Беседы - Агеев Александр Иванович - Страница 138

— В чем правда о сталинизме?

— Сталинизм есть тирания, чуждая народовластию. Она — отрицание понятия «социализм», попрание элементарных этических норм.

Природа одарила Сталина неординарными способностями. Обрати он их не на самоутверждение и возвеличивание, истребление инакомыслия, подавление любой вольности, снискал бы, наверное, благодарную память потомков. Если бы. Чем талантливей художник, подметил К.С. Станиславский, тем опаснее его ошибки. К государственным деятелям сей критерий применим стократно.

Мне довелось знать немало незаурядных людей, тесно общавшихся со Сталиным. А.Н. Косыгин, его не надо представлять. Н.К. Байбаков, корифей нефтедобычи и Госплана, Н.С. Патоличев, уважаемый партийный и государственный деятель, А.С. Яковлев, известный авиаконструктор. Большинство из них почитали талант Сталина-экономиста, отдавали должное его суждениям и интуиции в военно-технической сфере. От маршала И.С. Конева и начальника стратегической разведки периода Отечественной войны генерала И.И. Ильичева я наслышан о способности Сталина схватывать информацию, запоминать ее и системно анализировать.

Ни одного из названных, да и многих других, не упомянутых мною по имени деятелей военной и послевоенной поры, не упрекнешь в низкопоклонстве или запоздалом прозрении. Но и они терялись в догадках, как могли уживаться в Сталине ориентированный на много ходов вперед ум и маниакальная подозрительность, обрекшая на погибель стольких честных людей? Или недалеко от истины предположение, что три десятилетия страной правил параноик? Как бы то ни было, коль скоро есть желание извлечь уроки из прошлого, обществу не обойтись без того, чтобы докопаться до правды, всей правды и только правды о прошлом — следовательно, и до правды о Сталине.

— Как Вы оцениваете 50 лет холодной войны?

— Принятая периодизация событий XX в. скверно сочетается с реалиями. После 1917 г. у страны не было ни единого мирного часа. Вопрос перманентно стоял так: когда, где, под каким предлогом на нее нападут и насколько масштабным окажется удар? Басмачами, вторгавшимися из Афганистана и Ирана в республики Средней Азии, командовали английские офицеры. Последний басмаческий рейд был совершен в 1942 г. Сколько рейдов против Советского Союза устроили те же японцы или банды, оперировавшие с территории Польши?

Сколько раз нас собирались предать в 1941–1945 гг., когда СССР входил наравне с США и Англией в антигитлеровскую коалицию? Если кого-то заинтересует эта тема, ознакомьтесь с правительственными документами США, принятыми в канун нападения Гитлера на СССР и сразу после 22 июня. Остановлюсь без подробностей на паре знаковых моментов. Предстоявшее вторжение нацистских полчищ в СССР Вашингтон воспринял как сигнал к радикальному пересмотру политики на российском направлении. Советский режим загодя списывался в архив. Ему на смену собирались создать «правительство в изгнании» во главе с Керенским. День спустя после начала Отечественной войны оборонное ведомство США докладывало Рузвельту: «Германия будет капитально занята месяц, а максимум, возможно, три месяца задачей разгрома России». И далее: «Этот акт Германии — почти дар провидения», он дает Соединенным Штатам шанс адаптироваться к новой конфигурации мира.

Самые крутые циники — бывший президент США Гувер и будущий президент Трумэн во всеуслышание рекомендовали поспособствовать тому, чтобы Германия и СССР погрузились в пучину противоборства как можно глубже, а немцы и россияне убивали друг друга как можно больше. Когда же оба противника обескровят друг друга, США должны будут поднять стяг, чтобы продиктовать миру свои требования. Некоторые исследователи осторожно намекают, что помимо русофобских побуждений давало о себе знать и то, что около трети населения Соединенных Штатов тогда составляли выходцы из Германии и их потомки. Случайно или нет, но некоторые корпорации саботировали президентские программы по повышению оборонного потенциала Соединенных Штатов, и администрации Рузвельта пришлось вводить войска на отдельные предприятия. Генри Форд вообще считал излишним проводить какие бы то ни было мероприятия, прямо или косвенно направленные против Германии.

