Не там и не тогда. Когда началась и где закончилась Вторая мировая? - Паршев Андрей Петрович - Страница 54

54

15 декабря 1949 г. ЦРУ «представило собственную оценку эффективности албанского антиправительственного подполья. Весьма пессимистически в ней рассматривались перспективы его деятельности, прямо указывалось на неспособность свергнуть режим – в ближайшие месяцы или позднее. Резкой критике подверглось и собственное “детище” – Комитет Свободной Албании. Последовали оргвыводы: инициатива осуществления антиалбанских операций перешла из британских рук к американцам».[299]

Однако принципиальный подход к содержанию операций американцы не изменили. Ставка вновь делалась на небольшие группы бойцов, имевших связи с местным населением, подготовляющих очаги вооруженного сопротивления и антикоммунистической пропаганды.

Подготовку диверсантов ЦРУ развернуло вблизи Мюнхена в Западной Германии, под прикрытием «рабочего батальона» албанцев. Вскоре это формирование получило название «Батальон 4000» и насчитывало 250 эмигрантов из Албании. В июне 1950 г. открылись 6-месячные курсы подготовки диверсантов на базе лагеря в Дахау. Программа обучения включала в себя строевую подготовку, умение оказать первую помощь, умение владеть оружием, взрывчаткой, радиосвязью, автомобилем. Кроме того, американцы решили изменить способ заброски диверсантов. Отныне забрасывать их на албанскую территорию планировалось с помощью авиации на парашютах.

Начиная с 19 ноября 1950 г., ЦРУ приступило к массовой заброске диверсионных групп в Албанию. При этом парашютистам приходилось совершать прыжок с предельно низкой высоты (примерно 160 метров), что требовало высочайшей квалификации, которой «эльфы» не обладали, в связи с чем диверсанты гибли десятками. Однако руководство операцией не могло отказаться от иллюзии: «стоит засыпать Албанию с воздуха парашютистами и оружием, как там произойдет восстание».[300]

Самой громкой акцией «эльфов» в феврале 1951 г. стал обстрел советского посольства в Тиране. Другие операции заброшенных диверсантов в ЦРУ воспринимались с изрядной долей скептицизма, особенно информация о создании подпольных группировок – «Национальная лига в горах», «Свобода», «Скандербег», «Призыв» и «Национальное единство».

Тем не менее, в начале 1952 г. американцы пришли к выводу, что «албанский режим удалось расшатать до такой степени, что достаточно одного энергичного усилия – и он падет».[301] Для ускорения падения просоветского режима было решено направить в Албанию опытных, авторитетных лидеров, преданных экс-монарху Зогу. Выбор пал на троих – Э. Шеху, X. Браницу и X. Дюле.

28 апреля 1952 г. три лидера и радист, перешла греко-албанскую границу в районе Корчи, благополучно достигнув базы в районе Мати. С этого момента, группа Шеху регулярно выходила на радиосвязь, докладывая о достигнутых успехах и заказывая грузы: золото, оружие, взрывчатку, снаряжение и т. д.

После смерти И. В. Сталина в ЦРУ решили, что момент для решительного выступления настал. 1 мая 1953 г. в Албанию были заброшены фигуры первой величины во главе с X. Матьяни. Однако время шло, а восстания против режима Э. Ходжи не начиналось. Лишь в апреле 1954 года на судебном процессе в Тиране выяснилось: «восемнадцать месяцев после ареста Шеху с американцами велась радиоигра. Вся шпионская сеть в Албании уничтожена: диверсанты попадали при заброске прямо в руки поджидавших в засаде. Это был полный крах».[302]

Отдельно стоит сказать о том, что срыву операции «Албания» активно способствовал советский разведчик Ким Филби. Работая в британских спецслужбах, он был в курсе антиалбанских акций и делал все для их провала.

В конце Второй мировой войны и в первые послевоенные годы в Восточной Европе активно применялись так называемые «чистки». При этом коммунистические партии до появления народных армий, опирались на свои вооруженные формирования. К примеру, в Румынии, такие формирования назывались «Патриотической гвардией». Отряды гвардии были сформированы компартией в период подготовки антифашистского восстания (23 августа 1944 г.). После освобождения Румынии от гитлеровцев эти отряды были не только сохранены, но и усилены. Английские представители в Союзной контрольной комиссии (СКК) неоднократно настаивали на разоружении «коммунистической гвардии», но советская сторона не давала на это согласие.

