Лабиринт теней - Уайли Джонатан - Страница 44

Левая рука Бростека оказалась сильно обожжена, виной тому было белое пламя, вырвавшееся из загадочной подвески. У Бэйра же пострадала правая рука, теперь он не мог удержать меч. Другим повезло больше — они отделались легкими царапинами.

Из-за прискорбного состояния Бэйра ухаживать за ранеными пришлось Кередину. Всех их поместили в самом просторном здании Джорданстоуна. Варо и Росс вызвались быть добровольными сиделками. Бывший волшебник в поте лица трудился до заката и с чистой совестью мог признаться себе, что сделал все от него зависящее. Промыв и перевязав раны своих пациентов, он вынужден был признать, что понятия не имеет, чем теперь пользовать Рогана, Слэтона и Лисле. Оставалось лишь ждать и надеяться…

— Схожу-ка я в башню, — устало объявил Кередин. — Хочу поглядеть на этого волшебника.

— Я пойду с тобой, — сказал Варо, беря лампу.

Они вышли на улицу, помахали Соколу и Вильману, которые стояли в дозоре на противоположных концах улицы, и стали подниматься на холм. Не доходя до башни, они помешкали, глядя на труп человека-ножа. Он почернел и стремительно разлагался, как, впрочем, они и ожидали.

— Его необходимо сжечь, — уверенно сказал Кередин, — иначе в деревне начнется эпидемия.

— Я за этим прослежу, — пообещал Варо.

И они побрели к башне. Пройдя сквозь пустой дверной проем, очутились в комнате с почерневшими каменными стенами и обуглившейся мебелью. Осторожно ступая, поднялись по лестнице и обнаружили, что следующий этаж тоже выгорел дотла. Кресло, в котором сидел мертвый маг, стало неузнаваемым, а располагался теперь в нем обугленный скелет, на котором лишь кое-где сохранилась обгоревшая плоть.

— Да, теперь он нам мало что скажет, — заметил Кередин.

— Зачем человеку-ножу это понадобилось? — недоумевал Варо. — С какой целью?

— Может, все произошло случайно, он просто не совладал со своей силой? — предположил бывший волшебник. — А может, ему просто не приглянулось это место…

Они прошли по всем этажам, но ничего необычного не обнаружили.

— Интересно, как он проник сюда? — спросил Варо. — Уверен, Слэтон предупредил бы нас, если б видел, как он входит в башню, а перед боем башня была пуста. Укрыться ему здесь явно было негде.

— На сей счет у меня есть одна теория, — задумчиво произнес Кередин. — Правда, я далеко еще не все для себя прояснил…

— Говори все, что знаешь.

— Я ничего не знаю. Пока лишь догадываюсь.

— Все равно говори.

— Полагаю, люди-ножи, которых мы видели, — это нечто вроде призраков, — начал бывший волшебник. — Или, если угодно, зеркальные отражения. А сам черный маг в это время находится совсем в другом месте.

— В стране Бари?

— Там или где угодно еще.

— И это означает, что здесь они неуязвимы, — заключил Варо.

— Да, — подтвердил Кередин, — за исключением момента солнечного затмения. Тогда они обретают плоть.

— Это уже дважды доказано, — кивнул Варо.

— Каким-то образом, — снова заговорил Кередин, — во время затмения соединяются две «половинки» или же сам маг переносится сюда.

— Надеюсь, верно второе, — серьезно сказал Варо. — Мне даже думать не хочется, что мы уничтожили лишь «половинки»…

— Если бы дело обстояло таким образом, не думаю, что они бы так пугались, — сказал Кередин.

— Но если это для них так опасно, с какой стати они являются во время затмений?

— У тех двоих, с которыми мы разделались, похоже, не было выбора. Ни тот, ни другой явно не испытывали блаженства…

— Неужели кто-то заманил их в ловушку?

— Возможно.

— Но кому это могло понадобиться?

— Не знаю. — Тут Кередина словно осенило. — Впрочем, может быть, именно затмения для чего-то им нужны…

— Но для чего?

— Это вопрос.

— Но затмения явно связаны с набегами на деревни!

— Похоже на то, — согласился Кередин. — Возможно, это своеобразная подготовка к варварским ритуалам людей-ножей…

— То есть к питью крови, — холодно произнес Варо. — Да, эти двое насосались по горло.

