В оковах льда - Боталова Мария - Страница 75

Мысли о потрясающей задумке Гихеса посещали меня постоянно – на тренировках, во время отдыха, еды и даже пока я одевалась или принимала душ после тяжелого дня. То, что раньше казалось невозможным, благодаря этому странному, но воистину гениальному арэйну обретало шансы воплотиться в реальность. Соглашаясь на предложенную Гихесом авантюру, я представить не могла, что спасение одного арэйна повлечет за собой столь грандиозное событие, как возвращение в мир стихии Льда, и, что самое восхитительное, я буду не просто наблюдать – я буду в этом участвовать!

Если вначале, оказавшись в Арнаисе, я интересовалась буквально всем и относилась к путешествию как к веселому приключению, а постепенно, узнавая арэйнов ближе, в особенности – Джаяра и его тяжелую историю, понимала, сколько боли мы, эвисы, принесли этой удивительной расе, то теперь мне представилась возможность что-то изменить. Пусть не для всех арэйнов – о том, что теоретически я могла бы принять силу Изначального и вернуть миру магию Огня, пока старалась не думать – но для арэйнов Льда я совершенно точно могла сделать многое. Подарить им новую жизнь, свободную жизнь! Это стоило того, чтобы заниматься, призывая своенравный Огонь снова и снова, заставлять его подчиняться. Идея настолько захватила меня, что поведение Гихеса, постоянно срывавшегося из-за пустяков, стало совершенно ясным. Арэйн готовил истинное спасение для своего народа, и каждый раз, когда я подвергалась хотя бы тени опасности, это угрожало грандиозному плану разрушением – как здесь было не раздражаться на глупость непослушной девчонки, по вине которой арэйны Льда могли не дождаться возвращения стихии? Да, идея Гихеса давно перешла в разряд навязчивых, но, пожалуй, только таким образом, отдавая всего себя, можно было добиться воплощения в жизнь сколь значимого, столь же нереального плана.

Однако вместе с мыслями о спасении арэйна-полукровки ко мне приходили и другие – о том, что делать дальше. Возвращаться домой? Конечно, я вернусь, чтобы увидеться с мамой и показать себя в добром здравии, но смогу ли я продолжить прежнюю жизнь? Однозначно нет. Заклинательницей арэйнов я уже не стану – зная, как прекрасны, свободолюбивы эти существа, сколько страданий им пришлось перенести, невозможно изучать способы подчинения арэйнов. И вызывать их… для своих глупых нужд, ибо теперь любой приказ покажется глупым, даже если потребуется защищать невинных людей – от нападения животных, от самих себя – нет у меня права лишать воли арэйна, даже если вначале цель была исключительно благородной. Как легко оказалось отречься от мечты всей своей жизни! Как легко… смять ее и выбросить, забыть о принадлежности эвисам, выбрать собственный путь. Путь, где не будет подчиненных арэйнов. Потому что я сама решаю, какой будет моя жизнь – не кровь, не унаследованные способности, не ожидания окружающих, а только я сама.

Глава 18

О полезных сведениях и планах на будущее, а также о страшном происшествии

Именно не дававшие покоя мысли о будущем подтолкнули меня к тому, чтобы поговорить с Ксаем. После ночных откровений мы больше с ним не разговаривали – арэйн держался в стороне и, в отличие от Джаяра, даже не присутствовал на тренировках. Чем он здесь занимался и каким образом не умер от скуки, оставалось загадкой, но, судя по хмурому виду Гихеса, с которым мы пересекались разве что за обеденным столом, такое ненавязчивое присутствие нежеланного гостя все равно нервировало ледяного арэйна.

Я неуверенно постучала в дверь, ведущую в комнату Ксая, и, дождавшись разрешения, робко заглянула внутрь.

– Инира? – Ксай не выглядел удивленным при моем появлении. – Проходи, не стесняйся, – махнул он рукой. Мужчина сидел в одном из двух кресел и читал средней толщины книгу, которую при моем появлении положил на маленький квадратный столик, располагавшийся справа от него.

