Любовь всепроникающая - Ямина Элла - Страница 33

— Да, чего-чего, а вкус в магазине не купишь, — подхватила Света, смакуя свое желание основательно промыть всем косточки.

— Девчонки, да оставьте вы в покое Мартынову. Это же хорошо, что она похорошела, расцвела, может, влюбилась, а может у неё появился друг. Не все ли равно. Лучше поговорим о курсовых. Какие темы вы себе выбрали?

— Эх, Таня! Вечно ты про учебу. Ты наверное до сих пор сохнешь по своему Андрею? — укоризненно спросила ее Лена, — Оглянись, сколько хороших холостых парней вокруг. Пора бы и тебе обзавестись партией.

— Да, но только не в нашем институте. Наши мальчики разве что для таких как Мартынова сгодятся, — смеясь, посоветовала Света.

— Ага! А кто это дружил на первом курсе с Аннушкиным? А? Не ты что ли? — тут же не преминула заметить Лена.

— Да вовсе и не на первом курсе, а до того, во время первой поездки на сельхозработы. И если честно, я вовсе не дружила с ним, а просто морочила ему от скуки голову. Из спортивного интереса. Меня тогда заинтересовало, почему это он на короткой ноге со всеми нашими преподавателями. Без году неделя в институте, а уже держится с ними как на равных, — пыталась оправдаться Света.

— А разве ты не знала, что Аннушкин еще до поступления работал у нас в институте электриком.

— Ну не у всех же родственники в нашем вузе, — укоризненно ответила ей Света. У Лены в институте работала одна из ее дальних родственниц.

— Лена! Света! Прекратите спорить! Вам никак не понять, что кроме Андрея мне никто не нужен. Давайте лучше посмотрим новый выпуск "Бурды", — предложила им Таня, чтобы как-то предотвратить нависший в комнате спор.

Вечером, после циркового представления, Света поехала домой, а Лена отправилась ночевать к Тане, так как не решалась в такой поздний час возвращаться в дальний район города одна. Подруги дождались рейсового автобуса, и уютно усевшись в передней части салона, стали вспоминать захватывающие трюки из выступления всемирно известного иллюзиониста Игоря Кио. Автобус был битком набит людьми, но со временем, ближе к дому, стало просторнее и легче дышать. Оглянувшись, Лена обратила внимание на группу юношей, только что вышедших из автобуса.

— Надо было нам обосноваться в задней части автобуса, там всегда больше молодёжи, — с сожалением отметила она, провожая парней глазами.

Таня тоже оглянулась, она скользнула взглядом по сидящим в салоне пассажирам и с удивлением заметила:

— Лена, посмотри на второй ряд справа от нас. Мне кажется, там сидит Аннушкин.

И подруги, одновременно обернувшись, стали разглядывать своего однокурсника. А это действительно был он. Аннушкин сидел боком, склонив вперед голову. В волосах у него запуталась паутина и парочка желтых осенних листиков, одежда была измятая и грязная.

— Да, Валерка, и как это ты до такой жизни докатился? — с горечью и усмешкой пробормотала Лена.

— Послушай, Лена, скоро конечная остановка. Нам выходить. Судя по всему Аннушкин напился со своими дружками и уснул. По-моему, он живёт в противоположном направлении от меня, где-то в районе Аламедина. Давай разбудим его, пусть выходит, садится в другой автобус и едет домой. Уже поздно, а завтра с утра на занятия, — предложила Татьяна…

Лена согласилась, подруги подошли к Аннушкину и стали тихонько его будить. Но ожидаемой ими реакции не последовало. Водитель объявил в микрофон конечную остановку. В салоне кроме двух подружек и Аннушкина никого не осталось. Двери открылись, и девочки нерешительно направились к выходу. Но громкий голос водителя остановил подруг:

— Девушки, заберите с собой вашего парня.

— Он вовсе не наш, мы его не знаем, — испуганно закричала в ответ Лена.

Тогда водитель вышел из кабины и подошёл к Аннушкину. Таня стала ему объяснять ситуацию:

— Мы пытались его разбудить, но безуспешно.

— Сейчас я попробую, — сказал водитель и взяв Аннушкина за голову, хотел было привести его в чувства. Но затем с ужасом в лице проговорил:

— По-моему ему уже ничего не поможет, смотрите, он весь холодный и синий. Этот парень мертв.

