Авемпарта - Салливан Майкл Дж. - Страница 32

Зверь забрал ее первой, напав на тропе, ведущей с фермы в деревню. Жена Тада Эмма заполнила образовавшуюся после смерти Адди пустоту. Ее присутствие побуждало его жить дальше. Он отвлекался от мыслей об Адди, стремясь к новой цели, но когда и ее не стало, его дом рухнул.

«Каково им было, когда пришел зверь? — думал он. — Были ли они живы, когда он забрал их? Страдали ли они?»

Такие мысли мучили арендатора, а между тем стрекот сверчков затих. Он встал, держа в руках косу. Он был готов встретить любое порождение тьмы, когда вдруг услышал шум, заглушивший ночные звуки. По дороге мчались лошади, и вскоре в свете костра показались двое парней, которых наняла Трейс…

Солнце уже скрылось, сгустились ночные сумерки, а старик разжег призывный огонь, и Адриан понял, что сделал он это явно не для них с Ройсом.

— Терон! Идем с нами, — крикнул Адриан, когда они въехали во двор Вудов. — Нужно успеть добраться до замка затемно.

— Проваливайте, — буркнул старик. — Я ни о чем вас не просил. Это мой дом, и я останусь здесь.

— Ты нужен своей дочери. Садись в седло. У нас мало времени.

— Никуда я не пойду. С ней все в порядке. Она с Ботвиками. Они о ней позаботятся. Убирайтесь с моей земли!

Адриан спешился и подошел к старику. Тот стоял на земле так прочно, словно пустившее корни дерево.

— Боже мой, да ты упрямый осел! Либо ты сам сядешь на эту лошадь, либо я тебя на нее заброшу силой.

— Придется забросить, — сказал Терон, опустив косу и скрестив руки на груди.

Адриан оглянулся на Ройса, который молча сидел на лошади.

— Ты не хочешь мне помочь? — спросил у него Адриан.

— Это не по моей части, если честно. Вот если ты захочешь убить его, можешь на меня рассчитывать.

— Прошу тебя, садись на лошадь, — взмолился Адриан, глядя на старика. — Мы все погибнем, если останемся тут.

— Я уже сказал: я ни о чем вас не просил.

— Черт возьми! — выругался Адриан.

Он снял с себя оружие и повесил его на седло.

— Будь осторожен, — сказал, наклонившись к нему в седле, Ройс. — Старик выглядит крепким парнем.

Адриан стремглав бросился на фермера и повалил его на землю. Терон был крупнее Адриана. Годы нескончаемого труда сделали его руки сильными и мощными. Но Адриан отличался быстротой и ловкостью. Они сцепились друг с другом, катаясь по земле, изрыгая проклятия, и каждый из них пытался одержать верх над противником.

— Это так глупо, — пробормотал Адриан, вставая. — Сел бы ты на лошадь по-хорошему…

— Сам лезь на свою лошадь. Проваливайте отсюда оба и оставьте меня в покое! — закричал Терон.

Нагнувшись и упершись руками в колени, он пытался отдышаться.

— Может, все-таки поможешь мне на этот раз в виде исключения? — спросил Адриан Ройса.

Ройс страдальчески закатил глаза и нехотя спешился.

— Вот уж никогда бы не подумал, что ты не в состоянии справиться с каким-то дряхлым стариком, — ехидно заметил он.

— Знаешь, как трудно одолеть человека, если он крупнее тебя, да еще при этом его не поранив.

— Так, ладно. Я, кажется, понял, в чем твоя беда. Давай-ка слегка его пораним.

Когда они снова повернулись к Терону, то увидели в руках крестьянина здоровую палку. В глазах его пылал огонь решимости.

— Сдается мне, у нас нет выбора, — вздохнул Адриан, — кроме как скрутить его с помощью силы.

И тут в кругу света от костра появилась Трейс. Лицо ее было залито слезами.

— Папочка! — крикнула она и обняла старика.

— Трейс, что ты тут делаешь? — воскликнул Терон. — Здесь опасно!

— Я пришла за тобой.

— Я останусь здесь. — Он отстранил дочь и оттолкнул ее от себя. — Забирай своих наемников и сейчас же возвращайся к Ботвикам. Слышишь меня?

— Нет! — закричала Трейс, протягивая к нему руки. — Я тебя не оставлю.

— Трейс! — проревел он, нависая над ней. — Я твой отец, и ты сделаешь, как я велю!