Я перешагнула через порог, огляделась, но, поскольку в обители арэйна не было ничего особенного, уж тем более здесь не нашлось никаких подозрительных предметов, характерных для предполагаемо кровожадного арэйна Смерти или выдающих в хозяине мертвое существо, я немного успокоилась. Прошла к креслу, обитому мягкой, похожей на бархат тканью золотистого цвета, и присела напротив Ксая. Обстановка его комнаты не сильно отличалась от моей – видимо, арэйн не спешил обживать это место и ничего менять здесь не стал, не было индивидуального отпечатка в безликом интерьере гостевых покоев.

Арэйн смотрел на меня с нейтральным дружелюбием, ожидая начала разговора и давая время собраться с мыслями. Наконец я решилась:

– Ксай, мне показалось, ты говорил так, будто многое знаешь об арэйнах Эфира. Ты не мог бы ответить на несколько моих вопросов? Мне совершенно ничего об этих арэйнах не известно.

– И что тебя интересует? – слегка склонив голову набок в знак внимания, спросил мужчина.

– Ты знаешь, почему опасно выходить в Синий Мир? – выпалила я самый главный вопрос на данный момент.

– В Синий Мир… – задумчиво повторил Ксай, словно пытаясь понять, что я имею в виду, а может, так оно и было, поскольку данный термин использовался только людьми. Я уже собиралась пояснить, когда мужчина кивнул самому себе, мысленно соглашаясь с пришедшей на ум догадкой, и ответил: – Если ты говоришь о выходе из тела и путешествиях по нашему миру в виде сгустка Эфира, то в этом нет ничего опасного.

– Как нет? – растерялась я. – Но Гихес и Тилар утверждали, что арэйны Эфира часто гибнут, когда выходят из тела.

– Не совсем так. Твои знакомые ошибались. В Синем Мире, как ты его называешь, опасностей нет. – Ксай странно улыбнулся. – Арэйны Эфира действительно гибнут в последнее время, но происходит это в Эфферасе.

– Что?! – потрясенно воскликнула я, широко раскрыв рот. Более конкретно удивление выразить не получилось, ибо все слова разом вылетели из головы. Эфферас – мир, являющий собой похожий на клубок сгусток Эфира, настолько плотный, яркий и наполненный энергией других стихий, что ни одно создание из плоти и крови не может в нем находиться. «Из плоти и крови… Эфир…» – закружились лихорадочные мысли.

– Похоже, ты совсем ничего не знаешь о магии арэйнов Эфира? – скорее утвердительно, нежели вопросительно проговорил Ксай. Задумчиво постучал кончиками пальцев по столешнице, внимательно посмотрел на меня, до сих пор пребывающую в ступоре от шокирующего известия, и вдруг предложил: – Я объясню тебе, если ты, в свою очередь, пообещаешь рассказать о том, откуда ты такая взялась.

– Такая – это совершенно не осведомленная? По-моему, ничего удивительного, учитывая, насколько арэйны Эфира не любят полукровок, – неожиданно для самой себя с горечью сказала я. – Я слышала, они даже не пускают их на свою территорию.

– Спорное утверждение, – хмыкнул Ксай. – Представь себе, если мать полукровки – арэйн Эфира. Как она не пустит ребенка в кхарриат, когда сама там живет? Конечно, она может отказаться от него и отдать отцу, после чего дороги назад для полукровки уже не будет. Но логика мне подсказывает, что это не твой случай. Мое предложение ты слышала, Инира.

– Хорошо, я согласна.

В конце концов, этот арэйн и без моих слов может о многом догадаться самостоятельно – уж очень он внимателен и умен, так лучше сразу ответить на его вопросы, а заодно получить важную информацию от единственного доступного мне на данный момент источника. «Вполне равноценный обмен», – рассудила я.

– О взаимосвязи миров, думаю, ты уже знаешь? Эфферас – туго сплетенный клубок Эфира, концентрированный, ослепительный. Отдельные тонкие нити, как отростки, отходят от этого шара в разные стороны, на них нанизана физическая материя, которая образует два мира – Арнаис и Лиасс. Нити, контуры которых повторяют наши миры на физическом плане, видны на уровне магического зрения, а арэйнам Эфира еще и доступны для различных манипуляций. Арэйн может поймать нить Эфира и сквозь нее дотянуться до Эффераса, а вот здесь открываются сотни возможностей. Можно, например, открыть широкий канал между мирами, сделать своеобразную дыру, в которую утечет любое атакующее заклинание противника.