Русская фантастика – 2016 (сборник) - Колесник Светлана - Страница 66

Я остановился в толпе на полдороге к кануну – так назывался, как я сегодня узнал, столик с поминальными свечами. За последние дни я побывал в церкви больше раз, чем за всю предыдущую жизнь. Этим вечером я уже чувствовал себя знатоком религиозных дел. Мне казалось: начинаю понимать в них толк.

Замерев, я вслушался. Действительно, служба была необыкновенной по своей красоте. Батюшке вторил торжественный хор. Великолепная акустика храма многократно усиливала звук и придавала ему какой-то особенный, ни с чем не сравнимый возвышенный оттенок. Вдруг я почувствовал, что словно бы впадаю в нирвану. Я испытал невероятное облегчение. Мне показалось, что даже самая маленькая, самая незначительная мышца моего тела, о существовании которой я и не подозревал, расслабилась. Помню, что в какую-то секунду я даже покачнулся, но тут же восстановил равновесие. Я бы мог приписать это влиянию невольной диеты, на которую я был обречен последние дни, но и в душе моей вдруг воцарилось торжественное умиротворение. Значит, дело вовсе не в физических обстоятельствах.

Все страхи, которые мучили меня в последние дни, вдруг исчезли. «Загробный мир… Странно! Был ли этот звонок?! Или он только вообразился мне?!» В моей душе вдруг поселилась ни на чем не основанная, но твердая, словно железная плита, уверенность: никогда больше в моей жизни такой звонок не повторится. И ничего больше не произойдет, что бы продолжало историю с этим странным телефоном. И даже если я очень захочу увидеть какой-нибудь странный сон, вроде тех, которые приходили ко мне в начале этой истории, – он не приснится. Нет таких заклинаний, которыми я смогу заставить хотя бы малую часть этих событий вернуться…

Вдруг мне стало невероятно грустно. Меня охватила печаль, и слезы потекли из глаз… Не знаю, к чему бы меня привело это экстатическое состояние, если бы я вовремя не спохватился. «Надо скорее ставить свечи и уходить отсюда! – решил я. – Все-таки это – недоедание! От слабости я уже стал сумасшедшим. Найду кафе, хорошенько поужинаю. Выпью пива…»

Я пробрался к кануну и торопливо поставил все свои двадцать свечей. Люди, находившиеся рядом, смотрели на меня с изумлением: такого количества свечей, наверное, не ставил ни один нормальный прихожанин церкви.

Я пошел к выходу. Еще отходя от кануна, я краем глаза заметил, что пламя последней зажженной мною свечи вдруг метнулось и погасло как от резко налетевшего сквозняка, которого, конечно же, не было, потому что остальные свечи горели ровно. Я все равно продолжил идти к двери, хотя последнее обстоятельство и поразило меня. Что-то почудилось мне в этом метнувшемся и умершем пламени.

Вот я миную двери и оказываюсь на улице. Те же нищие… Я двинулся в ту же сторону, в какую шел до момента, как увидел церковь.

В моих глазах были слезы, но они стремительно высыхали. Я прибавил шагу. Со стороны я теперь, наверное, выглядел уверенным в себе молодым человеком, который и вечером куда-то спешит – в спортзал, на учебу…

«У меня же послезавтра экзамен!» – вдруг вспомнил я. И следом я понял, что туман в моей голове рассеялся. В памяти были живы все даты, все подробности. Я мог точно сказать, когда был предыдущий экзамен, что было потом, сколько дней я безумствовал из-за истории с телефоном из ботинка.

«Так, значит, она кончилась?!» Я остановился. Следом я сунул руку в задний карман джинсов. Телефона не было. Так же как и бумажника со всеми моими деньгами…

Я медленно развернулся и пошел в обратную сторону. Я смотрел себе под ноги, хотя, конечно же, был уверен, что телефон и деньги не могли просто взять и выпасть из моего кармана. Их украли.

Церковь во время моего посещения была набита битком. Я тут же вспомнил, как однажды слышал где-то, в какой-то телевизионной передаче про то, что в былые времена, когда церковь посещали больше людей, чем теперь, была особая воровская специализация – кражи из карманов церковных прихожан. Что мешает нынешним карманникам возобновить традицию?

