Философия - Кузнецов В Г - Страница 158

486

Государство (как и все прочие внешние вещи), какое бы оно ни было доброе или злое, есть аналогичная природе сила, внешняя по отношению к человеку, это - необходимость, которую следует осознать и познать. Тогда обретается свобода, которая состоит в познанной необходимости. Но поскольку подлинное познание доступно только мудрецу, только он и может быть действительно свободным, правда, лишь следуя необходимости, выполняя познанные законы. Свобода - в рамках закона. Для тех, кто не может познать необходимости, остается один удел - полная зависимость от нее - рабство. Отсюда следует представление стоиков о государстве: народ, который не в состоянии познать необходимой сущности государственной власти, есть стадо, а государь, окруженный просвещенными мудрецами, - пастух.

Следует отметить, что у римских стоиков уже наблюдается более "мягкое" отношение к рабам. Если для Аристотеля и ранних стоиков рабы были вещами, то поздние стоики уже признают, что рабы - тоже люди, и настаивают на хорошем отношении к ним.

Падение древнегреческих государств-полисов разрушает тождество понятий человека и гражданина, высшее совершенное существо, которым был для греков гражданин полиса, уходит в прошлое. Постепенно происходит "выравнивание" прав элитарной части общества и варваров, а также смягчение положения рабов.

Собственное учение о государстве проповедовали и эпикурейцы. Если, по Аристотелю, политика вела к счастью, была благом, то, согласно эпикурейцам, она мешает достижению счастья. Счастье, понимаемое ими как индивидуальная польза и наслаждение, никак не могло соотноситься с общим благом ни в смысле Аристотеля, ни в смысле Платона. Взгляды эпикурейцев ярко характеризуют распад античных представлений о государстве и связаны с реалиями Римской империи, когда "государство теряет свое абсолютное значение, становится релятивным институтом, возникающим из простого договора ввиду его полезности. Из источника и венца всех высших моральных ценностей оно превращается в обычное средство охраны витальных ценностей, необходимое, но не достаточное. Справедливость обретает относительный характер, подчиненный полезности" [14].

Становление и развитие правового порядка в Древнем Риме тоже связано с взаимодействием трех источников права: обычая, юридического прецедента и законодательного акта. Так, в храмах Древнего Рима располагалось присутствие выборного должностного лица, в обязанности которого входило наблюдение за хозяйством города, обеспечение его жизни. Такие лица назывались эдилами (от латинского слова aedes - храм). Они избирались от патрициев и плебеев, имели право осуществлять суд по гражданским делам, составляли эдикты (edictum изречение) - программные заявления местных властей, в

487

которые часто включались нормы гражданского и уголовного права. Время действия эдикта соответствовало продолжительности правления эдила или претора. В истории права данное явление известно еще под названием преторского права. Претор давал рекомендации назначаемому им судье, как вести данное дело, вырабатывал так называемую формулу. Деятельность претора была предназначена в данном случае для согласования обычного римского права с вновь возникающими нормами и служила богатым источником правотворчества. Во времена правления императора Адриана (II в.) юристу Юлиану было поручено систематизировать и выявить общие положения всех эдиктов и преторских постановлений, что было сделано и принято к практическому исполнению как постоянный эдикт. Преторское право на этом прекратило свое существование. Главным законодателем стал император.

В дальнейшем юристы освящали верховенство императорской власти. Так, в частности, выдающийся римский юрист Ульпиан (170-228) отстаивал необходимость неограниченной власти римских императоров. Он говорил, что "все угодное принцепсу имеет силу закона". Но в то же время Ульпиан, сам приверженец философии стоиков, в отличие от других юристов-стоиков считал, что все люди рождаются свободными и рабство противоречит естественному праву. Существование рабства может быть оправдано обычаями войны, выработанными у всех народов в так называемом общественном праве (jus gentium). Ульпиан написал большое количество сочинений, значительная часть которых вошла в свод римского права. Императорским законом Ульпиан был включен в состав пяти юристов, труды которых были объявлены обязательными для судей [15].

Во время правления императора Юстиниана по его распоряжению был составлен свод гражданского права. После огромной кодификационной работы римских юристов в корпус гражданского права были включены четыре сборника: институции (изложение практически применяемого права, введения к отдельным институтам, т.е. разделам: лица, вещи, иски, публичное право); дигесты (главная часть свода, где собраны извлечения из классических трудов юристов по римскому праву, преторскому праву и практическим случаям); кодекс Юстиниана (свод императорских указов до 529 г.) и новеллы (новые законы, изданные Юстинианом после завершения кодификации). Комиссия под руководством выдающегося римского юриста Трибониана работала шесть лет (528-534). Документы подвергались интерпретации, сравнивались, в них по возможности устранялись противоречия, при необходимости они дополнялись и поправлялись. Был создан документ огромной важности: исторический памятник юридической мысли, достойный пример для подражания. Благодаря ему римское право с теоретической точки зрения оказало большое влияние на становление многих правовых систем. Но разумеется, не сразу.

488

Распад Римской империи привел к утрате значения римского права, оно как реальное право постепенно забылось. Его отголоски некоторое время проявляются в так называемом "варварском римском праве", характерном для племенных народностей, которые завоевали Рим и осели на его территории. Долгое время сам источник римского права оставался не востребованным и его считали утерянным.

Средние века связаны с господством теологического мировоззрения, которое во многом отражало реалии феодального времени, когда правили не законы, а государи. Но любые новые идеи, любой новый строй вырастают в недрах старого. Для правовой проблематики чрезвычайно важным является период XI-XII вв., когда закладываются основы современной европейской традиции права [16]. Этому способствовали: григорианская реформа; рецепция римского права; возникновение канонического права католической церкви; возникновение светских систем права, которые содержали зачаточные элементы буржуазного права; схоластический метод; возникновение и рост большого количества городов; возникновение университетов и сословия юристов-профессионалов в современном смысле слова.

Около 1080 г. был найден корпус римского права. Сначала в Болонской юридической школе, а затем в других университетах Европы начинается его изучение и обучение по нему юристов. Кодекс римского права не был кодексом в современном значении, не содержал теоретического анализа, а был предназначен для последовательного решения конкретных дел. Но в сложном переплетении конкретных норм, юридических тонкостей и толкований, в огромном количестве правовых терминов чувствовалась система отвлеченных понятий, которые можно применить к настоящей юридической практике. Средневековые юристы XII в. вывели концептуальные моменты из эмпирических положений Кодекса. Именно они создали теорию договорного права из конкретных типов римских договоров, определили право владения, разработали учение об оправданном применении силы, систематизировали тексты на основе более общих принципов.

С течением времени к изучению римского права было прибавлено изучение канонического права, которое было действующим в то время, реально применялось церковными судами. Далее под руководством подготовленных юридических кадров развивается светское право (городское, торговое, королевское, морское, феодальное, манориальное). Учебная программа обогащается обращениями к современной правовой проблематике. Теоретически переработанное средневековыми юристами римское право становится образцом, идеалом. В нем было то, что отсутствовало в реальных законах, систематичность и теоретичность, концептуальная ясность, отточенность терминологии. Новые становящиеся законы "пропускаются" через призму римского права, комментируются и приобретают черты научной убедительности, авторитетной доказательности.