Наследник Аркона - Уайли Джонатан - Страница 28

Однако, как хорошо помнил Рехан, подобная симметрия в расположении крепостных ворот, не распространялась на те секторы жилых кварталов, на которые указанные пять главных дорог делили территорию столицы. Каждый район города имел свои отличительные черты. В отдельных местах клубок улиц был так запутан, что похож был на лабиринт, в котором опрометчивый путник мог легко и безнадежно заблудиться. В других районах дома располагались более упорядоченно и не так тесно друг к другу. Разумеется, это были дома более состоятельных горожан. Были в городе также скверы и сады, которые придавали еще большую красоту столице, создавали уют и поддерживали чистым и ароматным воздух в Стархилле.

Морские ворота были открыты и даже, на первый взгляд, их никто не охранял. Когда карета проехала через эти крепостные ворота, Рехан почувствовал усталость от напряженного изучения всех обстоятельств путешествия. Вялость и апатия охватила все его тело настолько, что он с трудом нашел в себе силы распорядиться и проследить за разгрузкой своего багажа и товаров, разместить груз в камере хранения, подыскать наиболее удобную и приличную гостиницу и остановиться в ней. Постояльцы в той гостинице, где поселился Рехан, были сплошь из купеческого сословия, а сама гостиница размещалась тоже в купеческом районе города, который занимал территорию между Морскими и Полевыми Воротами.

Рехан ушел в свою комнату на отдых очень рано, чувствуя больше потребность хорошо выспаться, чем хорошо поесть, и даже все намеченные им мероприятия, связанные с тайным расследованием обстоятельств происшедшего государственного переворота в королевстве Арк и судьбой принцессы Фонтейны, он оставил на следующий день.

8

— Феррагамо, чем вы там заняты с раннего утра? К вам прибыли Шилл и Орм, они хотят посоветоваться с вами и обсудить план дальнейших действий, а вы заперлись у себя в кабинете и никакой пользы от этого никому нет.

Чародей, бормоча себе под нос какие-то колдовские заклинания, оторвал, наконец, свой взгляд от запыленной книги, лежавшей у него на коленях.

— Я пытаюсь, — ответил Феррагамо, делая над собой усилие, чтобы не рассердиться на подобное обхождение, — составить или найти в книге готовое заклинание, которое поможет наилучшим образом в наших поисках.

— А зачем? — переспросил Брандел, не до конца, очевидно, выслушавший ответ чародея.

— О, Аркон! Пошли мне побольше терпения! Да потому, что нам надо как можно точнее знать, где содержится Фонтейна, прежде чем начнем прочесывать такой огромный лес. Может, у вас есть другие более ценные соображения, а?

Что-то похожее на очень слабое смущение проскользнуло на лице Брандела; он согласно кивнул головой, вышел из кабинета и тихо закрыл за собой дверь.

— Феррагамо занят делом. Не мешай ему! — промолвил Брандел, выходя из кабинета чародея и обращаясь к Марку, находившемуся в гостиной.

— Так, значит, нам остается только ждать, когда он появится со своими новыми соображениями? — спросил недовольный таким ответом Марк. Хотя сам он и не был сторонником тех, кто, не обдумав тщательно все за и против, быстро увлекаются какой-либо пришедшей им на ум новой идеей, в данном конкретном случае был неприятно удивлен подобной медлительностью Феррагамо.

Однако никто не возмутился ответом чародея, услыхав который, Шилл и Орм сразу же ушли к себе, сказав, что они придут позднее, а тем временем займутся подготовкой всего необходимого для поисков Фонтейны, с тем чтобы быть готовыми выступить сразу же, как только прикажет Феррагамо. Вскоре после их ухода в гостиную стремительно вошла Кория, сердито размахивая какой-то большой черной шляпой, очень запыленной, с висевшими на ней гирляндами паутины и засохшими шкурками лука, а также покрытой большими пятнами плесени.

— Где Феррагамо? — спросила она резко.

— Боже мой! Кория, что это у вас там? Похоже, что-то отвратительное!

