Арканум - Уилер Томас - Страница 44

Они и сами не поняли, как попали сюда. Свернули направо и неожиданно оказались в странном круглом помещении. Потолок здесь был достаточно высокий, однако сравнительно чистый воздух оставался лишь у самого пола.

Мари опустилась на четвереньки и глубоко вдохнула. Ей казалось, что в последний раз. Эбигейл присела рядом и осмотрела помещение. Стены – каменные, значит, это склеп, откуда не выбраться.

В это время в другом месте подземного лабиринта Лавкрафт хватал ртом воздух. Совсем неподалеку бушевало пламя. Он понятия не имел, где находится, и не имел даже сил думать об этом. Голова становилась все легче. Хотелось остановиться и полежать. Но это – смерть.

Лавкрафт споткнулся. Упал на колено и с трудом поднялся. Двое мертвецов, по виду парочка влюбленных, выскочили из стены и быстро скрылись в боковом проходе. Лавкрафт засмеялся. Его рассмешила абсурдность ситуации. Правда, смех получился ненатуральный, скорее истерический. Завизжали демоны. Совсем близко.

От их рук он умирать не хотел. Лучше уж задохнуться в дыму или сгореть заживо, как еретик. В принципе это не так уж плохо. Мало кому удается умереть в могиле. Близким не надо канителиться с похоронами. Он уже похоронен и даже кремирован.

Почувствовав облегчение, Лавкрафт лег на пол. Идти дальше сил не было. Пол приятно холодил. Гул в ушах заглушал рев пламени. Все было прекрасно. Он устало улыбнулся и стал размышлять о том, какие видения посетят его в последние мгновения перед смертью.

Неожиданно в поле зрения ему попал край изодранного коричневого одеяния. Лавкрафт поднял голову и увидел над собой блестящий серп, а ниже длинный крючковатый нос и сияющие рубиновые глаза. Демон его не замечал.

Из огня выплыл еще один. Они булькали что-то друг другу, покачивая головами, как вороны. Потом один развернулся, и Лавкрафт с трудом удержался от крика. Перед ним мелькнули запачканные кровью белые крылья.

Демоны снова скрылись в огне, а Лавкрафт устало вздохнул, чувствуя некоторое удовлетворение от осознания, что умирает вместе со всем миром.

Чтобы въехать на кладбище, Дойлу пришлось протаранить железные ворота. Автомобиль остановился, потревожив два надгробия.

– Говард! Мари! – крикнул Дойл, спрыгивая на землю. Ему почему-то казалось, что они должны быть где-то здесь.

– Мари!

Прорвавшаяся сквозь облака луна осветила кладбище. Дойл начал обходить могилы. Вдалеке закаркали вороны. Он уже намеревался вернуться к машине, но, когда вороны закаркали снова, остановился. Странно. Ночью этим птицам положено спать, а не каркать. Дойл напряженно прислушался. Нет, это не воронье карканье, а что-то другое. Он побежал на звук, который постепенно трансформировался в...

– Артур!

Дойл ринулся к склепу.

– Мари!

– Артур!

Из щелей в двери сочился дым.

– Мари!

Не получив ответа, он стал дергать дверь, встряхивать, барабанить кулаками. Тщетно.

– Мари, отзовись!

Дым постепенно густел и темнел. Дойл тщательно осмотрел склеп, ощупал дверь, плиту, на которой она крепилась. В верхних углах обнаружились какие-то непонятные вкрапления. Он решил, что это железо. Значит, где-то должна быть задвижка, открывающая дверь.

В десяти метрах от склепа возвышалась великолепная мраморная статуя женщины с завязанными глазами и мечом в руке. Внимание Дойла привлек тот факт, что меч направлен в сторону соседнего надгробия в форме креста. Он подошел и увидел, что крест не закопан в землю, а установлен на квадратной стальной плите. Удивила его и надпись, сделанная на надгробии:

ПОВЕРНИ К НЕМУ, ОН БЛИЗКО.

– Он близко, – прошептал Дойл и ухватился за перекладину.

