Змеи, драконы и родственники - Угрюмов Олег - Страница 49

Немного дальше, с левой стороны, до самого берега широкого и полноводного ручья, тянется огород. Какие только овощи не растут на нем, пестуемые заботливой рукой хозяйки: тыква, фасоль, огурцы, помидоры, капуста, кабачки, горох – всего не перечислишь. И все это полновесное, яркое, такое красивое, что слюнки текут.

Повелительница всего этого великолепия как раз стоит, уткнувшись в какую-то грядку, и что-то рвет, подрезает, подкапывает, подсаживает и выдергивает. Руки так и мелькают, так и мелькают – любой может узнать по этой сноровке ударницу коммунистического труда Галину Наливайко.

Позвольте, скажет изумленный читатель, какую ударницу? Какого труда? Ведьма она самая настоящая – из-за нее в неведомых краях очутились и немецкий танк, и доблестные советские партизаны, которым потом еще долго придется объяснять, где они обретались все это время.

Да, ведьма, ну и что здесь такого, ответим мы. То, что она ведьма, знают только несколько человек на всем белом свете. А вот если не выйдешь на колхозное поле собирать знаменитые бурачки (так напугавшие в свое время майора фон Морунгена), то ведьма ты или не ведьма, а сразу будешь объявлена антисоветским элементом и отправлена в Сибирь. Повышать какую-нибудь урожайность или увеличивать процент добычи чего-нибудь на душу населения. Словом, партия сказала: «Надо!» – и все ведьмы дружно ответили: «Есть!».

Перенесшаяся в Упперталь и благополучно избавившаяся от проклятых немецких хундов, Галя чувствовала себя на седьмом небе от счастья. Собственный домик, огородик, садик, добрые родственники – что еще нужно человеку?

В Вольхолл она отправилась не по воле случая. Бабка ее была родом из этого удивительного мира, но, естественно, никому об этом не рассказывала, чтобы не упекли в лечебницу для душевнобольных. И мы тоже не станем, хотя история сия, вне всякого сомнения, и занимательна, и поучительна, а значит, достойна отдельной книги. Вот пусть и ждет своего описателя.

Для нас действительно важным является только тот факт, что Галя Наливайко и внешностью, и характером, и удалью пошла в свою бабку. Та нарадоваться не могла на смышленую внучку и втайне от всех учила ее своим премудростям, говоря, что однажды глядишь и пригодится. Бабка в свое время терпела притеснения от немцев и вбила в голову девочке, что от германцев нужно держаться подальше. И на всякий случай заставила запомнить одну ворожбу, предупредив, что если все получится как надо, то внученька попадет в другую страну. Там тоже не медом намазано, но лучше, чем здесь. Однако старая колдунья советовала пользоваться этим заклинанием только в крайнем случае, потому что не была твердо уверена в том, что все правильно помнила. А ошибаются чародеи, как и саперы, только один раз.

По правде говоря, Галя верила бабуле только наполовину. Она запомнила всякие заговоры, травы, рецепты настоек от множества болячек. Но заклинания выучила, только чтобы успокоить неугомонную старушку, – толку от них не было и быть не могло. И если бы не началась война и немцы в огромном танке не оказались прямо у порога ее дома, то она никогда не решилась бы на такой безумный поступок. Впрочем, теперь она ни о чем не жалела.

В небе над головой прелестной огородницы раздался знакомый, ни с чем не сравнимый звук – будто «Боинг-747» заходил на посадку, явно потянуло запахом отработанного топлива. Галя разулыбалась, отерла рукавом вышитой рубашки влажный лоб и направилась в сторону дома – принимать дорогую гостью.

Ведьму Свахерею она вызвала на подмогу сразу после того, как на немецкий танк напали бруссы под предводительством Нана-Булуку Кривоногого Медведя. Впрочем, варварского лидера Галя не знала – просто обнаружила у себя провидческие способности аккурат в тот момент, когда бронированная машина подъезжала к лесу. И если сперва Галя морочила голову симпатичному немецкому офицерику, пытаясь потянуть время и придумать, как унести ноги подобру-поздорову, то после такие проблемы перед ней уже не вставали.

