние указания, стоя в стороне.

– Да хватит драть, и так уже голая! – Подсказывала она громким шёпотом. – Ты ноги только повыше задирай, чтобы понятно было.

– А так не понятно?!

– Не кричи. Всё получится. Хотел её себе? Так Шах уже завтра вышвырнет.

– Не убьёт? – Остановился Антон на секунду, глядя на обнажённое тело, тут же посмотрел на Лизу. Та казалась слишком уверена в себе, чтобы ей не поверить.

– Вот ещё! – Фыркнула. – Из-за шлюхи какой-то руки марать… – Скривилась она. – Не станет он. На крайний случай попрессует немного, и выбросит. – Сама на подругу посмотрела, приценилась. –Так это и лучше даже, тогда она точно к нему больше не сунется. Такие чистоплюи, как Шах, обмана не прощают. Вот просто на дух не переносят.

– Он покалечить может… – Потянул Антон с жалостью, Шах аж проникся, кулаки сжал, глядя на запись.

– Ничего. Убить не убьёт, а на пластику носа ты ей насобираешь. – Рассмеялась, шторы раскрывая.

– Ты свет включи поярче. Как только выйду, я тебя наберу. – Бросила она, держа в руках профессиональный аппарат.

Галя с Антоном остались наедине. Вот тут Шах и задержал дыхание, смотрел на экран, не моргая, не шевелясь, он, казалось, весь там был. Слышал, Как Галя его имя шептала. Его. Не этого сопляка, наверно даже не понимала, что происходит, где она, с кем. После телефонного звонка отморозок этот на неё полез, бурную страсть изображая. Она ещё не отключилась, в сознании была, слушала, что он шепчет, обнимала, ластилась в ответ, льнула, прижимаясь всем телом. Шах не чувствовал ничего, кроме отвращения к пареньку. И, пожалуй, да, ещё желание уничтожать его и таких как он. Смотрел без особого интереса, просто как констатация факта. Как только прозвучал второй звонок, видимо, с оповещением, что дело сделано, Антон над Галей склонился. В губы поцеловал, засасывая каждую из них по очерёдности, заставляя отвечать ему, стонать, просить большего. Улыбался, когда она руки к нему тянула и жёстко за плечо укусил, чтобы кричала, оскалился.

– Как жаль, моя хорошая, что мы с тобой так и не попробовали пожёстче… – Сжал грудь до её болезненного стона, Шах сжал подлокотник больничного кресла. – Но ничего… – Шептал, водя губами по животу. – У нас ещё всё впереди. Ты только потерпи немного. Я помогу тебе. Помогу уйти от него. Не любишь ведь…

Облизал каждый пальчик на её руках, прикусил кожу над выпирающими косточками таза, Шах до внутренней дрожи сжался, когда увидел гримасу боли на её лице, а этот урод смеялся.

– Ты просто запуталась в его паутине. – Гладил он её волосы. – Бедная, бедная бабочка… А когда придёшь ко мне, я не сразу прощу, нет, поэтому жить ты будешь на моих условиях, как я прикажу. Девочка моя. Красавица… Отдыхай, отдыхай, моя хорошая…

Крышка ноутбука хлопнула, Шах, крепко зажмурился. Тряханул головой и сквозь внутреннюю боль оскалился.

– Всё хорошо, Егор. – Выразительно прошептал губами, когда тот показался из-за двери. – Всё хорошо. Ты мне только найди его.

– Только фотографии?

Шах устало опустил голову и засмеялся.

– Егор, ты слышал, что я сказал?

– Я слышал, и кое-что в этой жизни ещё понимаю. – Бросил Кречетов, проходя вглубь палаты. – И поэтому настоятельно рекомендую, не двигаться с места. Я сам его найду и сам размажу по стенке.

– Да что ты… – Глаза Шаха сверкнули, улыбка наполнилась безумием.

– Шах…

– Нет, Егор Владимирович, ты серьёзно сейчас? После того, как они обсуждали, убью я свою жену после, якобы, измены или только покалечу, предлагаешь лапки сложить и со стороны посмотреть?

– Мне сейчас кажется, что кого-нибудь ты сегодня точно убьёшь.

– Найди мне его. – Встал Шах, улыбаясь, подошёл к Кречетову. – И *уку эту. – Всунул в руки ноутбук, улыбка не спадала, перерастая в безумную, угрожающую. – У тебя час. А я за это время остыну. Ты как?

– Через час и поговорим. – Ухмыльнулся тот и, чуть задев Шаха плечом, из палаты вышел. Кто из них был более безумен, не мог сказать ни один, ни другой.

Кречетов вернулся ровно через час, Шах курил на улице, стоя в одной рубашке, не обращая внимания на продувающий насквозь ветер и чему-то улыбался. Когда друг остановился напротив него, улыбка стала шире. Окурок прямой наводкой полетел в урну, и, потирая кулаки, словно разминая их, походкой вразвалочку, он спустился вниз по ступеням.