Любовь всепроникающая - Ямина Элла - Страница 37

— Танька, ты кого там высматриваешь? — поинтересовалась Света, глядя на Таню, которая наблюдала за зрительным залом через небольшую дырочку в увесистых темно-вишневых бархатных занавесях.

— Ой, Света, мне боязно выступать перед таким огромным количеством людей.

— Ничего, не трусь. Дарья Михайловна вытянула жребий выступать пятыми. Посмотришь, как поют другие, и успокоишься. Думаешь, я не волнуюсь. Я только что видела в зале двух моих знакомых парней. Нельзя ударить в грязь лицом, надо постараться за честь института, — слово в слово повторила Света слова "Михалыча".

Но это не успокоило Татьяну, у неё продолжали трястись поджилки. Она решила отвлечь себя повторением текста песни, но с ужасом заметила, что слова и куплеты путаются у неё в голове. Танюшку охватила паника, захотелось бросить все и убежать как можно дальше. Но чувство ответственности все же взяло верх и она снова принялась разглядывать зрителей в зале. Наконец среди членов жюри Таня заметила Александра Михайловича.

— Света, смотри, "Михалыч" сидит в жюри.

— Да. А ты разве не знала, что он член жюри? Иметь своего человека в жюри — большое дело. Не бойся, Таня, всё будет чин-чинарём, — дружески заверила Света Татьяну.

После выступления агитбригады, созданной студентами — второкурсниками, объявили их выход. Занавес распахнулся и Танино сердечко забилось с бешеной скоростью, казалось, оно сейчас выпрыгнет наружу. Она и Света стояли спереди у самого края сцены, за ними — в два ряда девушки и парни их института. Татьяна была уверенна, что все взгляды в зале устремлены именно на неё. К счастью, Света взяла её за руку, и от этого Тане сделалось немного легче. "Давай смелее, как на экзаменах", — подумала она и к своему собственному удивлению с первыми аккордами фортепиано начала звонко петь заученную для конкурса песню "О мире…". Александр Михайлович, слушая их выступление, одобрено кивал головой. От этого Татьяна стала ещё уверенней. Она спокойно, не запинаясь и не путая слов, пропела всю свою партию до конца.

Закончив петь, Света убежала со своими знакомыми парнями в город, а Татьяна отправилась домой на автобусную остановку. На остановке она повстречала Римму, одну из последних подружек Андрея. Одетая "по последнему писку" моды, Римма училась в университете на экономическом факультете. Поговаривали, что её мать работает директором торговой базы, и поэтому у Риммы проблем никогда не было и быть не может. В ушах у неё были большие, очень модные, увесистые золотые серьги. Глядя на нее, Таня с радостью для себя отметила, что Андрей все же предпочитал не только блондинок. Римма была красивой шатенкой с большими выразительными голубыми глазами и пышными длинными черными ресницами. Знакомы они были через Танину одноклассницу Марину, с которой Римма жила в одном доме.

— Можно поздравить тебя с удачным выступлением, — улыбаясь, похвалила Римма.

— Не преувеличивай, после нас участники выступали намного лучше, — скромно ответила Татьяна, — а ты тоже пела?

— Нет, я приезжала "поболеть" за своих. Наша группа отправилась в общежитие праздновать, а мне нужно ехать домой. У нас сейчас ремонт в квартире, повсюду такой кавардак, ничего невозможно найти. Еду наводить порядок. Послушай, ты, кажется, живешь в одном доме с Андреем? Как он там, не вернулся ещё из армии?

— Нет, по-моему ему осталось служить ещё два месяца. А разве ты с ним не переписываешься? — немного удивившись, спросила Таня.

— Он написал мне несколько писем в прошлом году, но я поленилась ответить ему, — призналась Римма, — Андрей, наверное, обиделся и перестал писать.

— Ну так возьми и напиши ещё раз, — посоветовала сама не своя Таня.

— А зачем? Приедет, разберемся, — спокойно отмахнулась Римма.