Крест плавно повернулся. В склепе что-то щелкнуло, и плита рядом с дверью поехала в сторону. На траву вывалились Эбигейл и Мари. Дойл бросился к ним. Эбигейл кашляла, но в общем держалась. А вот Мари была совсем плоха. Пульс едва прощупывался. Похлопывание по щекам не помогло. Пришлось делать искусственное дыхание, вдувая воздух в легкие. Через несколько минут грудь Мари начала вздыматься. Она приоткрыла глаза и зашлась в кашле.

– Говард остался там, – тихо произнесла Эбигейл за спиной Дойла.

Он быстро поднялся, посмотрел на клубы черного дыма и сбросил на землю пальто и шляпу.

– Не надо, Артур! – крикнула Мари. – Ты его все равно не найдешь. Бесполезно.

Но Дойл уже скрылся в склепе.

Глаза щипало от дыма, по щекам струились слезы. Проход освещало зарево, но дальше чем на метр видно ничего не было. Повсюду рушились деревянные крепления.

– Лавкрафт!

Дойл немного подождал и крикнул еще. Он двинулся дальше, сознавая, что обратной дороги, возможно, не будет. Начал перелезать через балку, и в это время упала вторая, в полуметре от его головы. Он вытер пот со лба.

– Лавкрафт, отзовитесь!

– Чего вам надо? Неужели человек не имеет права спокойно умереть?

Лавкрафт сидел у стены. Одной рукой прижимал к коленям ранец, а другой обнимал скелет пожилой леди.

– Артур, вы, разумеется, только видение, – пробормотал он, когда Дойл поднимал его. – Но все равно спасибо, что явились. Я уже собрался отходить.

– Помолчите, поберегите воздух, – велел Дойл и потащил Лавкрафта за руку по проходу.

Впереди рушился потолок. На пол сыпались комья грязи, и наверху неожиданно разверзлась большая дыра. Дойл забрался на кучу земли, напрягся изо всех и сил и выпихнул Лавкрафта на поверхность.

Сзади завизжали демоны. Дойл полез за Говардом. Внезапно сломались последние крепления, и в проход хлынула лавина черной грязи.

– Говард, быстрее!

Они поравнялись со склепом.

– Эбигейл, Мари, бежим! – крикнул Дойл, не останавливаясь.

Сзади из склепа вылетели одиннадцать демонов и, разбившись на группы, воспарили над беглецами, удерживаемые в воздухе чудодейственной силой. Наблюдать такое было заветной мечтой любого исследователя неведомого, но Дойл и остальные даже не поднимали головы.

Впереди между деревьями показалась небольшая белая часовня.

– Быстро, к церкви! – воскликнул Дойл. – Это наша последняя надежда.

Мари и Эбигейл тащили под руки Лавкрафта. Сам он идти не мог. Хрипло взвизгивая, демоны спланировали ниже и начали кружить, как коршуны над добычей. Дойл слышал гул ветра в их развевающихся одеяниях.

Мари добежала до часовни первой. Дернула ручку. Дверь оказалась запертой. Не долго думая она выхватила у Лавкрафта ранец и разбила небольшое витражное окно. Впихнула сначала Эбигейл, а затем Дойл помог ей втащить Лавкрафта.

– Теперь полезай сама! – произнес он и повернулся к демонам, воздев к небу сжатые кулаки. Больше никакого оружия у него не было.

Убедившись, что соратники отошли достаточно далеко, Дойл скрылся в окне в тот момент, когда по двери часовни ударили шесть кривых лезвий.

Внутри приятно пахло пустым амбаром. Беглецы опустились на каменный пол в проходе между рядами. Дойл обнял Мари и Эбигейл за плечи. Снаружи стоял невероятный визг. Секиры лупили по дверям. Другая группа демонов летала перед окнами. Деревянная дверь трещала.

– Долго она не выдержит, – пробормотал Лавкрафт.

Дойл пододвинул к двери скамью, потом еще несколько.

Получилась неплохая баррикада. Зазвенело стекло. Один из демонов разбил серпом окно. Но лезть в церковь они пока не решались.

– Идемте туда, – прошептал Дойл, указывая на алтарь. – Под сень креста. Там эти твари нас не достанут.

Они устроились подле алтаря, прислонившись спинами к кресту, с разных сторон. Дойл устало перевел дух. Постепенно визги демонов затихли. Дойл посмотрел в окно на сумеречное небо. Над кладбищем у ивовой рощи занималась заря.