Оказалось, что бабуля – пусть будет ей земля пухом – ни в чем не обманула дорогую внученьку, ничего не преувеличила. Стоило только пробормотать пару каких-то глупых словечек, да притопнуть ножкой, да похлопать в ладоши – и перед изумленной Галиной возникло жуткое видение. Ну просто стыд и срам!

Где же это такое видано, чтобы бабка в преклонных годах (такой бы уже на печи сидеть, не рыпаться) носилась по воздуху верхом на какой-то рычащей, сопящей и дымящейся твари. И чтоб не в платочке там скромненьком, юбочке да тулупчике, а в коже, словно красный комиссар, что был намалеван на картине, висевшей в сельсовете на видном месте.

Платочек в черепах, цепи какие-то, побрякушки – тьфу, пакость и нечисть!

Однако прибывшая на подмогу пакость слезла со своей кошмарной твари и бросилась обнимать и целовать – как она заявила – дорогую внученьку. Слезы, вопли, объятия – все как полагается при возвращении блудной родственницы из дальних краев.

Вскоре Галя знала, что пакость зовут Свахереей и она приходится сестрой ее бабке, а значит, двоюродной бабкой самой Гале. Что пропавшую сестрицу любит и помнит до сих пор и в память о ней готова неустанно печься о любимой внучке. Вот прямо сейчас и начнет: организует ей усадебку по вкусу, создаст все условия для тихой и мирной жизни, а когда Галочка, птенчик, обживется на новом месте, оглядится вокруг да войдет в полную колдовскую силу, тогда и посмотрим, что ей делать дальше.

Свахерея свое слово сдержала и поселила внучку в богатом и престижном пригороде Дарта, организовав ей дом, сад и огород. Внучка оказалась способной не только к ворожбе, но и к кулинарии. А уж овощи, фрукты и цветы у нее росли прямо как заколдованные. (Ну, подколдовала бабка, чего уж там! Самую малость подколдовала…)

– Здравствуйте, тетушка! – пропела Галя, появляясь на пороге дома.

– Здравствуй, дорогуша, – расцвела Свахерея. – Здравствуй, здравствуй, кот Василий. Как идут у вас дела? Дети козлика спросили; зарыдала камбала…

Галя взяла себя в руки. Она уже привыкла к тому, что драгоценная тетя-бабуля способна учудить всякое. У нормальной, добропорядочной девицы все равно в голове не уложится. А поскольку здесь чужая страна, то надобно всегда помнить главное правило: со своим уставом в чужой монастырь не лезь. Тем более что тетя – не последнее лицо при здешнем дворе. Король ее ценит и уважает. Недавно вот во дворец пригласил побеседовать, так обратно Свахерею провожала целая рота солдат. Она по воздуху летит, а они за ней по земле бегом следуют. Почетный эскорт – вот оно как.

Мы уже говорили, что Галя Наливайко была девицей толковой, сообразительной. Она очень быстро разобралась в уппертальских нравах и обычаях, выучила имена самых влиятельных людей – начиная от короля Оттобальта, заканчивая командиром гвардейцев Сереионом, сразу вникла в хитросплетение дворцовых интриг и очень сочувственно отнеслась к проблеме королевы-тети.

Во время нашествия варваров Свахерея эвакуировала любимую внучку от греха подальше, а когда варвары были наголову разбиты и королевский дракон со своими демоническими драконорыцарями убрался из Дарта, вернула ее назад. Самой Свахерее пятнисто-полосатый могучий зверь был глубоко симпатичен, равно как и сопровождающие его официальные лица. Однако Галя демонов отчего-то невзлюбила, звала проклятыми хундами и погаными тевтонцами и даже категорически отказалась идти на Мумзьнямский танцевальный вечер на десять мифических персон. Грандиозный бумбитрям в финале ее также не соблазнил. А у Свахереи были на этот танцевальный вечер такие наполеоновские планы…

– Новости у меня, деточка. Такие новости, что я все бросила и прямиком к тебе, чтобы успеть все рассказать и сделать приготовления.

– Что случилось? – поинтересовалась Галя, выставляя на стол тарелки.

Тетя-бабуля любила ее стряпню и всегда с удовольствием обедала у внучки. Когда это не удавалось, Свахерея довольствовалась бутербродами с перепелцапчиком. Конечно, это было невкусно, зато перепелцапчик не портился при длительном хранении и высокой температуре и был полезен для здоровья.