— Ну, мы выцедили из них все, что можно, — заметил Кередин.

— А куда делась кровь, как ты полагаешь?

— Ну знаешь, об этом я даже и не задумывался!

Они возвратились в деревню и принялись собирать дрова. С двумя увесистыми охапками снова отправились к башне.

— А какое значение имеют цвета? — поинтересовался Варо. — Солнечная корона во время затмения и свечение вокруг фигуры мага совпадают по цвету, да и головные повязки у солдат тоже…

— Полагаю, это целиком зависит от самого мага, — ответил Кередин. — Последние два затмения были самыми полными из всех, что нам приходилось видеть. Так?

— Ты прав.

— И каждый раз мы были совсем близко от колдуна.

— Значит, затмение вызывает сам маг — так, что ли?

— Это предположение кажется вполне логичным, — заявил бывший волшебник. — Возможно, тьма придает им силы.

— Как так? — не понял Варо.

— Да, пожалуй, полная бессмыслица! — согласился Кередин. — Но возможно и другое: ради того чтобы напиться свежей крови, люди-ножи материализуются.

Они подошли к самой башне.

— А что это за маг? Там, в кресле? — спросил Варо.

— Подвеска… Символ света… — вслух размышлял Кередин. — Тут должна быть какая-то связь…

— Возможно, грядут те самые силы тьмы, которых так опасались древние волшебники? — предположил Варо.

— Вечное затмение солнца? — одними губами прошептал Кередин, содрогаясь.

Дойдя до скорченного тела человека-ножа, они обложили его дровами, стараясь не дышать — зловоние было непереносимым. Кередин запалил охапки соломы и с изумлением заметил странную вспышку в одном из окошек башни. Когда костер разгорелся, Варо и Кередин отправились в башню, чтобы поглядеть, что там творится, и с изумлением увидели, что останки неизвестного волшебника, дымясь, догорают…

Поздно вечером, когда на склоне пылал погребальный костер, Варо рассказал товарищам о догадках Кередина. Бывший волшебник пошел осмотреть раненых. Как он и ожидал, все пребывали в прежнем состоянии. Вздохнув, Кередин отправился ужинать. Когда, отужинав, все лениво беседовали, он уединился и принялся что-то вырезать на дощечке.

— Что ты делаешь? — спросил Бростек, глядя через плечо волшебника.

— Пытаюсь отыскать хоть какую-то закономерность вот в этом, — объяснил Кередин.

На дощечке располагались в ряд семь хорошо знакомых всем знаков.

При виде этих знаков Бростека передернуло, хотя на сей раз они и не светились дьявольским синим огнем.

— Ну и как, получается? — спросил он.

К тому времени к ним присоединился и Варо. При виде дощечки лицо его сделалось каменным.

— Пока нет, — вздохнул Кередин. — Но что-то в них кажется мне смутно знакомым, а вот что именно?.. — Он пожал плечами. — Эти двое, — он указал на два знака слева, — как нам известно, мертвы. И еще мы знаем, что этим символам соответствуют красный и синий цвета. А следующий по порядку тот, с кем мы свиделись в Грассмейре.

— Зеленый, — пробормотал Бростек.

— Но об оставшихся четырех нам ровным счетом ничего не известно, — продолжал Кередин. — Есть у вас соображения на сей счет?

— Лично мне надобен вот этот. — И Варо указал на самый правый знак.

Не было никакой нужды объяснять, почему. Все его товарищи прекрасно знали, что он принадлежал тому, кто некогда опустошил родную деревню Варо и Бростека.

— На их печати все символы вписаны в круг, — сказал Бростек, усилием воли отгоняя страшное воспоминание. — Это может что-то означать?

— Пока не пойму, — ответил Кередин. — Здесь столько всякой всячины: круги, треугольники, буквы даже сердечко какое-то… Я никак не могу связать все это воедино.

Остальные уже прислушивались к их разговору. И вдруг заговорил Сокол:

— Какой нам прок от разгадывания этих шарад? Лучше постараться угадать, где и когда произойдет следующее затмение. Так мы сможем переловить гадов всех до единого и навсегда покончить с этим ужасом!