Владычица снов. Книга вторая - Уайли Джонатан - Страница 55

— Т-так я-я и д-думал, что найду вас здесь, — заметил он, подойдя вплотную к хозяйкам фургона.

— Кедар! — воскликнула Ребекка.

— А почему такое изумление? — спросил он.

В его зеленых глазах вспыхивали искорки веселья.

— Но это же бесподобно! Ты же мне нынешней ночью приснился!

Кедар кивнул; заявление Ребекки, похоже, ничуть не удивило его.

— Т-так я и д-думал, что произойдет что-нибудь в этом роде, — усмехнулся он. — В-весь д-день мне было никак не собраться. Т-ты, д-должно быть, решила не оставлять меня в покое, в-вот я и п-пришел.

— Но как ты нашел нас?

— Следил за знаками.

— За какими еще знаками?

Этот вопрос, нахмурившись, задала Эмер.

Ребекка же промолчала, вспомнив, как Санчия заманила ее в свой фургон при первом посещении ярмарки. «Знак виден лишь тем, кому необходимо его увидеть».

— Огни, — пояснил Кедар. — Очень к-красивые. Н-ну, и чего же тебе от меня нужно?

И он сам, и Эмер глядели на Ребекку, ожидая разъяснений, но она замешкалась с ответом.

— Сама не знаю, — в конце концов призналась она.

Она понимала что появление художника имеет очень важное значение, но не понимала почему. И поскольку от девушки совершенно очевидно ждали разъяснений, она смутилась и почувствовала себя полной дурой.

После довольно продолжительного молчания Кедар пожал плечами, поставил наземь заплечную сумку с мольбертом и уселся на перевернутый ящик.

— А тебя зовут Эмер, правда? — спросил он.

— Правда. А откуда ты это знаешь?

— Х-хорошеньких д-девушек я з-запоминаю с первого взгляда, — с улыбкой ответил Кедар. Легкое заикание, похоже, ничуть не смущало его. — А что у тебя с глазом?

— Хочешь сказать, с моим живописным и непревзойденно прекрасным синяком? — рассмеялась Эмер. — Или он тебе не по вкусу?

— У т-тебя на лице все выглядит п-прекрасным, — галантно отметил художник. А затем, обращаясь уже к Ребекке, заявил: — Н-не могу сказать, б-будто в-виню тебя в том, что ты сбежала.

— А мы и не сбежали, — словно оправдываясь, возразила девушка. — В Крайнее Поле вторглись изменники, нам едва удалось спастись. Именно тогда и пострадало лицо Эмер.

— В-вот беда, — заметил Кедар.

В разговоре возникла еще одна пауза, на этот раз не столь напряженная, затем художник поднялся на ноги.

П-послушайте, — сказал он. — Я какое-то время побуду здесь. Ярмарка — н-недурное местечко для человека в-вроде меня, чтобы заработать себе на х-хлеб насущный. Рисунки и тому п-подобное. И если т-тебе удастся вспомнить, ч-чего именно т-тебе от меня н-надо…

Но Ребекка вдруг перестала слышать его слова, заметив, как из глубокой тени между фургонами к ним приближается еще кто-то. Ребекка узнала Эннис, и ей стало самую малость веселей, потому что наконец-то она смогла хоть что-то понять. «Вот почему он здесь. Они как-то друг с другом связаны». Ребекка разволновалась, чувствуя, что истина уже где-то рядом, хотя по-прежнему и недостижима. Но главное, поиск уже начался.

Эннис вошла в пятно света под фонарем над фургонной дверцей и взволнованно посмотрела на Кедара.

— Не уходи, — тихо попросила она. — Мне понадобится твоя помощь. Одной мне страшно.

— Ты что же, боишься меня? — после некоторый паузы спросила Ребекка.

— Не тебя. А того, что ты тут делаешь.

— Но я сама не знаю, что делаю здесь!

— Ты ищешь, — неожиданно вмешался Кедар.

Ребекка изумленно посмотрела на него.