"А…!", — словно ужаленная крикнула Лена и пулей понеслась прочь. Инстинктивно поддавшись панике, побежала за ней и Татьяна. С молниеносной скоростью подруги неслись в направлении дома. Завидев знакомый подъезд, им удалось немного очнуться от шока и остановиться. Девушки присели на лавочку, чтобы перевести дыхание.

— Ты чего так ринулась? — спросила у Лены Танюшка.

— Я ужасно боюсь мертвецов, — чуть дыша произнесла побледневшая Лена.

— Откровенно говоря, я тоже, — согласилась с ней Таня.

— Да и что мы могли сделать для мертвого? Таскаться ночью по милицейским участкам мне совсем неохота, — с дрожью в голосе проговорила Лена.

— Да, ты права. Родители стали бы волноваться, если бы мы не пришли вовремя домой, — поддержала подругу Татьяна.

Не говоря больше ни слова, девушки отправились домой. Лежа в кроватях, они еще долго вспоминали пережитое. Им было от души жаль так рано ушедшего из жизни совсем еще молодого Аннушкина Валерия. Он был одним из самых видных парней их курса: высокий, хорошо сложенный, с большими серо-голубыми глазами и темно-русыми немного волнистыми волосами. Тане не нравилась в нем лишь его резкая манера говорить колкости.

Затем наступило обычное осеннее утро, неся с собой заботы и волнения грядущего дня. Таня с Леной договорились никому не говорить о произошедшем, могло случиться, что водитель ошибся. На первой паре, оглядев ряды однокурсников и констатировав отсутствие среди студентов Аннушкина, они всё же не сдержались и поведали о своей ужасной встрече в автобусе Свете. На Свету смерть Валеры произвела неизгладимое впечатление. Остаток дня подруги проходили печальные, то и дело вспоминая Аннушкина, снова и снова находя в нем хорошие черты и качества, которых почему-то не замечали ранее.

На следующий день погода заметно испортилась, всё небо было затянуто темными грозовыми тучами, нещадно дул холодный северный ветер. Войдя в фойе института, Тане бросилась в глаза обрамленная в черную рамку фотография Аннушкина. Под фотографией стояли цветы и жирным чёрным шрифтом навевал тоску скромный некролог. Ужас вновь охватил Татьяну: значит всё подтвердилось, все её надежды на то, что водитель ошибся, были напрасны. В лекционном зале стоял привычный гул, что говорило об отсутствии лектора. Танюшка села возле Светы и Лены и девушки многозначительно переглянулись. Раздался звонок, в аудиторию одновременно вошли доцент Бакунин и зам. декана по воспитательной работе Гнатюк. Гнатюк сообщил студентам о безвременной кончине студента третьего курса и бывшего работника института Аннушкина Валерия Илларионовича. Затем он произнес несколько теплых слов в адрес усопшего и попросил присутствующих почтить память ушедшего из жизни однокурсника минутой молчания. Это официальное сообщение о смерти Валеры окончательно испортило настроение подругам, они совсем сникли и остаток дня провели, грустно охая и вздыхая. Света даже откровенно призналась, что целовалась с Валерой во время поездки на сельхозработы на первом курсе.

Но, как говорится, время лечит, и на следующий день настроение у подружек заметно улучшилось. Получив задание конспектировать труды классиков марксизма-ленинизма, девушки решили прежде, чем ехать на весь день в библиотеку, основательно подкрепиться в студенческой столовой.

— Не очень вкусно, но за такие деньги есть можно, — приглядываясь к содержимому тарелок, заметила Света.

— Да вспомните лучше, как нас на сельхозработах кормили, — тут же возразила Лена.

— А разве плохо? На "сельхозработах" у нас был "свой человек" на кухне — Шахеризада. То баклажанчики пожарит, то грибочками угостит. А яблоки и помидоры — ешь сколько хочешь. Я даже поправилась на три килограмма, — включилась в беседу Татьяна.

Девушки заплатили за свои комплексные обеды и сели к наиболее чистому столику у окна. Продолжая беседу, подруги весело принялись за первое. Но громкий басовитый мужской голос за их спиной внезапно прервал всеобщее веселье: