Здравствуй, Марс - Моисеев Владимир - Страница 30

               — Правильно мы сделали, что прилетели сюда! — сказал Логов. — Посмотри, Вик! Красота! Где бы ты еще увидел такое великолепие!

               Перед глазами его проплывали горы, полуразрушенные кратеры, скалы, ровные пустыни и ветвящиеся трещины, так напоминающие русла земных рек. Логов был горд, это ему и его друзьям предстоит выяснить природу этих образований. На берегу, вблизи от трещин, можно будет попробовать обнаружить следы марсианской жизни. Впрочем, если раньше на Марсе и не было живых существ, теперь они там появятся. Уже сегодня.

               Его размышления были прерваны сообщением с Земли. Поступило подтверждение того, что первые четыре корабля успешно выполнили свою миссию. Посадочные модули доставили переселенцев и оборудование в районы ранее подготовленных баз. Вот и настала их очередь. Из Центра управления поступила команда перебраться в спускаемый модуль. Отделение отсеков и посадка будут производиться автоматически, опоздавших ждать никто не собирается.

               Марта отдала приказ надеть скафандры и занять места в спускаемом модуле. Там было тесно. Но до посадки оставалось всего несколько часов. Так что можно было потерпеть.

               — О чем ты сейчас думаешь, Логов? — спросила Марта.

               Он хотел честно признаться, что ни о чем не думает, но вспомнил о том, как однажды пытался собрать мелкие шарики ртути из разбившегося градусника, и рассказал об этом.

               — Странные воспоминания у тебя. Разве сейчас делают ртутные градусники? По-моему, их давно уже заменили электронными, — удивился Вик.

               — Наверное, это воспоминание, оставшееся с детства. Бабушка или мама, сейчас я уже не помню кто, научили меня собирать ртуть с помощью хлебного мякиша. Помню, меня эта процедура так удивила, что я надолго запомнил, как правильно это следует делать. А сейчас вспомнил, не знаю почему.

               — Интересно, — сказала Марта.

               Раздался сигнал оповещения о начале спуска на Марс. Через десять секунд корабль успешно разделился на модули, которые устремились вниз, повинуясь сигналам с принимающей их базы.

               — Вы успели пристегнуться? — спросила Марта. — Поторопитесь, а то разобьете себе голову.

               — Ты с нами, как с малыми детьми.

               — Мое дело напомнить.

               В этот момент сработал посадочный двигатель модуля, и невесомость сменилась перегрузкой. Логов догадался, что отвечать нет смысла. Любой человек, не успевший вовремя позаботиться о себе, неминуемо треснулся бы головой о приборную доску. Ему было бы больно и стыдно за то, что он допустил такой глупый просчет, поэтому он тем более бы промолчал.

               — Здравствуй, Марс! — сказал Вик.

               Вот и прошел месяц марсианской жизни. Работы было очень много. Логов с Мартой занимались устройством жилого помещения в одной из пещер, приготовленной для переселенцев строительным принтером. Они должны были перетащить со склада технической мастерской нужную электронную аппаратуру, запасные системы регенерации кислорода и накопители технической воды. Генератор пищи полагалось установить последним, поскольку жить и питаться они пока еще были вынуждены в спускаемом модуле.

Вик занимался настройкой энергетического модуля, который совершил посадку метрах в трехстах от входа в пещеру. Главной его задачей было убедиться, что ядерный миниреактор вышел на проектную мощность. Хорошо, что проблем не возникло, марсианская база недостатка в энергии не испытывала. Весь день Вик проводил на своем посту, возвращаясь в жилой модуль только для приема пищи и сна.