— Да, уж, по-другому не скажешь! Это старая шляпа Феррагамо, и она вот уже более двух лет не попадала никому на глаза. Я нашла ее за печкой. Кория продемонстрировала шляпу всем присутствовавшим и добавила, сердито ухмыльнувшись:

— Я чуть в обморок не упала, когда увидела эту мерзость!

— Фу, гадость! Кория, может, вы захотели надеть ее кому-нибудь на голову?! — шутливо предостерег ее Марк.

— Может, именно на голову Феррагамо мне ее надеть? Сейчас мы спросим его об этом! Мне кажется, он придет в восторг и получит большое наслаждение, когда узнает, что может снова носить на себе эту старую и гнилую шляпу. Ведь он очень расстраивался, когда она затерялась куда-то. Ну так, где же он сам?

— Он в своем кабинете. А знаете, у него голова совсем лысая! Я видел! — захихикал Брандел, и лицо у него сделалось почти таким же злым, как и у Кории, которая уже направилась широким шагом к двери кабинета чародея. Открыв дверь, она, тем не менее, произнесла своим обычным ласковым голосом:

— Феррагамо, дорогой! Отложи на минутку свою книгу и взгляни, что я тебе принесла.

Раздался рыкающий голос Феррагамо, выражавший недовольство, который почти тут же сменился громким коротким смехом.

— Где ты взяла это? — спросил он супругу.

— Нашла на кухне.

— Однако, так невозможно работать! — проворчал чародей. — Ну почему мне не дают работать как следует все эти дни?!

— А над чем ты работаешь? — спросила Кория мужа.

— Я составляю колдовское заклинание, чтобы найти Фонтейну. Это может значительно облегчить наши поиски. И вот я вижу, все мои усилия вознаграждаются тем, что мне приносят мою паршивую старую шляпу.

Не успел Феррагамо произнести последние слова, как он и Кория услыхали в гостиной комнате какие-то непонятные стуки, грохот, возню и затем крики Марка. Чародей вместе с супругой опрометью бросились в гостиную и увидали, что Марк бегает кругами по комнате, а за ним гоняется большой исхудавший поросенок. Отчаявшийся Марк кричал во все горло:

— Помогите! Кто-нибудь, помогите мне, ради Бога! О-о-о!

Находившийся при этом Брандел ничего не делал для спасения своего брата, а лишь покатывался со смеху, чуть не падая со стула:

— Смотри, ты ему понравился! Ха-ха-ха! Не бойся, он просто хочет обнять тебя!

— Я согласен, пусть только он перестанет гоняться за мной! Помогите же мне, наконец! Феррагамо, пожалуйста! — взмолился Марк, почти рыдая.

Феррагамо, обнимая одной рукой Корию за плечи, громко приказал поросенку:

— Стоять на месте!

Поросенок, словно завороженный, резко остановился и вслед за ним остановился также раскрасневшийся и запыхавшийся Марк.

— Уф, спасибо, Феррагамо! Но что случилось? Чего надо здесь этому поросенку?

— Если я правильно понял, вот этот ваш новоявленный друг пропал несколько месяцев тому назад, о чем мне жаловался хозяин таверны «Русалка». Отсюда вытекает, что мои попытки использовать колдовские заговоры для поиска пропавших предметов, животных и людей приносят успех.

Феррагамо послал Брандела за хозяином «Русалки», чтобы тот забрал своего найденного, наконец, поросенка. Когда Брандел ушел, чародей, Кория и Марк уселись за стол, чтобы посоветоваться и решить, как лучше следует использовать заговоры. В последние дни отчаяние охватило всех именно потому, что время шло, а Фонтейна все дольше находилась в руках своих похитителей. Такое положение дел никого не устраивало.

Марк с каждым днем все более беспокоился о судьбе этой противной злючки принцессы. «Она не такая уж плохая, — думал он, вспоминая Фонтейну, — и я не желаю ей неприятностей в чем бы то ни было. Наверно, мне, все-таки, следует спросить мнение Пушка. Интересно, что он думает или знает о Паруккане?!»

Размышления Марка были прерваны чародеем, который сказал сердитым тоном:

— Но это же, право, смешно! Заклинание, которое я использовал, предназначалось для одной цели, а результат получился совсем другой. — «Да… — прибавил он мысленно, — я теряю контакт с объектом заговора».