Я был уже рядом с церковью. Зайти внутрь и попытаться разыскать телефон и бумажник там?.. Какой в этом смысл? Я был уверен: и то и другое вытащили из моего кармана, пока я восхищался красивой церковной службой.

«Да и зачем мне этот телефон?!» – мысль поразила меня, как гром среди ясного неба.

Тут я остановился, повернулся к церкви спиной и упер руки в бока.

Все было кончено! Я больше не испытывал никакого напряжения и страха, как будто некий очищающий ливень смыл с нее весь мрак предыдущих дней. Но как?! Почему?!

И тут до меня стало доходить… Эта кража телефона – не случайна. Загробный мир принял мое подношение!.. А украденные деньги… Но ведь я же собирался истратить их на цветы, которые положил бы на могилы и на свечи, которые зажег бы после этого за упокой в церквях рядом с кладбищами!

Я медленно побрел по улице. Думать ни о чем не хотелось. В душе была пустота. Я вновь был нормальным человеком.

Спустившись в метро, я доехал до своей станции, поднялся в город. Увидев «Макдоналдс», пошел к нему… Поужинав, я пришел в свою квартиру. Я все ждал, что вопреки всем моим ощущениям прежние страхи вернутся. Но их не было. Я принялся готовиться к экзамену. Наступили сумерки. Я долго, пока стало совсем невозможно читать, не зажигал света.

Потом включил маленькое бра, висевшее на стене, и принялся читать учебник в его неярком свете. Страха не было. Прозанимавшись до полуночи, я разделся и лег на диван. Выключил бра. Я ждал, что ко мне вернутся кошмары, но они не приходили. Минут через десять, не заметив, как сами собой закрылись мои глаза, я уснул.

На следующий день я проснулся часов в девять утра.

Окинул взглядом комнату. В ней не было ничего необычного. Точно так же она выглядела и до истории с мобильным телефоном из ботинка. Я попытался припомнить, снилось ли мне что-либо. Никаких кошмаров я не видел – это точно! Они бы отложились в моей памяти по-своему ярким, ужасным образом. Значит, этой ночью я не видел снов. Но один из них тут же всплыл в моей памяти: мне снилось, что я гуляю по центральной улице там, в Ростове, встречаю школьного приятеля. Он просит у меня сигарету, я отвечаю, что не курю и что сдал экзамен – тот самый, который мне предстоял только на следующий день. Приятель говорит, что тоже ходил на этот экзамен и тоже сдал его… Дальше я не помнил… Заурядный сон. Такие часто снились мне раньше.

Я умылся, сходил в магазин, приготовил себе яичницу и стал готовиться к экзамену. На следующий день я успешно сдал его… Ночь проходила за ночью, никакие кошмары меня не мучили, нервы успокоились. Наступили каникулы. Я вернулся к своему обычному образу жизни: друзьям, развлечениям…

Да, родители выслали мне еще денег…

История с телефоном из ботинка и загробным миром постепенно была вытеснена новыми яркими впечатлениями. Постепенно я убедил себя, что это была болезнь, галлюцинация, причина которой – в нервном расстройстве, в которое вверг меня Полкан…

Но вот теперь я стал старше и все чаще начинаю задумываться: что они хотели от меня? Чего добивались, что стремились дать понять?..

Я все меньше грешу на Полкана и полагаю теперь, что нервы мои в те дни были в полном порядке. Но понять всю эту историю по-прежнему выше моих способностей.

Быть может, то, что было, – лишь первый звонок и дальше будет продолжение?..

Марина Дробкова, Эльдар Сафин

Последнее танго на Марсе

Школьный м-бан стремительной гусеницей несся в прозрачном туннеле. Полина развалилась на сиденье, задрав ноги в облепляющих джинсах на спинку следующего. В планетарных поездах иногда очень трудно расположиться удобно, скорость буквально сплющивает, вдавливает в упругий пластик. Аккуратно причесанные одноклассники косились, но помалкивали: зачем ссориться с Полинкой, она добрая, красивая, а главное – у нее такая подборка синглов, какую невозможно добыть даже в Центральной файлотеке Содружества. Где берет? Тайна. Но никогда не жмется, дает послушать и даже переписать.