Болгария, по мнению отдельных исследователей, особенно отличилась в области «чисток». Уже в марте 1945 г. «народными судами» было вынесено 10 897 приговоров по 131 процессу и приговорено к смерти 2138 человек, среди которых фигурируют члены регентского совета, в том числе брат царя Бориса III, большинство членов парламентов и правительств за весь период после 1941 г., высшие военные чины, полицейские, судьи, промышленники, журналисты.

Подобные «чистки» проводились и в других странах – Венгрии, Румынии, Чехословакии, Югославии. При этом особое внимание обращалось на армию и офицерский корпус, которые в этот период находились в состоянии строительства новых – народных вооруженных сил.

Так, например, в Румынии «чистка» армии под контролем коммунистов осуществлялась по следующим семи категориям: «1) военные преступника и лица, виновные в бедствиях страны, 2) политически неблагонадежные лица, 3) профессионально неподготовленные лица, 4) морально неспособные, 5) физически неспособные, 6) по возрасту и 7) по сокращению штатов».[303]

В Венгрии «чистка» армии проводилась осенью 1945 г. Однако весной 1946 г. компартия страны, опираясь на поддержку СКК, добилась от правительства дальнейшей «чистки». Взамен «проверочных», были созданы так называемые «селекционные комиссии», которые начали увольнять из армии политически неблагонадежных офицеров и унтер-офицеров. К 1 маю 1946 г. численность венгерской армии была сокращена до 23 716 человек. Но по требованию коммунистов в первой половине 1947 г. в армии была проведена новая «чистка». На этот раз из армейских рядов было уволено 14 генералов, 374 старших и 2292 младших офицеров, а 618 военнослужащих были преданы суду военного трибунала.[304]

Более того, в той же Венгрии в 1949 г. была принята новая Конституция, на основании которой избирательных прав лишались умалишенные и «враги трудового народа». Законодательство уточняло, кого следовало понимать под «врагами» и против кого были направлены основные репрессии властей, это – «бывшие руководители фашистских и профашистских партий, организаций и союзов; бывшие сотрудники венгерской королевской жандармерии, которые не стали на учет для прохождения специальной проверки или подвергались такой проверке, но не были реабилитированы; лица, земельные владения которых были конфискованы в 1945 г.; лица, уволенные со службы из государственных учреждений и частных предприятий во время чистки государственного аппарата в 1946 г.; лица, находящиеся по политическим причинам под надзором полиции».[305]

Массовые репрессии в странах народно-демократического строя, порождали чудовищные случаи самосуда со стороны отдельных лиц, облеченных властью. Так, в венгерском селе Гиемре коммунист-полицейский арестовал и расстрелял без суда 26 человек, а в городе Кечкемет шеф местной полиции, тоже коммунист, чинил зверства над арестованными.[306]

Стоит также заметить, что в период «чисток» в армии, госучреждениях и т. д. наблюдался огромный прилив в ряды коммунистических партий новых членов. Например, в 1948 г. в Коммунистическую партию Чехословакии было принято 115 099 бывших национальных социалистов, 111 535 социал-демократов, 25 278 лидовцев и почти 100 тыс. словацких демократов.[307]

вернуться

299

Там же. С. 39.

вернуться

300

Потехин А. Указ. соч. C. 40.

вернуться

301

Там же.

вернуться

302

Там же.

вернуться

303

Зарождение народных армий стран – участниц Варшавского договора 1941–1949 гг. М., 1975. С. 208.

вернуться

304

Там же. С. 326, 329.

вернуться

305

Нежинский Л. Н. Очерк истории народной Венгрии 1948–1962. М., 1969. С. 121.

вернуться

306

Ситон-Уотсон X. Захват власти // Политическая история стран Восточной Европы после 1945 г. в зарубежных исследованиях. Вып 1. Сб. рефератов. М., 1991. С. 37.

вернуться

307

Коциан И., Вошагликова П. Чешские некоммунистические партии после февраля 1948 г. // Политические системы СССР и стран Восточной Европы. 20–60-е годы. М., 1991. С. 103.