Не там и не тогда. Когда началась и где закончилась Вторая мировая? - Паршев Андрей Петрович - Страница 61

61

«1) Насколько Советское правительство может использовать свое влияние для прекращения вмешательства англичан в политическую жизнь и внутренние дела Греции. 2) Оказать военную помощь боеприпасами, продовольствием и оружием, а также и другими средствами борьбы. Нам раньше всего нужны патроны, питание, оружие, чтобы сформировать новые части. 3) Содействовать оказанию нам помощи со стороны наших братских соседних народов. Мы просим понять наше сложное и трудное положение. Вмешательство Англии грозит разгромом народного движения, представляющего одну из важнейших опор демократии на Балканах».[352]

Тем не менее, факт остается фактом: на данном этапе Греция стала разменной монетой между Лондоном и Москвой в столь щепетильном вопросе, как распределение сфер влияния в послевоенной Европе. Именно на это недвусмысленно намекал один из руководителей КПГ К. Карагеоргис в феврале 1945 г. в своей статье «Греческая проблема на международном уровне» опубликованной в партийном журнале «Комунистики эпитеориси».[353]

В своих подозрениях греческий коммунист не обманулся. Еще в ноябре 1944 г. в аналитической записке «О перспективах и возможной базе советско-британского сотрудничества», подготовленной специальной комиссией заместителя наркома иностранных дел СССР М. М. Литвинова, указывалось:

«Единственное крупное противоречие в англо-американских отношениях, которое послевоенная эпоха унаследует от прошлого, может вытекать из соображений равновесия сил в Европе. Это противоречие может даже получить остроту в результате возросшей мощи СССР, который после поражения Германии, ослабления Франции и Италии окажется единственной могучей континентальной державой. Но именно вся острота данного вопроса должна с особой силой толкать Англию к соглашению с нами. Такое соглашение осуществимо лишь на базе полюбовного разграничения сфер безопасности в Европе по принципу ближайшего соседства. Своей максимальной сферой интересов Советский Союз может считать Финляндию, Швецию, Польшу, Венгрию, Чехословакию, Румынию, славянские страны Балканского полуострова, а равно и Турцию.

В английскую сферу безопасности могут быть включены Голландия, Бельгия, Франция, Испания, Португалия и Греция. Третью нейтральную сферу образуют Норвегия, Дания, Германия, Австрия и Италия».[354]

Более того, в сентябре 1944 г. английский посол А. Кларк Керру получил официальное заявление советского руководства о том, что «оно не имеет возражений против посылки британских вооруженных сил в Грецию» и что «советское правительство не имеет намерения посылать свои войска в Грецию».[355]

Между тем гражданская война в Греции продолжались. Против отрядов ЭЛАС действовали правительственные военные формирования, объединившиеся в блок, известный под названием «Черный фронт». В него вошли отряды ЭДЭС, ЭККА, «охранные батальоны» под командованием С. Гонатаса, «Горная бригада», «Священная рота», а также вооруженные части офицерских организаций «САН», «РАН», «ИДЭА» и «X». Отрядам «Черного фронта» явно и тайно оказывали поддержку английские войска.

И чем ожесточенней становилось военные действия на фронте, тем явственней проявлялись признаки раскола внутри коалиции ЭАМ. В 20-х числах января пять членов руководства Социалистической партии, и партии Народной демократии выступили за отказ от продолжения вооруженной борьбы и заявили о своем выходе из состава ЭАМ. В сложившихся условиях КПГ по настоянию Г. Сяндоса согласилась на прекращение боевых действий.

12 февраля 1945 г. между представителями греческого правительства Пластираса, руководством КПГ и ЭАМ в городе Варкиза был заключен договор о перемирии. В соответствии с ним отряды ЭЛАС распускались. Однако радикальная коммунистическая группировка во главе с А. Велухиотиосом отказалась соблюдать договор, мотивируя свой отказ стремлением продолжить вооруженную борьбу до полной победы левых сил и неверием в соблюдение договора правительством Пластираса.