— Вот именно! — воскликнула Эннис. — И я тоже ищу. — Она встретилась глазами с Прядущей Сновидения и теперь выдержала ее взгляд. — У тебя есть талисман. Ты ведь одна из нас, разве не так?

Ребекка извлекла цепочку с талисманом из-за пазухи и всмотрелась в изображенный на нем символ. Кедар с улыбкой наблюдал за ней.

— Это принадлежало Санчии, — неуверенно проговорила она. — Я сама не знаю…

Эннис протянула вперед руку и показала всем перстень на одном из своих пальчиков, миниатюрный рисунок на котором повторял знак Ребекки. Кедар, в свою очередь, поднял с земли сумку и показал ее всем женщинам. На металлической застежке поблескивал тот же самый символ.

— Ну и что все это значит? — спросила Эмер, переводя взгляд с одного знака на другой.

— Это знак принадлежности к тайному обществу, — пояснила Эннис.

— Мы называем себя Еретиками, — добавил Кедар. — Таков наш символ.

— Еретики! — воскликнула Ребекка. — Значит, вам известна теория о том, что история, повторяясь, идет по кругу?

— Что? — Эннис, без сомнения, смутилась.

— Еретики — это древняя секта. Их вера берет начало еще во времена перед соляным потопом, — заторопилась Ребекка, но тут же смешалась, заметив, сколь обескураженно смотрят на нее оба «еретика». — Паутина представляет собой бесконечный круг… Аломар написал книгу…

Но по-прежнему со стороны гостей она не дождалась никакого ответа.

— Я знаю, что н-на н-нас б-были когда-то г-го-нения, — подтвердил Кедар. — Н-но это кончилось д-давным-д-давно. Хотя к-кое-кто все еще придерживается на наш счет с-самых вздорных взглядов…

— Но в наши дни ничего подобного не происходит, — возразила Эннис.

Разочарование, которого Ребекка не смогла скрыть, явно огорчило сказительницу.

— А историю-то вашей секты вы хоть знаете? — без особенной надежды поинтересовалась Ребекка.

— В-в общих чертах, — нехотя признался Кедар. — У н-нас есть, р-разумеется, свои р-ритуалы, и члены секты обязаны помогать д-друг другу в минуту опасности. Н-но в-все это д-достаточно невинно…

— А что за ритуалы?

Ребекка, разумеется, ухватилась за случайно выдернувшуюся из клубка ниточку.

— Мы не имеем права рассказывать об этом, — поморщилась Эннис.

— Прошу тебя. Это очень важно.

— У нас есть особые приветствия, специальные знаки, — пояснил Кедар. — У нас даже есть свой гимн.

— Его поют только те, у кого есть слух, — тут же добавила Эннис.

— Но у тебя-то замечательный голос, — заверила ее Эмер.

— Вот только петь я не умею! — Сказительница, усмехнувшись, пожала плечами. — То есть умею, но плохо.

— А стоит самое меньшее троим из нас собраться вместе, мы поднимаем бокалы и клянемся п-памятью о в-волшебной старине, — закончил Кедар.

Ребекка ухватилась за слово «волшебный».

— Значит, волшебство? — спросила она.

— Все х-художники п-помешаны на в-волшебстве, — отмахнулся Кедар. — Т-только мало у кого получается.

Ребекка, понимая из услышанного все больше и больше, уставилась на Эннис.

— Но у тебя получается! — воскликнула она. — У тебя-то как раз получается!

— Это меня и пугает, — сокрушенно призналась Эннис. — Ты сама видела…

Кедар остро глянул на сказительницу.

— Ты что, колдунья? — спросил он.

— Нет. То есть да… Думаю, да. — Эннис совершенно растерялась. — Случается такое не часто — и каждый раз мне становится страшно.

— Значит, ты видела? — спросил у Ребекки Кедар.

— Да.

Ну вот, наконец-то хоть кто-то ее понял.

Следующий заговорила Эмер, обратившись к Ребекке, которая во все глаза смотрела на Кедара.

— Выходит, ты тоже колдунья?