Подъехал автобус, который мгновенно до отказа наполнился людьми. Римму с Таней под давлением толпы унесло в разные части салона, поэтому их разговор непроизвольно прервался. Татьяна снова загрустила, Андрей писал письма другим девушкам, почему же он до сих пор не ответил ей? Ближе к дому народ стал рассеиваться, и Татьяна решила возобновить свой разговор с Риммой, но, к сожалению, заметила, что Марининой соседки в автобусе уже не было.

Невольно Танюшке пришлось быть свидетельницей довольно смешной сцены. В задней части автобуса находилась площадка для стоящих пассажиров. Среди других пассажиров особенно выделялась из толпы высокая пышногрудая женщина, державшаяся одной рукой за верхний поручень. Одета она была соответственно теплым температурам сезона в легкий лиловый сарафанчик на бретельках. Волосы подмышками у женщины не были сбриты и густыми пучками торчали в разные стороны. Рядом с ней стоял невысоко роста, примерно по плечо этой женщине, лысый мужчина. Он держал в руках большую увесистую картонную коробку, поэтому не мог держаться за поручни. На повороте водитель автобуса резко притормозил, и мужчина непроизвольно прямо носом нырнул под мышку пышногрудой даме. Таня засмеялась, вспомнив при этом строчки из стихотворения Маяковского: "Расчёсывая пышные меха подмышек…"

22. Обет безбрачия

"Почему Андрей до сих пор молчит? Может письмо не дошло, затерялось в дороге"? — от таких мыслей Таню начинало коробить. Но все же где-то в глубине души она не переставала надеяться. "Надо набраться терпения", — успокаивала сама себя Танюшка, — "И чтобы постоянно не думать об одном и том же, надо больше заниматься, работать на износ". И она с головой уходила в учёбу: писала, читала, учила, рьяно одолевала азы науки.

Прошла неделя, другая, целый месяц пролетел, но ответа на ее письмо всё не было. И Татьяна решила во всем признаться Зое, так как не могла больше носить в себе тяжелый груз душевных тревог и переживаний. Внимательно выслушав Танино признание, Зоя задумалась:

— Танечка, не переживай. Я думаю, ты правильно поступила, написав Андрею письмо. Письменное признание в любви сделать намного легче устного. Представь себе, ты встречаешь Андрея в подъезде и начинаешь признаваться ему в любви. В письме не надо краснеть и ждать сиюминутного ответа. Пусть Андрей подумает, взвесит все за и против, или, ещё лучше, вернется из армии и сразу сделает тебе предложение.

— Зоя, не надо меня успокаивать. Если бы я ему хоть немного нравилась, он бы мне уже давно ответил. Андрей постоянно дружил с разными девочками, почему нельзя хотя бы по-дружески переписываться со мной? — недоумевала Татьяна.

— Ой, не знаю, Таня. Когда я с ним дружила, иногда Андрей казался мне каким-то неуверенным в себе. Почему он до сих пор молчит, я понятия не имею. Во всяком случае, Андрюшка теперь знает о твоих чувствах к нему. Тебе ничего другого не остается делать, как ждать, подруга. Думаю, что время расставит все точки над "и". Давай, не грусти, а поехали лучше с нами в субботу в горы, на Ала-Арчинское водохранилище. Аленин отец обещал нас отвезти. Поедешь? Соглашайся, уже цветут первые тюльпаны. Скоро май!

— Хорошо, уговорила, — согласилась Танюшка, почувствовав после исповеди некоторое облегчение. — Я даже и не заметила, как все расцвело кругом, позеленело.

И Танюшка не пожалела. Было просто великолепно снова оказаться вдали от пыльного и шумного города! Танины глаза с наслаждением купались в сине-зелёном море гор и оврагов. Она смотрела на усыпавшие долину красные волнующиеся маки, на пышное разнотравье склонов, на сочные зеленые пастбища, и на душе у неё был праздник, всё ликовало и пело в ней, каждая клеточка трепетала от счастья. Вот весело порхали две синие бабочки, стремительно пронеслись куда-то огромные черные стрекозы, а там, под сенью деревьев, важно засеменил куда-то маленький колючий ежик. Чудесный чистый горный воздух действовал освежающе. "Что ещё нужно для счастья"? — опьянев от впечатлений, по-детски радовалась Татьяна. Она чувствовала себя маленькой частичкой всего этого величественного и прекрасного мира.