— Очень интересно.

— В Атлантической хартии, опубликованной 14 августа 1941 г. — ей не устают петь дифирамбы по сию пору, — нет ни слова о нападении Германии на Советский Союз, как и о вторжении Японии в Китай. Там об агрессорах говорится скопом и ставится задача обезвредить тиранов. Показательно, что тогда же Рузвельт поручил спецслужбам подработать операцию «Георг» — устранение или оттеснение Гитлера от власти. Эта тема постоянно присутствовала в контактах немецких «фрондеров» с официальными лицами США. Не забудем, что до декабря 1941 г. между Германией и Соединенными Штатами сохранялись дипломатические отношения и возможностей для поддержания «деловых связей» было предостаточно.

— А каково в этом контексте значение полета Гесса?

— Не следует принимать на веру легенду, будто Гесс отправился в Англию без ведома Гитлера. Наиболее существенные данные о беседах заместителя фюрера с британскими представителями по его приземлении в Шотландии остаются засекреченными. Работая послом в ФРГ, я готовил почву для внесения ясности в «аферу века», как пресса окрестила полет Гесса. Сожалею, что А.А. Громыко и Ю.В. Андропов не дали хода моим предложениям. Вернемся, однако, к Атлантической хартии. Ее авторы условились передать текст документа японцам с ремаркой: дальнейшие экспансии нетерпимы. В переводе с дипломатического языка это означает: что произошло до 14 августа 1941 г., принимается к сведению, об остальном извольте договариваться. Но немцы ведь не лыком шиты и наверняка подсказку экстраполировали на себя.

Возможно, нет прямой причинно-следственной связи между августовскими маневрами англосаксов и судьбоносными событиями октября 1941 г. 30 сентября немцы развернули операцию «Тайфун», нацеленную на захват Москвы, — «последнее решающее сражение Второй мировой войны», как подчеркивалось в приказе Гитлера. 10 октября шеф имперской службы информации Дитрих объявил: «Военная задача на востоке исполнена», «с Россией покончено». 15–16 октября в Москве началась паника. Из столицы в Куйбышев эвакуировались правительство и дипкорпус. Ситуация была аховая.

— Как считывали бег событий на туманном Альбионе и за океаном?

— 15 октября Рузвельт шлет Черчиллю телеграмму: «Я думаю, японцы направляются на север, ввиду этого Вам и мне обеспечена двухмесячная передышка на Дальнем Востоке». 16 октября командующий Тихоокеанским флотом Киммелл получает ориентировку: «Наиболее вероятна война между Японией и Россией». Чуть раньше Черчилль заявит на заседании военного кабинета: «Возможность сепаратного мира (с Германией) не может быть полностью исключена».

А пару недель спустя премьер обозначит свою позицию так: «Мы публично заявили (договорное обязательство Англии о совместных с СССР действиях в войне против Германии девальвировали в словеса), что не будем вести переговоры с Гитлером или нацистским режимом. Но мы пошли бы слишком далеко, если бы заявили, что не будем вести переговоры с Германией, взятой под контроль ее армией».

Вот так настраивались в критические дни октября-ноября 1941 г. не только противники СССР, но и как бы его союзники. С падением Москвы в войну против СССР вступили бы Япония, Турция и, возможно, Швеция. Очевидно, не было бы Перл-Харбора и войны Японии с Соединенными Штатами. Много чего не было бы. Вся совокупность доступных для исследования данных свидетельствует о том, что битва за Москву являлась главной битвой, поворотным событием Второй мировой войны.

И надо бы согласиться с выводом члена команды Рузвельта госсекретаря Корделла Хэлла: «Своей героической борьбой против Германии русские спасли союзников от сепаратного мира с Германией. Такой мир унизил бы союзников и открыл двери для новой тридцатилетней войны».

— Что, на Ваш взгляд, сыграло решающую роль в предотвращении грозившей миру катастрофы?