               Надо признать, что Логова это устраивало, потому что позволяло больше времени проводить с Мартой. За все время пребывания на Марсе он ни разу не пожалел о том, что ввязался в эту авантюру. То, что это авантюра, он понял сразу, как только его нога ступила на марсианский грунт. Если бы не Марта, долго бы Логов не протянул. Она, каким-то непостижимым образом, находила выход из, казалось бы, совершенно безнадежных положений. Во всяком случае, только благодаря ее заботе в оранжерее выжили растения. Удивительно, насколько Логов оказался неприспособлен к самостоятельной жизни. От него не требовалось совершать подвиги или до предела напрягать силы в бесконечной борьбе с нечеловеческими условиями существования. Ничего подобного, жизнь переселенцев поддерживалась автоматами, запрограммированными на Земле. От них ждали заботы о собственном выживании и некоторого старания сделать жизнь на марсианской базе по возможности комфортной. Так несколько дней было потрачено на эксперименты с принтером, они пытались выяснить, какой сорт поролона наибольше подходит для матрасов и подушек. Но даже то малое, что требовалось от Логова, давалось с трудом. Если бы не команды Марты, ему бы пришлось трудно.

               На других базах обстановка была катастрофическая. Переселенцы пребывали в состоянии полного отчаяния. Две базы так и не вышли на связь. Логов предполагал самое худшее.

               Вердиктов, по-видимому, окончательно сошел с ума. Его многословные обращения к переселенцам в первое время были более или менее связны, но когда Логов от него услышал: «Мне нравится похлебка из хлореллы, жаль, что я не ел ее на Земле», он понял, что с психикой этого человека произошли необратимые изменения. Хорошо, что он находился на расстоянии двухсот километров. Это, впрочем, не освобождало Логова от необходимости по часу в день вести с ним занудные разговоры.

               — Вы слышали, Логов, что произошло с третьей базой? Там был мой человек, будущий герцог, он рассказал, что случилось. Командир базы поддерживал связь с группой американских ученых из МТИ, внимательно выслушивал их советы, доверял им и беспрекословно выполнял любой приказ. Однажды из Америки сообщили, что переселенцы должны умереть на шестьдесят восьмой день. По мнению ученых, растения, которые мы выращиваем для питания, производят слишком много кислорода, что неминуемо приведет к смерти от асфиксии.

               — А открыть форточку и проветрить нельзя будет? — удивился Логов.

               — Не перебивайте, Логов! Вы ничего не понимаете. Мой герцог нашел выход: он уничтожил все растения и разбил установки, вырабатывающие кислород. После чего связь с базой почему-то сразу прервалась и до сих пор не восстанавливалась.

               — Чокнулся! — расстроился Логов.

               — Нет, — сказал Вердиктов. — Думаю, что он нашел правильный выход из сложившегося положения. Скоро и нам придется принимать сложные решения.

               После этого заявления Логов еще раз порадовался тому, что еще на Земле решил держаться от этого человека подальше.

               — Можно я буду называть вас маркизом? — спросил Вердиктов.

               — Нет.

               — Почему вы так упрямы? Соглашайтесь!

               — Ни при каких обстоятельствах.

               Вот чего Логов не ожидал, так это того, что люди на Марсе не захотят общаться с переселенцами с других баз. Это было неправильно. По его представлениям бывшие земляне должны были дорожить общением с подобными себе людьми. Однако вышло по-другому. Если не считать частых радиообращений Вердиктова, остальные марсиане крайне неохотно выходили на связь. И сам Логов особого желания вести беседы с соседями не испытывал. Все равно технической возможности навестить их не было. Они были для него также недостижимы, как и управленцы из Агентства, оставшиеся на Земле. Разговаривать с ними имело смысл только при крайней необходимости, когда требовалась срочная консультация.

               Это отчуждение возникло сразу. Логов, честно говоря, не видел в сложившейся ситуации ничего плохого. У него была Марта, и был Вик. Так что общения ему хватало. Он вспомнил, что на Земле не нашел времени познакомиться с другими переселенцами. Кроме Вердиктова, само собой. И в этом не было ничего удивительного, на полет в один конец, не предусматривающий возвращения, согласиться могли только люди, ведущие одинокую замкнутую жизнь. Логов вспомнил, как пытался составить список людей, с которыми ему следовало бы попрощаться, и как потерпел поражение в этом предприятии. Забавно это выглядело со стороны, он рассмеялся.