— Нет! — крикнула она. — Я не брошу тебя умирать. Можешь выпороть меня, если хочешь, но для этого тебе придется отправиться в замок.

По ее щекам катились слезы, блестевшие в свете костра.

— Дура! — выругался он. — Ты же здесь погибнешь. Ты что, не понимаешь?

— Мне все равно! — Ее голос сделался пронзительным. Она стиснула кулаки и уперлась руками в бока. — Ты единственный, кто у меня остался в целом мире! Зачем мне жить, если мой родной отец так ненавидит меня, что ему легче умереть, чем видеть свою дочь?

Терон замер, ошеломленно глядя на дочь.

— Поначалу, — начала она дрожащим голосом, — я думала, ты хочешь избежать очередных смертей. А потом мне пришло в голову, что дело в том, чтобы помочь их душам упокоиться с миром. Затем я решила, ты ищешь мести. Тебя могла снедать ненависть. Может, ты стремился убить его? Но это все неправда. Ты просто хочешь умереть. Ты ненавидишь себя и меня. У тебя больше ничего не осталось в этом мире, тебе ни до чего нет дела.

— Нет у меня в сердце к тебе ненависти, — возразил дрожащим голосом Терон.

— Ненавидишь! Потому что это я во всем виновата. Я знаю, что они для тебя значили, и каждое утро я просыпаюсь с мыслью об этом. — Она вытерла слезы, застилавшие глаза. — Окажись я на их месте, ты бы поступил так же, как с мамой. Поставил бы кол с моим именем на Каменном холме и на следующий день вернулся бы к работе. Пахал бы землю и благодарил Марибора за то, что пощадил твоего сына. Это я должна была умереть, но я не могу изменить прошлое, а твоя смерть не вернет Тада. Ничто не вернет его. Если все, что я могу, все, что мне осталось, это погибнуть здесь с тобой, я это сделаю. Я не оставлю тебя, папа. Я не могу. Просто не могу. — Она рухнула на колени в изнеможении и добавила слабым голосом: — Хотя бы мы все снова будем вместе.

Словно в ответ на ее слова, лес вокруг них опять затих. Сверчки и лягушки замолчали так резко, что тишина показалась неожиданно звенящей.

— Нет, — сказал Терон, качая головой. Он посмотрел в ночное небо. — Нет! — Старик схватил дочь и заставил ее встать. — Идем. — Он повернулся к Ройсу и Адриану. — Помогите нам.

Адриан подвел к ним Милли и велел садиться как можно быстрее. Милли била о землю копытом. Она вертелась и вырывалась, пугливо прядая ушами. Адриан схватил лошадь под уздцы, стараясь удержать ее на месте.

Терон взгромоздился в седло и усадил Трейс перед собой, ударил Милли пятками по бокам, и она помчалась в сторону деревни. Ройс вскочил на Мышку, подал Адриану руку и забросил его в седло позади себя. Лошадь галопом помчалась сквозь ночную тьму.

Лошадей не надо было подгонять. Все в пене, они в страхе что есть мочи неслись вперед. Топот копыт отдавался от земли неистовым эхом. Лежавшая впереди дорога была видна немногим лучше остальной части леса. Она расплывалась перед взором Адриана, поскольку от ветра у него слезились глаза.

— Он над нами! — крикнул Ройс.

В кронах деревьев ощущалось какое-то движение. Всадники, почти не сбавляя скорости, резко свернули в лесную чащу. Их хлестали невидимые во мраке ветви, листья и сосновые иглы. Животные в панике вслепую неслись вперед, продираясь сквозь кустарник, то и дело натыкаясь на ветви и деревья. Вдруг Ройс резко пригнулся, и Адриан последовал его примеру.

Бух. Бух. Бух.

Над их головами звучали глухие размеренные удары, напоминавшие биение огромного сердца. Сверху налетел мощный ветер, и сразу после этого послышался пугающий грохот, треск ломающихся веток. Верхушки деревьев надломились и рухнули на землю.

— Внимание, ствол! — крикнул Ройс.

Обе лошади одновременно взмыли в воздух, преодолевая препятствие, и Адриану только благодаря необычайной ловкости Ройса удалось удержаться в седле. В темноте раздался истошный крик Трейс, послышался храп лошади и такой звук, будто кто-то ударил обухом по дереву. Остановив Мышку, Ройс заставил ее развернуться на месте. Лошадь встала на дыбы и недовольно заржала. Адриан услышал удаляющийся галоп Милли.