В свою очередь, Г. Сяндос, оценивая подписанный документ, в частности, заявил, что «мы надеемся, что греческий народ, таким образом, будет удовлетворен удачей при заключения договора, потому что открываются горизонты мирного возрождения, горизонты восстановления Греции, горизонты, которые приведут нас к прогрессу».[356] Таким образом, как пишет историк А. А. Улунян, Варкизский договор для КПГ был шансом «сохранить свои силы, чтобы в дальнейшем сгруппировавшись, использовать политические условия и усилить свое присутствие на политической сцене и претендовать если не на всю власть, то хотя бы на ее часть. (…) Англичане рассматривали Варкизское соглашение как переломный момент в борьбе против усиления коммунистических сил в регионе и потенциальной возможности расширения влияния СССР на полуострове. Правительство Пластираса надеялось, заручившись поддержкой Лондона, усилить свои позиции».[357]

Заключение Варкизского договора на некоторое время позволило «заморозить» военно-политическую ситуацию в Греции, но, как оказалось, ненадолго.

В апреле 1945 г. с поста премьера был вынужден уйти в отставку генерал Пластирас, оказавшийся в центре скандала, связанного с его недостойным поведением во время оккупации страны гитлеровцами. На смену оскандалившемуся генералу пришел правый консерватор Н. Вулгарис.

5 апреля в Афинах собрался XI пленум ЦК КЛГ, на котором были сделаны выводы и оценки деятельности партии в последний период, обсуждались формы политической борьбы и перспективы дальнейшей партийной работы.

В целом политическая линия и тактика КПГ были признаны верной. Крупными ошибками, допущенными партией, пленум назвал подписание Ливанского договора и Казертского соглашения. Критики Варкизского договора на пленуме не прозвучало. Относительно этого документа, ограничились замечанием, что его можно было заключить на более выгодных условиях. Политическая обстановка в Греции была признана крайне неблагоприятной. В связи с этим деятельность партии требовала очевидных изменений, как для сохранения своих рядов перед решающими боями, так и для более глубокого проникновения во все поры общества. Хотя пленум ЦК КПГ не решил многих важных вопросов, «сам факт его созыва и намеченные мероприятия показали способность партии успешно совершить отступательный маневр и, постепенно собравшись с силами, перейти к активным действиям».[358]

24 апреля произошла реорганизация ЭАМ (при сохранении прежнего названия) в партийную коалицию, состоящую из КПГ, Аграрной партии, Демократической радикальной партии, Социалистической партии, Демократического союза и Единой социалистической партии.

В мае 1945 г. гитлеровская Германия капитулировала. Война в Европе окончилась. В странах прежних антигитлеровских союзников начались первые трения и разногласия, обернувшиеся вскоре открытым противостоянием.

29 мая в Грецию вернулся Генеральный секретарь ЦК КПГ Н. Захариадис или, как его называли «Неистовый Никос», несколько лет, находившийся в концлагере Дахау.

Стоит немного подробнее остановиться на судьбе этого незаурядного человека. Родился Захариадис в 1903 г. в малоазиатском селе Никомидия, что на территории Турции, в зажиточной семье греческого коммивояжера. Судьбу Никоса определил 1917 год. Октябрьская революция в России произвела на него потрясающее, неизгладимое впечатление. Молодой человек насквозь проникся революционными идеями. Он принимал участие в греко-турецкой войне 1920–1922 гг. на стороне революционного режима Кемаля Ататюрка, поскольку считал Грецию орудием империалистических держав. А вскоре Никос оказался в первом мире государстве рабочих и крестьян. В Советском Союзе он вступил в ряды РКП(б), Коминтерна и поступил в Коммунистический университет трудящихся Востока. Учился Захариадис с огромным энтузиазмом. Некоторым преподавателям приходилось даже несколько остужать его пыл, требуя, чтобы греческий студент отдыхал хотя бы по воскресеньям. Единственное, что омрачало учебу Захариадиса, так это его неимоверная горячность. Случалось, что во время споров он, опровергая доводы оппонентов, особенно тех, которые нетвердо стояли на марксистско-ленинской платформе, пускал в ход кулаки.

вернуться

352

Там же. С. 135.

вернуться

353

Там же. С. 141.

вернуться

354

Васильева И., Гаврилов В. Балканский тупик?.. Историческая судьба Югославии в XX веке. М., 2000. С. 183.

вернуться

355

Там же. С. 184.

вернуться

356

Улунян А. А. Указ. соч. С. 139.

вернуться

357

Там же. С. 140, 141.

вернуться

358

Кирьякидис Т. Д. Указ. соч. С. 79.